Обе стороны без устали осыпали друг друга стрелами, и расстояние между ними всё сокращалось. Наконец они сошлись в ближнем бою.
Первыми, как и прежде, ударили модао-воины секты Кровавой Бойни. Модао длинное, и размах его разит на большом расстоянии. Они взмахнули модао и рубанули прямо вперёд.
Раздался глухой стук — враги подняли большие щиты, чтобы прикрыться. Модао опустилось, и щиты разлетелись вдребезги. Щитов у врагов было великое множество, и все они были сделаны из твёрдого дерева, очень массивные, обтянутые бычьей кожей. Защита у них была немалая, но удара модао они всё равно не выдержали и разлетелись в щепу.
Однако щиты были слишком толсты и тяжелы. Модао хоть и разбило их, но дало врагам передышку. Те вскинули своё оружие, чтобы отбить модао. Раздался звон — и им удалось подставить оружие под удар. И в тот миг, когда они уже готовились ринуться вперёд, к модао-воинам, из-за их спин внезапно выметнулись длинные копья и вонзились врагам прямо в спины. Те погибли на месте.
Модао-воины даже не взглянули на мертвецов. Они вновь подняли модао, рявкнули и снова рубанули. На этот раз удар вышел быстрее и тяжелее. Враг не устоял — большой щит разлетелся, оружие в руках переломилось, доспехи на теле рассекло, а самого человека разрубило надвое.
Модао-воины и копейщики, действуя заодно, образовали необычайно прочную линию обороны. Враг непрерывно наседал, но так и не смог её прорвать. Тут ученики секты Кровавой Бойни заметили, что часть врагов вернулась к своим боевым коням, принялась кормить и поить их, надевать на них доспехи. Покончив с этим, они вскочили в сёдла, и у каждого в руках появилось оружие — всё такое же тяжёлое, ударное. Затем они развернулись и приготовились атаковать линию обороны секты Кровавой Бойни.
Увидев это, Белоглазый и другие командиры на передовой тотчас отдали приказ. Копейщики начали стягиваться, готовясь встретить конную атаку строем копий. В то же время конница секты Кровавой Бойни изготовилась к выступлению, а баллисты и камнемётные машины равным образом замерли в ожидании.
Вражеская конница построилась и медленно двинулась к линии обороны секты Кровавой Бойни. Они не бросились в атаку сразу — на них было несколько слоёв доспехов, в руках тяжёлое оружие, кони тоже в броне, груз огромен. Если сразу пойти в галоп, кони выдохнутся. Им нужно было подойти на сотню с лишним метров, и только тогда начать разгон. Это была тяжёлая кавалерия, и стоило ей разогнаться, остановить её было чрезвычайно трудно.
Копейщики секты Кровавой Бойни тоже выбрали направление и собрались на пути, по которому неизбежно должна была пойти вражеская тяжёлая конница, и ждали её приближения. Однако стороны ещё не сошлись, как своё слово сказали баллисты секты Кровавой Бойни. Огромные болты с чудовищной кинетической энергией устремились в тяжёлых всадников. Хотя защита у тех была мощная, против тяжёлых болтов они не устояли — и люди, и кони оказались пригвождены к земле.
Одновременно в ряды врага полетели огненно-масляные плоды. Нескольких врагов они ударили, плоды взорвались, выжигая ещё немало народу. Но эти враги были не воинами с плетёными щитами — их доспехи не вспыхивали от одной искры. Даже если на них загоралась одежда, они могли просто сбросить доспехи и не получали слишком тяжёлых ран.
И всё же те огромные стрелы наносили коннице страшный урон. Однако конница не остановилась — вскоре она достигла рубежа в сотню метров от линии обороны секты Кровавой Бойни и ринулась в атаку. Враги, которые до того бились с сектой Кровавой Бойни, бросились в стороны; те, кто не успел увернуться, были отброшены своими же всадниками.
Модао-воины секты Кровавой Бойни в этот миг разошлись в стороны и отступили. Вперёд выдвинулись ряды копейщиков. Они стояли с поднятыми копьями. Один из них громко крикнул:
— Рогатки!
С этим криком копейщики разом наклонили копья вперёд. В одно мгновение строй копий превратился в огромного ежа, ожидающего, когда враг на него налетит. Копья у них были целиком из чистой стали, а не с деревянными древками, и потому лучше держали удар.
И верно: вражеская конница врезалась прямо в эти копья. Люди и кони оказались пронзены насквозь. Но следующие всадники всё так же неудержимо неслись на линию копейщиков секты Кровавой Бойни. Некоторые, уже готовые налететь на копья, прямо с седла вскакивали и с воем бросались на строй копейщиков.
Но в конце концов они лишь повисали на копьях секты Кровавой Бойни. Копейщики здесь были не простые — силой они обладали огромной. Даже не прибегая к силе, заключённой в доспехах, они были чрезвычайно мощны. Ведь все они прошли телесную практику, а секта Кровавой Бойни всегда придавала ей большое значение, так что сила их не поддавалась пренебрежению.
И в тот миг, когда вражеская конница всё ещё билась о строй секты Кровавой Бойни, с фланга внезапно полетели длинные стрелы. Они разили всадников с немалой мощью. Кого такая стрела настигала, тот если и не погибал, то получал тяжёлые раны.
Те обернулись и увидели, что на них наступает конница секты Кровавой Бойни. Всадники секты Кровавой Бойни были быстры, луки у них — мощные, сила атаки — огромная. Врагу было почти невозможно взять над ними верх.
Оглушённые этим внезапным ударом, враги тотчас выделили часть сил, чтобы атаковать конницу секты Кровавой Бойни. Но та не стала с ними сражаться — развернулась и ушла, на скаку посылая стрелы назад. Вражеские всадники то и дело падали с коней, прямо на землю, и следующие товарищи раздавливали их копытами в месиво.
Этот выход конницы секты Кровавой Бойни нанёс врагу самый смертельный удар — он вмиг рассеял его внимание. А линия обороны секты Кровавой Бойни тоже перешла в полное наступление. Враги от такого даже растерялись. Хотя они всё ещё отчаянно дрались, линия фронта шаг за шагом откатывалась под натиском секты Кровавой Бойни.
Ученики секты Кровавой Бойни, видя это, воодушевились ещё больше и непрерывно наступали. А враг всё отступал. Чжао Хай и остальные, стоя на спине Сюаньу и наблюдая за всем этим, невольно улыбнулись. Затем Чжао Хай негромко произнёс:
— Хорошо, очень хорошо. Не думал, что этот бой окажется таким лёгким.
Вэньхай негромко произнёс:
— На самом деле эти ребята всё равно трудные противники. Особенно их тяжёлая конная атака — даже модао-воины не смеют принимать её в лоб, и только строй копий позволяет сдержать натиск. А их щиты и доспехи обладают поразительной защитой. Не будь у наших доспехов защиты ещё более поразительной, мы, пожалуй, и впрямь не одолели бы их.
Чжао Хай кивнул:
— Танец варварских щитов… Хе-хе, настоящий танец варварских щитов, пожалуй, выглядел бы не так. Но то, что он стал таким, даже лучше. Вот только не знаю, что будет дальше. Мне оттого ещё любопытнее.
Чжао Хай был так спокоен потому, что видел: враг уже готов был дрогнуть. Он верил, что очень скоро они одолеют противника — в этом он не сомневался.
Хотя Чжао Хаю и казалось, что победа близка, враг оказался куда упорнее, чем они предполагали. Эти враги не отступили даже тогда, когда потери достигли половины. Лишь когда было уничтожено семь десятых их сил, они полностью исчезли. А к тому времени с начала боя минуло уже три дня.
Одолев и эту группу врагов, секта Кровавой Бойни вновь расширила свои земли. Вэньхай и остальные снова занялись обустройством новых территорий, а Чжао Хай повёл всех обратно в главный зал секты Кровавой Бойни. Когда все расселись, Чжао Хай заговорил:
— Враг снова отступил, и наши земли вновь расширились. Для нас это хорошо, но вместе с тем нужно заметить одно: враги, что появляются теперь, становятся всё сильнее. Нынешний противник намного превосходит воинов с плетёными щитами. Не будь их так мало, наши потери оказались бы куда больше. Думаю, все это понимают.
Все кивнули. Как и сказал Чжао Хай, нынешний враг и впрямь оказался куда сильнее предыдущего. Но и число его было невелико — гораздо меньше, чем в прошлый раз. И всё же бой длился три дня, что говорило о том, насколько силён этот противник. Потому все согласились со словами Чжао Хая.
Чжао Хай продолжил:
— Впредь враги, с которыми мы столкнёмся, могут оказаться ещё страшнее. Так что готовьтесь к худшему. Поторопитесь обустроить их земли и проведите ротацию всех участвовавших в бою учеников, чтобы подготовиться к возможному великому сражению. Идите.
Все откликнулись и вышли. Чжао Хай, глядя им вслед, слегка улыбнулся и ничего не сказал. Сейчас он и впрямь не знал, кого противник пошлёт против него в следующий раз, но не тревожился. Он верил, что они победят. Взять хотя бы этот бой: на сей раз против врага вышли не те, кто сражался с воинами в плетёных доспехах. Учеников секты Кровавой Бойни слишком много, и, кроме людей из Шэньцзитана, которые не могут участвовать в боях, все остальные ученики должны сражаться, и всех их ждёт ротация. Потому отправленные на этот раз ученики были не те, что прежде, но оружие и снаряжение — те же самые. Делалось это для обучения учеников.
(Конец главы)