Чжао Хай неподвижно стоял в испытательной комнате Чжан Хунляна, взгляд его был прикован к лежавшему перед ним куску металла.
Стоявший рядом Чжан Хунлян был вне себя от волнения и едва сдерживался:
— Глава секты, получилось! Наконец-то получилось! Теперь этот металл действительно подвластен нам полностью. Захотим — станет жидким, захотим — твёрдым. Мы можем управлять им как угодно!
Чжао Хай, услышав это, тоже очень обрадовался:
— Хорошо, отлично. Как ты этого добился? Что в него добавил? Нужны ли теперь этому металлу те зелья? Нужен ли контроль температуры? Если так, то всё ещё останутся уязвимые места.
Чжао Хай прекрасно понимал: если застывший металл будет сильно реагировать на температуру, для них это нехорошо. Это значит, что враг может найти их слабое место. А если враг найдёт слабое место, он сможет их атаковать.
Чжан Хунлян негромко произнёс:
— Сейчас этот металл можно контролировать температурой только в жидком состоянии. То есть, только когда он жидкий, при сверхнизкой или сверхвысокой температуре ускоряется или останавливается его рост. А после застывания температура на него не влияет. Что до зелий, они больше не нужны — я кое-что изменил.
Чжао Хай негромко произнёс:
— Расскажи подробнее, как ты это сделал?
Чжао Хай и вправду не знал, как у Чжан Хунляна это вышло. Ведь этот металл они уже изучили вдоль и поперёк, испытали с самыми разными материалами, но результат был неважный. А теперь Чжан Хунлян вдруг улучшил металл — это и вправду поражало.
Чжан Хунлян с улыбкой ответил:
— Глава секты, я добавил в эти металлы Чистую землю, а также кристаллы-проводники. И самое главное: для управления переходом металла в жидкое или твёрдое состояние используется не обычная магическая сила из нашего тела, а закон, содержащий силу Будды. Можно сказать, этот металл теперь словно специально создан для учеников секты Кровавой Бойни.
Чжао Хай опешил, а затем несказанно обрадовался:
— Правда? Просто добавил Чистую землю и кристаллы-проводники, и получилось такое? Не может быть!
Чжао Хай и вправду не думал, что Чжан Хунлян всего лишь немного изменил состав, и металл стал таким. Это поражало.
Чжан Хунлян покачал головой:
— Конечно, всё не так просто. На самом деле те зелья, что мы добавляли в металл раньше, теперь тоже вошли в его состав. Просто я добавил лишь некоторые их свойства, соединил эти свойства с кристаллами-проводниками, а затем добавил Чистую землю, чтобы она соединила кристаллы-проводники. Так и получился такой эффект.
Чжан Хунлян с улыбкой продолжил:
— Поскольку в этот металл добавлено много всего и он прошёл многократную переплавку, теперь его можно назвать совершенно новым металлом. Всё внутри слилось воедино, образовав нечто новое. Разделить их обратно, боюсь, уже невозможно. А этот металл обычно находится в жидком состоянии и лишь при использовании по нашему желанию становится твёрдым. При использовании все ученики должны вложить в металл свой закон — и металл затвердевает, принимая любую нужную форму. Стоит отозвать магическую силу — и он снова становится жидким. В это время он — металлический шар. Хотя им по-прежнему можно управлять психической силой, твёрдым он уже не станет, пока ты снова не вложишь в него магическую силу.
Услышав это, Чжао Хай сразу понял особенности этого металла.
Особенности его были на самом деле просты: обработай его психической силой, сделай своим — и сможешь управлять им свободно. Но металл этот жидкий. Если хочешь сделать его твёрдым, нужно вложить в него закон. Поскольку магическая сила учеников секты Кровавой Бойни содержит силу Будды, металл может затвердеть. Но стоит отозвать закон, и без этой силы Будды в металле он снова станет жидким.
Хотя так, казалось бы, тратится больше магической силы. Ведь в бою нужно не только вкладывать закон в металл, но и сражаться с помощью магической силы — расход огромный. Для учеников секты Кровавой Бойни это вроде бы невыгодно. Но Чжао Хай считал, что этот способ очень хорош.
Чжао Хай давно уже придумал решение, потому ничуть не тревожился. Потому и считал этот металл превосходным. Прежде ученики секты Кровавой Бойни слишком полагались на большие магические инструменты, оттого и возникали всякие проблемы. Если бы теперь сделать этот металл безупречным, ученики снова начали бы на него полагаться.
Потому Чжао Хай не только не разочаровался, но, напротив, расхохотался:
— Хорошо, очень хорошо! Хунлян, ты оказал секте Кровавой Бойни огромную услугу! Отлично! Давай так: немедленно начинай перевооружение учеников секты Кровавой Бойни и одновременно изготовление больших магических инструментов. Кстати, тот прежний металл, который не изменяли, ещё есть? Тот, которому не нужна сила Будды — достаточно добавить зелье, чтобы затвердел, а чтобы снова стал жидким, нужны и сила Будды, и контроль температуры. Ещё есть?
Чжан Хунлян с улыбкой ответил:
— Есть, конечно. Тот металл тоже очень полезен. Например, для изготовления больших магических инструментов секты Кровавой Бойни, для создания формационных символов и так далее — он нужен. А этот металл, требующий вложения магической силы, как раз для наших людей.
— Хорошо, раз есть — хорошо. Сначала увеличь производство этого буддийского металла, а затем перевооружим всех учеников секты Кровавой Бойни, переведя все их внешние воплощения на этот металл. А что до управления — об этом позже. Мне сейчас нужно к Вэнь Юймину, нужно разработать новое энергетическое оружие.
— Глава секты, я думаю, если внешние воплощения учеников и вправду нужно перевооружать, то лучше сохранить и прежний вид — то есть у каждого должен остаться доспех. И этот доспех лучше делать не из этого металла. Ведь если ученик лишится закона, доспех всё ещё сможет хоть как-то защитить. А если всё перевести на этот металл, то при невозможности использовать магическую силу у нас вообще не останется защиты — это слишком опасно, — услышав слова Чжао Хая, Чжан Хунлян сразу высказал своё мнение.
Чжао Хай подумал и кивнул:
— Есть смысл. Давай так: с перевооружением пока подождём. Когда управимся, все вместе обсудим и решим. А сейчас я пойду к Вэнь Юймину, займусь изучением нового энергетического оружия. Ты тоже иди. За производством металла достаточно поручить присмотреть одному человеку.
Чжан Хунлян откликнулся, и Чжао Хай повёл его к Вэнь Юймину.
Вэнь Юймин как раз ломал голову над тем, как соединить формации. Он обнаружил, что энергетические линии не вовсе бесполезны — просто при запуске формационной комбинации линии принимают слишком большую энергию. От этого они не выдерживают и взрываются.
Хотя в конце концов Вэнь Юймин использовал металлическое покрытие, созданное Чжан Хунляном, для изготовления энергетических линий, линии хоть и не рвались, но результат был не идеальным. Это и мучило Вэнь Юймина. Сейчас он изучал, нельзя ли другими способами сосредоточить энергию формаций, не используя энергетические линии.
Когда пришли Чжао Хай и Чжан Хунлян, они сразу включились в исследование. К ним присоединились и несколько мастеров формаций из Шэньцзитана. Сначала все обсудили и наметили несколько способов, затем разбились на группы для испытаний — какой способ полезнее.
Шло время, и в конце концов ни один из испытанных способов не оказался достаточно хорош. Это озадачило не только Вэнь Юймина, но и Чжао Хая. Он и вправду не думал, что все способы окажутся бесполезны. Дело становилось трудным.
В конце концов Чжао Хай собрал всех, чтобы сообща решить, что делать. Разумеется, на этот раз он собрал только людей из Шэньцзитана, не стал звать Вэньхая и остальных. Вэньхай и его люди разбирались в формациях куда хуже людей из Шэньцзитана, потому Чжао Хай их и не позвал.
Когда все расселись, Чжао Хай занял главное место, обвёл всех взглядом и заговорил:
— Честно говоря, я и не думал, что на этот раз исследование окажется настолько трудным. Думаю, и вы не ожидали. Но раз так вышло, нужно найти решение. И я верю: если мы его найдём, то сможем сделать наше энергетическое оружие ещё сильнее. Теперь говорите, у кого какие мысли. Любые. Даже если вам кажется, что это совершенно неосуществимо, — говорите. Обсудим все вместе.
Все на время замолчали.
Спустя долгое время Чжан Хунлян, нахмурившись, заговорил:
— Проблема конфликта энергии, проблема передачи энергии и, наконец, проблема выброса энергии. Можно сказать, эти три проблемы — то, что нам нужно срочно решить. Стоит их решить — и наше энергетическое оружие непременно получится. Но сейчас проблема в том, что конфликт энергии мы не можем устранить, и передачу энергии тоже не можем наладить. А без решения этих двух проблем не решить и конфликт. К тому же, мне кажется, в проблеме передачи энергии и проблеме конфликта есть нечто общее. Может, объединить эти две проблемы в одну?
(Конец главы)