Чжао Хай взглянул на собравшихся и с улыбкой произнёс:
— Но на этот раз выгравировать формацию в их внешних воплощениях не могут они сами — это должен сделать я. Потому что способ этот совершенно особый, и требуемая энергия тоже особенная, так что дело это должно быть исполнено моими руками.
Услышав это, все поняли, зачем Чжао Хай созвал их всех. Если бы нужно было просто велеть ученикам выгравировать в своих внешних воплощениях новую формацию, можно было бы прямо раздать её ученикам — и незачем было бы всех звать. Не нашлось бы ученика, который ослушался бы приказа Чжао Хая.
Но если формацию должен выгравировать сам Чжао Хай, тут возникали некоторые сложности. Не потому, что нашлись бы ученики, которые воспротивились бы или не захотели гравировать формацию — такого в секте Кровавой Бойни быть не могло. А потому, что секта Кровавой Бойни всё ещё противостояла Теневой расе, и им нужно было всё устроить.
Вэньхай серьёзно произнёс:
— Глава, с этим нет проблем. Мы можем сперва дать ученикам в пространстве Сюаньу выгравировать формацию, а когда закончим, сменить их учениками снаружи — так не возникнет никаких сложностей. Но, глава, если гравировать формацию по одному, разве это не займёт слишком много времени?
Чжао Хай с улыбкой ответил:
— Нет. Все могут прийти к статуе Будды. Там я смогу, опираясь на силу статуи Будды, выгравировать новую формацию на их телах. Так за один раз можно будет выгравировать формацию многим. Так что не о чем беспокоиться — уверен, скоро мы выгравируем формацию у всех.
Услышав это, все вздохнули с облегчением. Вэньхай даже серьёзно произнёс:
— Глава, а можно ли применить эту формацию на нашей формационной линии обороны? Тогда нам было бы ещё меньше нужды опасаться проклятий врага. Как? Можно?
С этими словами Вэньхай с надеждой посмотрел на Чжао Хая.
Чжао Хай взглянул на него и покачал головой:
— Ах ты, жадная душа. Но на этот раз ты будешь разочарован. Эту формацию пока нельзя использовать в формационных комбинациях. Но стоит нашим ученикам перестать бояться проклятий, как проклятия утратят свою силу. Ведь проклятие можно применить только к человеку, к предметам оно бесполезно.
Вэньхай, услышав это, с сожалением вздохнул. Но, поразмыслив, понял, что Чжао Хай прав: если с людьми всё будет в порядке, искусство проклятий утратит силу. Ведь у искусства проклятий есть важнейшая особенность — оно не может, как боевые техники или другие магические инструменты, напрямую атаковать чужие магические инструменты или формации.
Чжао Хай обвёл взглядом остальных и продолжил:
— Ладно, идите готовиться. Пусть все ученики партиями приходят к статуе Будды. Я сейчас отправлюсь туда, а вы всё устройте.
Все хором откликнулись и вышли.
Чжао Хай двинулся и тотчас вернулся к статуе Будды, сел со скрещёнными ногами перед ней. Вскоре первая партия учеников секты Кровавой Бойни уже прибыла к статуе. Чжао Хай увидел, что на этот раз пришли ученики не слишком сильные. Наоборот, это были сравнительно слабые ученики секты Кровавой Бойни.
Едва эти ученики добрались до статуи и увидели сидящего там Чжао Хая, они тотчас поклонились ему. На многих лицах отразилось волнение. Чжао Хай, глядя на них, тоже улыбнулся и сказал:
— Садитесь и выпустите свои внешние воплощения.
Все откликнулись, сели на землю со скрещёнными ногами и выпустили свои внешние воплощения. А Чжао Хай в это время сложил руками печать Дхармы. С его движением из статуи Будды вырвались волны золотого сияния. Это сияние тотчас накрыло внешние воплощения учеников, а затем на них образовались две формации. Эти две формации прямо вошли в их внешние воплощения.
После того как две формации вошли в их внешние воплощения, от внешних воплощений учеников тоже начали исходить волны золотого сияния. Затем сияние исчезло, и в их внешних воплощениях появилось некое величественное и священное чувство, словно они стали статуями Будды.
И облик учеников тоже слегка переменился. Видно было, что их сила словно возросла. Спустя какое-то время ученики медленно пришли в себя. Очнувшись, они выглядели взволнованными, затем все убрали свои внешние воплощения и поклонились Чжао Хаю:
— Благодарим главу секты за милость.
Они так волновались потому, что их сила получила дальнейшее усиление. Для них это было безусловно благом.
Чжао Хай слегка улыбнулся и махнул рукой:
— Ладно, возвращайтесь. Другие тоже придут гравировать формацию. Вернувшись, усердно совершенствуйтесь. Хоть сейчас ваша сила и невелика, я верю, что в будущем она не уступит силе остальных. Усердно совершенствуйтесь.
Все ученики откликнулись, с волнением глядя на Чжао Хая. Они безоговорочно верили ему. Раз Чжао Хай говорит, что в будущем они станут очень сильными, значит, так и будет. Можно сказать, Чжао Хай незримо посеял в их сердцах семя.
Сейчас в сердцах некоторых учеников секты Кровавой Бойни Чжао Хай был подобен божеству. Если божество говорит, что ты станешь очень сильным, ты, конечно, поверишь. Потому слова Чжао Хая о том, что в будущем они станут очень сильными, дали ученикам уверенность, заставили их твёрдо поверить, что они непременно станут сильными.
Уверенность порой — странная сила. Её не видно, не потрогать, порой даже не почувствовать, но эта сила поистине огромна. Она может заставить слабого человека явить невероятную мощь, может сделать трусливого и робкого — свирепым и бесстрашным. Иногда неудачник отличается от победителя всего лишь каплей уверенности.
После этого случая ученики и вправду стали совершенствоваться с невероятной скоростью и вскоре превратились в отборное войско секты Кровавой Бойни. Разумеется, это уже другая история. Чжао Хай и не подумал бы, что одна его фраза заставит этих учеников обрести стократную уверенность и невероятную силу.
Когда эта партия учеников ушла, пришла вторая. Как и с первой, Чжао Хай, выгравировав им формацию, ещё несколько слов их подбодрил. Ученики тоже уходили радостные. Затем третья партия. Вэньхай и остальные прекрасно понимали: пока Чжао Хай не скажет остановиться, они не могут прекращать.
Чжао Хай каждый раз гравировал формацию десяти миллионам учеников. За один час он успевал обработать около десяти партий, то есть сто миллионов человек. А за двенадцать часов в сутки он мог непрерывно гравировать формацию ста двадцати миллионам человек. И всё же Чжао Хаю понадобилось более пятидесяти дней, чтобы выгравировать формацию во внешних воплощениях всех учеников секты Кровавой Бойни. Это означало, что число учеников секты Кровавой Бойни составляло около шестидесяти миллиардов. Это была поистине ошеломляющая цифра.
Чжао Хай и не думал, что их учеников так много. Шестьдесят с лишним миллиардов — это число поистине поражало. Обычно население одного мира составляет всего около миллиарда. Мир с несколькими миллиардами человек уже считается большим миром. Надо знать, что в своё время секта Морской Разведки, покорив множество миров, имела всего около двадцати миллиардов учеников. А теперь у них было столько учеников — этого Чжао Хай совершенно не ожидал.
Впрочем, Чжао Хаю не о чем было тревожиться. Пространство Сюаньу было достаточно велико. Эти шестьдесят с лишним миллиардов человек жили в нём, не испытывая ни малейшей тесноты. Наоборот, оставалось ещё много пустых земель, и даже возникало ощущение простора и малолюдности. Можно представить, насколько велико пространство Сюаньу.
Сейчас секта Кровавой Бойни поощряла учеников жениться и рожать детей. Но, возможно, из-за того, что ученики секты были слишком сильны, зачать ребёнка оказалось не так-то просто. Именно поэтому рост населения секты Кровавой Бойни был делом нелёгким.
Впрочем, теперь у Чжао Хая появилась иная мысль. Когда они сражались с Королевой Ста Цветов на Чёрно-белом поле битвы, Чжао Хай увидел тех монстров, что казались сделанными из нефрита. С этими монстрами было непросто справиться. Они хорошо защищались от энергетического оружия. В первой атаке они и вправду доставили секте Кровавой Бойни немало хлопот. К счастью, их было не так много, и в конце концов всех уничтожили. Но эти монстры привлекли внимание Чжао Хая. Он тотчас вспомнил, как в низшем мире люди Теневой расы превращали некоторых культиваторов в зверей-рабов. Похоже, те монстры тоже были культиваторами, которых Теневая раса превратила в такое.
А происхождение этих людей, по мнению Чжао Хая, могло быть двояким. С одной стороны, когда люди из Мира Мириад Гор предали Чёрно-белое поле битвы, люди высшего мира просто сбежали, оставив все земли Теневой расе. А Теневая раса, перебив часть людей, возможно, кого-то заставила сдаться. Эти люди остались и в конце концов превратились в тех монстров.
Другая часть, вероятно, была из тех, кто вознёсся из низшего мира. Хотя на прежней территории Области бессмертных духов платформа вознесения уже контролировалась Теневой расой, возможно, она всё ещё использовалась. То есть кто-то продолжал непрерывно возноситься из низшего мира. И эти вознёсшиеся, вероятно, попадали под контроль Теневой расы и в конце концов были переплавлены в таких монстров.
Но если в будущем Чжао Хай и остальные действительно одолеют Королеву Ста Цветов, они непременно смогут завладеть той платформой вознесения. Тогда вознёсшиеся из низшего мира смогут напрямую вступать в секту Кровавой Бойни. И у них появится источник непрерывного пополнения населения. Для развития секты Кровавой Бойни это крайне важно.
Хоть Чжао Хай и не знал, что именно происходит в Мире Мириад Гор, он кое-что слышал о нём от Ши Цзиня и остальных. Мир Мириад Гор — огромный мир. Там тьма сект, население многочисленно. И самое главное — там несколько континентов, и на каждом множество сект. Число сект, вероятно, превышает десять тысяч. Говорят «тьма сект» — это лишь пустое слово. И население там очень велико. Потому секте Кровавой Бойни нужно пополнение, чтобы её сила стала ещё больше.
(Конец главы)