— В атаку.
Спокойный приказ наконец был отдан.
В тот же миг восемь потоков внезапно вырвались из войска секты Кровавой Бойни. Передовые войска, уже получившие приказ, тотчас расступились, пропуская этот поток.
Бесчисленные огромные кони, закованные в тяжёлые доспехи; на них — всадники в таких же тяжёлых доспехах, в руках у каждого — длинное конское копьё. Конское копьё само по себе — тяжёлое оружие, обычный человек им не владеет. Кроме конского копья, у седла каждого висел тяжёлый щит и тяжёлый меч. Но сейчас они ещё не доставали их — в ход шло только конское копьё.
Эти зверолюдские всадники, словно стальной поток, ринулись прямо в войско Великой Хань. Воины Хань, хоть и держали длинные копья, пытаясь сдержать этот поток, в конце концов потерпели неудачу. Поток был слишком силён — копья ломались; но он катился вперёд, и все враги на пути превращались в кровавое месиво.
Этих тяжёлых всадников было немного. Их главная задача — прорвать оборону врага. Как только в строю врага появлялась брешь, следом устремлялись остальные всадники. Те всадники держали длинные луки — дальнобойные и очень мощные. Помимо луков, у них было и другое оружие: длинные копья, изогнутые сабли и тяжёлое оружие вроде волчьих дубин. Сначала они били из луков, убивая всех, кто пытался организовать отпор, а затем обрушивались на вражеское войско.
За конницей следовали бесчисленные воины секты Кровавой Бойни. Это были мечники-щитоносцы: они шли за всадниками, врывались в строй врага и сражались в ближнем бою. Поскольку расстояние было очень малым, длинные копья стали бесполезны — только мечники-щитоносцы могли проявить всю свою мощь.
Войско Хань, очевидно, никогда не сталкивалось с такой атакой тяжёлой конницы. Они не знали, как противостоять, и, впервые встретив такого врага, растерялись — тяжёлая конница пробила кровавый путь. Следом устремилась конница Иных, и тотчас стрелы посыпались дождём — в войске Хань началась паника. Вырвавшиеся следом мечники-щитоносцы ещё больше расширили брешь. За ними хлынули бесчисленные модао-воины.
У этих модао-воинов была одна особенность: доспехи покрывали лишь половину тела — верхняя часть оставалась в тяжёлой броне, а нижняя была лишь в боевых сапогах, без тяжёлых доспехов. Благодаря этому они двигались быстрее. Затем они сбились в крупные отряды и, ворвавшись в строй врага, учинили резню. Теперь в войске Хань воцарился полный хаос.
Тяжёлая конница носилась по войску Хань, и ничто не могло её остановить. Конница Иных неотступно следовала за ними, уже не только стреляя из луков, но и пуская в ход тяжёлое оружие. Всех, кто вставал на пути, сбивали с ног ударом дубины. Войско Хань было рассечено.
Как могли люди секты Кровавой Бойни упустить такую возможность? Модао-воины и мечники-щитоносцы поспешили за ними, а на главном фронте продолжали теснить врага, не давая ему снять силы для борьбы с тяжёлой конницей. Можно сказать, поражение войска Хань было предрешено.
Увидев это, Чжао Хай с облегчением выдохнул. Он знал: на этот раз враг разбит, и проклятие разрушено. Вот только неизвестно, когда враг будет признан побеждённым — если для этого нужно уничтожить половину, бой затянется.
И как раз когда Чжао Хай так думал, он вдруг заметил, что войско Хань на поле боя разом исчезло. Увидев это, Чжао Хай опешил. Он не понимал, что произошло — почему войско Хань, едва показав признаки поражения, тотчас исчезло? Так не должно было быть. Разве прежде не требовалось уничтожить больше половины, чтобы враг был признан побеждённым? Почему же теперь его признали побеждённым?
Вэньхай и остальные тоже недоумевали и хотели понять, в чём дело. После многих расспросов наконец получили ответ: один отряд тяжёлой конницы прорвал вражеское войско и прошёл сквозь его великую формацию насквозь. И как только они прорвали строй, враг исчез.
Услышав это, Чжао Хай, наоборот, с облегчением выдохнул. Это имело смысл — сейчас они имели дело с проклятием «Засада с десяти сторон». Если в «Засаде с десяти сторон» пробили брешь, она, естественно, рушится. Это разумно, ведь это всего лишь проклятие. К тому же атака «Чускими песнями с четырёх сторон», которой опасался Чжао Хай, так и не появилась — значит, проклятие противника довольно косное. Потому такое развитие событий вполне объяснимо.
Увидев, что сила законов теневой расы вновь отступила, уступив огромную территорию, Вэньхай и остальные тотчас начали организовывать её занятие. Только теперь Чжао Хай наконец перевёл дух. Но он не вернулся в пространство, а остался стоять на спине Сюаньу, глядя на учеников секты Кровавой Бойни снаружи.
На этот раз число учеников секты Кровавой Бойни, участвовавших в бою, достигло ошеломляющих четырёхсот миллиардов. Именно благодаря такому количеству учеников удалось так быстро разбить врага. Будь их меньше, они ни за что не одолели бы противника. А теперь все эти ученики вернулись в пространство Сюаньу на отдых. Те, кто не участвовал в бою, вышли из пространства Сюаньу и принялись устанавливать формации на новых землях, чтобы полностью обратить их во владения секты Кровавой Бойни.
Но Чжао Хай сейчас не выказывал радости — он тревожился. Враг уже применил такую атаку, как «Засада с десяти сторон», и секта Кровавой Бойни понесла огромные потери. Каким же будет следующий враг? Чжао Хай и впрямь тревожился. Ведь войско Великой Хань — грозная сила; а армий, что превосходят его, немного.
Но Чжао Хай ничего не мог поделать. Он понятия не имел, какого противника враг выставит в следующий раз, потому оставалось лишь ждать. Так или иначе, через десять дней всё станет известно. Им оставалось лишь готовиться и ждать хода врага.
Честно говоря, ощущение было не из приятных. Но Чжао Хай не отправил учеников в наступление. Во-первых, участвовавшие в бою ученики нуждались в отдыхе, а те, кто не сражался, были заняты обустройством земель и не могли выступить; во-вторых, Чжао Хай опасался, что если они начнут наступление, враг может активизироваться раньше и выпустить противника, предназначенного для них через десять дней, уже сейчас. А это было бы для них крайне опасно. Сейчас секта Кровавой Бойни не хотела непрерывных боёв.
Глядя на занятых учеников, Чжао Хай невольно вздохнул и вернулся в главный зал секты Кровавой Бойни. Вэньхай и остальные в это время тоже вернулись в зал. Для такого дела, как установка формаций, их личное командование не требовалось.
Чжао Хай обвёл их взглядом и негромко произнёс:
— Вы видели, что произошло на этот раз. Враги, с которыми мы имеем дело, уже настолько сильны, что трудно представить, что будет дальше. Но так или иначе, мы должны быть осторожны и готовы ко всему. Потому что следующий враг непременно окажется ещё свирепее.
Вэньхай и остальные кивнули.
Чан Цзюнь заговорил:
— На этот раз врагов было так много, что страшно подумать, сколько их будет в следующий раз. Если их окажется ещё больше, нам несдобровать — потери возрастут.
Все кивнули.
Вэньхай негромко произнёс:
— Хотя потери врага больше наших, враг — всего лишь проклятие, не настоящие люди; а мы теряем жизни учеников секты Кровавой Бойни. Пусть они и могут возродиться, но они всё же лишаются одной жизни. Такие потери поистине огромны.
Чжао Хай тоже негромко произнёс:
— Да, потери и впрямь огромны. Но сейчас у нас нет выбора. Некоторые методы мира культивации нам недоступны; будь они доступны, потери были бы меньше. Но их нет — и это губительно. Хотелось бы, чтобы такие проклятия исчезли поскорее. Когда мы сможем использовать против врага методы мира культивации, всё может измениться.
Вэньхай и остальные горько усмехнулись. И верно: перед лицом такого они тоже были бессильны. Такое положение, связанное с законами неба и земли, не оставляло хороших способов справиться. Даже у Чжао Хая не было хорошего решения, куда уж им.
Чжао Хай взглянул на них и негромко произнёс:
— Ладно, не стоит слишком много думать. Организуйте отдых учеников, а раненых нужно как можно скорее вылечить, чтобы они восстановились. Мы не знаем, сколько врагов ждёт впереди, так что нужно быть осторожными.
Вэньхай и остальные откликнулись и тотчас отправились распоряжаться. Они понимали: нужно всё уладить, иначе это скажется на боевом духе.
Чжао Хай, глядя им вслед, нахмурился. Такие сражения ложились на секту Кровавой Бойни тяжким грузом. Особенно на учеников — они не знали, когда этому придёт конец. Будь перед ними настоящий враг, ученики секты Кровавой Бойни не устрашились бы; но они сражались с иллюзорным миром проклятия, и враг не был живым. Для учеников секты Кровавой Бойни это было губительно. Ведь стоило победить врага, как он исчезал. Это заставляло их чувствовать, что все прежние битвы были бессмысленны, и смерти товарищей — тоже. Именно это сильнее всего подрывало боевой дух секты Кровавой Бойни.
(Конец главы)