Выслушав Вэньхая, Чжао Хай кивнул.
Затем он повернулся к Ши Цзинь, стоявшему позади, и негромко произнёс:
— Ши Цзинь, есть ли у вас сведения о Теневом Демоническом Пределе? Особенно о том, что касается этого прохода?
Чжао Хаю всё же хотелось получить от Ши Цзинь хоть какую-то зацепку, чтобы понять, куда ведёт этот проход.
Ши Цзинь покачал головой:
— Нет. У нас и о Теневом Демоническом Пределе сведений было немного, а об этом месте и вовсе никаких. На самом деле мы даже не знали, сколько здесь пространственных проходов. Теневая раса хорошо умеет хранить тайны, к тому же здешние условия особые — мы никак не могли отправить сюда разведчиков. Потому о здешних местах у нас действительно нет ни малейших сведений.
Чжао Хай кивнул.
Затем его вдруг осенило, и глаза его загорелись. Он взглянул на тот проход:
— Ты раньше говорил, что в самом начале Теневая раса отправила на Чёрно-белое поле битвы много людей, но сражались с вами немногие. И лишь потом это постепенно сошло на нет. Иными словами, многие представители Теневой расы таинственно исчезли.
Он помолчал, и взгляд его стал задумчивым:
— Как вы думаете, те исчезнувшие люди могли быть связаны с этим пространственным проходом?
Услышав это, все опешили.
Затем все перевели взгляды на тот пространственный проход.
Спустя долгое время Чан Цзюнь кивнул:
— Возможно. Может, этот пространственный проход существовал давно, но вёл не на земли Теневой расы. Обнаружив его, Теневая раса сразу отправила туда людей на разведку. Но, вероятно, потеряла многих и в конце концов запечатала его.
Вэньхай тоже заговорил:
— Может быть и так, что кто-то вышел из этого прохода и напал на Теневую расу. Теневая раса потратила немало времени, прежде чем оттеснила тех людей. А затем запечатала это место. И такое возможно.
Слова обоих заставили остальных кивнуть. Им показалось, что в их рассуждениях есть смысл.
Чжао Хай негромко произнёс:
— Что бы там ни было, но уже по здешней печати видно: Теневая раса очень опасается этого прохода. Иначе не стала бы его запечатывать. Ладно, пока оставим его. Пусть этот проход останется. Когда-нибудь, когда у нас будет достаточно сил, отправим туда людей на разведку.
Все кивнули.
Никто не стал возражать против решения Чжао Хая. Они прекрасно понимали: Чжао Хай не оставит пространственный проход, ведущий наружу, не выяснив, куда он ведёт. Если неизвестно, куда ведёт этот проход, он всегда будет огромной скрытой угрозой. Эту угрозу необходимо устранить.
Лаура нахмурилась:
— Вообще-то меня удивляет другое: если этот проход и вправду так опасен, почему Теневая раса не уничтожила его, а всё время сохраняла? Разве так не опаснее?
Все опешили, а затем опомнились.
И верно: если этот проход и вправду так опасен, почему Теневая раса не уничтожила его, а всё время сохраняла? Может, в этом проходе есть что-то особенное?
Чжао Хай взглянул на тот проход и слегка улыбнулся:
— Куда бы он ни вёл, мы обязаны это выяснить. Пока не трогаем его.
С этими словами он повёл рукой, наложив поверх печати Теневой расы ещё одну печать, и лишь затем повёл всех прочь из комнаты.
Когда все вышли, Лаура сразу повела их в правую комнату.
Едва Лаура открыла дверь, как все разом воспрянули духом.
Потому что комната благоухала.
Тонкий, но непрерывный аромат донёсся до носа каждого. Казалось, этот аромат бодрит. Едва вдохнув его, все сразу почувствовали необычайный прилив сил и приятную лёгкость во всём теле.
— О?
Чжао Хай тихо удивился и заговорил:
— Этот аромат странный. В нём есть сила Будды.
Сейчас Чжао Хай был очень чувствителен к силе Будды. Потому, едва ощутив аромат, он сразу понял: в нём присутствует сила Будды. Это его несколько поразило.
Одновременно он заметил, что этот аромат он уже встречал.
Именно его испускали люди, когда он разрушал то буддийское проклятие Королевы Ста Цветов. Он переработал те ароматы в благовония, и запах тех благовоний был точно таким же.
Это поразило Чжао Хая ещё больше.
Лаура с улыбкой произнесла:
— Хай-гэ, войди и посмотри. То, что внутри, тебя наверняка поразит.
С этими словами она первой вошла.
Чжао Хай тоже опешил, а затем последовал за ней.
Едва войдя в комнату, он и вправду изумился.
Потому что увидел в этой комнате одну вещь.
Комната была невелика. И в ней была лишь одна вещь.
Это была статуя.
Статуя, от которой у Чжао Хая возникло очень знакомое чувство.
Знакомое потому, что статуя выглядела очень по-китайски. К тому же эта статуя была Чжао Хаю действительно хорошо знакома.
Статуя состояла из двух частей.
Нижняя часть — дерево.
Дерево высотой чуть больше чи, причудливой формы, производило впечатление необычайного величия. Крона его была густой. И самое главное: неизвестно, из какого материала оно было сделано, но трещины на стволе, веточки, листья на веточках — всё было выполнено в совершенстве. Оно выглядело как настоящее маленькое деревце, очень красивое.
А на дереве стоял человек.
Это была женщина в лёгком танцевальном одеянии из тончайшей ткани. С неё ниспадали многочисленные ленты. Под тонкой тканью смутно угадывалась её белоснежная, нежная кожа. Иссиня-чёрные волосы, глаза, подобные чёрным самоцветам, изящный нос, маленькие губы — даже лёгкая улыбка в уголках губ была вырезана с поразительной точностью.
Но больше всего привлекали её руки.
Обе руки были подняты выше головы, и в них она держала пипу, поместив её за головой в позе «обратной игры на пипе». Она стояла босиком, и её безупречной формы ступни слегка касались самой верхней веточки деревца. Веточка под её весом чуть прогибалась.
Её тело было наклонено.
Вся фигура походила на небесную фею среди облаков, уносимую ветром. Но, возносясь в небо, она озорно оттолкнулась ногой от ветки.
Вся статуя была необычайно красива, но и необычайно неправдоподобна.
И самое главное: эту статую Чжао Хай видел не раз. Её прообраз, как ни посмотри, напоминал китайское изображение летящей апсары. Вот только у апсары не было под ногами дерева.
И именно это было самым неправдоподобным в статуе.
Потому что статуя была выше дерева. Дерево служило ей основанием. Но единственное место, где дерево и статуя соединялись, — это та самая нога, что касалась ветки.
Иными словами, вся статуя делилась на две части: сверху — человек, снизу — дерево. А соединение — там, где нога касается ветки.
Весь вес верхней фигуры приходился на эту единственную точку. И самое главное: фигура была наклонена. То есть её центр тяжести не был вертикальным.
Будь материал обычным, статуя давно бы обломилась. Но она стояла целая и невредимая. Это поистине поражало.
Чжао Хай принялся внимательно разглядывать статую.
Он заметил, что аромат исходит именно от неё. Это его слегка озадачило.
Одновременно он заметил, что от статуи исходит очень густая сила Будды. Это озадачило Чжао Хая ещё больше.
Затем он, слегка нахмурившись, подумал немного. И вдруг, что-то вспомнив, воспрянул духом.
Чжао Хай всё не мог понять, почему от статуи летящей апсары исходит аромат и почему в ней есть сила Будды. Потом он понял.
Потому что у статуи летящей апсары и должна быть сила Будды, и должен быть аромат.
Звучит это странно, но на деле совсем не странно.
На самом деле статуя летящей апсары — это изображение одного из защитников буддийской школы. Среди божеств-защитников буддийской школы есть так называемые «Восемь Легионов Дэвов и Нагов», их ещё называют «Восемь Легионов Драконов» или «Восемь Собраний». И среди этих Восьми Легионов есть божество ароматов, а также божество музыки по имени Гандхарва.
Изначально она имела мужской облик, но позже, попав в нашу страну, постепенно превратилась в женское божество. И Гандхарва — это и есть прообраз летящей апсары, её облик.
Гандхарва — божество ароматов. Она питается ароматами, и тело её само источает благоухание. Одновременно она и божество музыки, потому аромат от статуи и пипа в её руках совсем не удивительны. Напротив, это очень образно и очень уместно.
Потому статуя поистине гармонична.
— Хай-гэ, я тебе раньше говорила: сначала появилась одна вещь, а потом — этот зал и даже этот город. Эта вещь и есть та самая статуя.
Лаура заговорила:
— Эта статуя связана со здешней землёй, словно выросла из неё. Потому я и сказала, что сначала появилась статуя, а потом — город.
Услышав это, Чжао Хай слегка опешил.
Затем кивнул и негромко произнёс:
— Фацзин раньше говорил, что Чёрно-белое поле битвы, возможно, было создано великим буддийским мастером как магический инструмент. Я думал, что речь лишь о незавершённой Чистой земле. Но теперь вижу, что всё не так просто.
Взгляд его остановился на статуе, и он медленно продолжил:
— Эта статуя тоже непроста. Ведь сила Будды сильно сдерживает Теневую расу. А Теневая раса всё время сохраняла эту статую. Даже отступая, не разрушила её.
Чжао Хай помолчал и продолжил:
— Полагаю, они не могли её разрушить. В конце концов им пришлось построить эту комнату и запечатать статую здесь. А Королева Ста Цветов время от времени приходила сюда на неё посмотреть. И в конце концов через аромат статуи создала то буддийское проклятие. Это вполне возможно.
Все опешили, а затем кивнули.
После слов Чжао Хая кое-что встало на свои места.
Почему Королева Ста Цветов, представительница Теневой расы, использовала проклятие с силой Будды? Причина, возможно, именно здесь.
И только это объясняло всё.
Выходит, эта статуя поистине чудесна.
Чжао Хай обвёл всех взглядом и негромко произнёс:
— Похоже, все тайны Чёрно-белого поля битвы сводятся к этому месту. Но сейчас не время для исследований.
Взгляд его стал задумчивым, а голос — глубже:
— Сейчас на всём Чёрно-белом поле битвы не осталось ни одного представителя Теневой расы и ни капли силы её законов. Мы одержали великую победу. Но дел ещё немало. Это место теперь наше. Нужно возвести оборону, чтобы не дать врагу возможности. А когда всё здесь будет устроено, займёмся остальным.
(Конец главы)