Поняв это, Вэньхай, наоборот, успокоился.
Противник мог уйти в любой момент — значит, он не обязательно будет сражаться с ними насмерть. Для них это было даже к лучшему. К тому же раз якши могли уйти в любой момент, то то, что они не атаковали во время окружения, становилось объяснимым.
Однако Вэньхай не потерял бдительности. Он прекрасно понимал: ни в какой момент нельзя расслабляться. Иначе пострадают они. Потому, хоть Вэньхай и поделился своими догадками с остальными, он всё же велел им повысить бдительность, не терять осторожности и действовать по плану шаг за шагом.
Гу Юаньчжэн, естественно, тоже получил уведомление от Вэньхая.
Он подумал и решил, что ничего страшного. Изначально он не спешил. Уйдёт враг или будет сражаться насмерть — неважно. Они в любом случае через наступление на этот город хотели понять уровень искусства формаций расы якшей, потому не стоило слишком беспокоиться о том, что те задумали. Цель этой битвы была ясна: узнать, до какой степени раса якшей владеет формациями, а уже потом — уничтожить якшей.
Потому, получив уведомление Вэньхая, Гу Юаньчжэн не придал ему большого значения. Сейчас он ждал прихода людей из Шэньцзиина. Для разрушения формаций нужны были именно они, остальные не годились. А на этот раз из Шэньцзиина прислали Цзюсуаня.
Цзюсуань был вождём племени девятичисловых черепах. А у племени девятичисловых черепах было ещё одно имя — племя взламывающих формации зверей. Так что для девятичисловых черепах разрушение формаций было их исконным делом. Послать их было как нельзя более уместно.
Впрочем, сейчас Цзюсуань командовал учениками расы нежити, расставляющими кубические формации на сотни миллионов. Лишь когда эти великие формации будут построены, они придут разрушать формации.
Лишь через день Цзюсуань закончил расставлять кубические формации на сотни миллионов для расы нежити. Только тогда он прибыл на передовую и сразу нашёл Гу Юаньчжэна.
Гу Юаньчжэн относился к Цзюсуню с большим уважением. Ведь Цзюсуань тоже был слугой Чжао Хая, и его положение было таким же. Можно сказать, что Гу Юаньчжэн уважал Цзюсуаня даже больше, чем Вэньхая и остальных. Ведь оба были слугами Чжао Хая, и от этого между ними была особая близость.
Потому, едва увидев Цзюсуаня, Гу Юаньчжэн сразу отвесил ему поклон:
— Дядя Цзю, на этот раз придётся вас потревожить.
Цзюсуань был вождём племени девятичисловых черепах, к тому же уже очень стар, потому Гу Юаньчжэн почтительно называл его дядей Цзю.
Цзюсуань с улыбкой ответил:
— Ладно, Юаньчжэн, не церемонься со мной. На этот раз старейшина Вэнь велел мне разрушить формацию, и я, честно говоря, даже рад. Искусство формаций расы якшей поистине могущественно, и мне и вправду хочется посмотреть, каковы их способности в формациях и чему они могут нас научить. Ты же знаешь, искусство формаций — и наша основа, и для молодого хозяина оно крайне важно. Если здесь удастся обнаружить новую систему формаций, для нас это тоже благо.
Гу Юаньчжэн кивнул:
— Тогда всё зависит от вас, дядя Цзю. Вы же знаете, мы в искусстве формаций разбираемся не очень. Дядя Цзю, когда начнём?
Гу Юаньчжэн не слишком спешил, но боялся упустить время, потому и спросил.
Цзюсуань заговорил:
— Не спеши. Сейчас город окружён силой законов Теневой расы, и мы совсем не видим, что внутри. В таком положении разрушить формацию непросто. К тому же, даже чтобы разрушить формацию, нужно сначала посмотреть, как барьер реагирует на атаку. Потому техническое разрушение формации — дело не простое.
Он помолчал и продолжил:
— Давай так: ты сначала подгонишь несколько колёс законов и медленно продвинешь их к городу, оттесняя силу законов Теневой расы к городу и обнажая барьер. А затем атакуешь барьер — можно дальними атаками, хотя бы энергетическими гигантскими зверями. Посмотрим, как барьер реагирует на атаку.
Гу Юаньчжэн отозвался и тут же приказал подогнать с тыла несколько колёс законов.
Эти колёса законов у секты Кровавой Бойни были готовы. Обычно секта их не использовала, потому что на Крепостях Кровавой Бойни были свои колёса законов, а кубические формации могли сами составлять колёса законов. Даже если совсем не выйдет, внешние воплощения учеников секты могли обратиться в колёса законов. Потому несколько колёс законов, изготовленных прежде не из кровавого золота, были отложены и давно никем не использовались.
На этот раз Цзюсуаню нужно было посмотреть, как барьер города реагирует на атаку, а для этого требовалось оттеснить силу законов Теневой расы. Только так можно было разглядеть, как барьер реагирует на их атаки и как меняется энергия. Потому он и хотел задействовать колёса законов.
Он не пускал учеников расы нежити, опасаясь, что большое скопление людей вызовет реакцию якшей в городе. Если бы якши вышли, могли возникнуть аномальные колебания энергии. Для разрушения формации это было бы плохо. Потому Цзюсуань хотел использовать только колёса законов, не подпуская людей расы нежити.
Колёса законов быстро привезли.
Гу Юаньчжэн приказал ученикам расы нежити поставить колёса законов у края силы законов Теневой расы и запустить их. Едва колёса законов заработали, сила законов Теневой расы сразу была оттеснена назад силой законов секты Кровавой Бойни. Но оттеснена лишь примерно на ли — там словно был чёрный барьер, остановивший силу законов секты Кровавой Бойни.
Увидев это, Цзюсуань сразу понял: они наткнулись на барьер города.
Он тут же повёл Гу Юаньчжэна и нескольких мастеров к краю барьера. Вскоре они подлетели к нему. Затем Цзюсуань протянул руку и коснулся барьера.
Барьер был упругим. Когда он коснулся его рукой, показалось, будто он нащупал мягкую шину: при нажатии она подавалась, а стоило отпустить — барьер тут же возвращался. Это немало удивило Цзюсуаня.
Затем он снова приложил руку к барьеру и закрыл глаза, прислушиваясь. Он хотел почувствовать, стабильна ли энергия барьера.
Лишь спустя какое-то время он открыл глаза, и в них читалась глубокая серьёзность. Затем он негромко произнёс:
— Юаньчжэн, пусть энергетические гигантские звери атакуют барьер. Мне нужно рассмотреть получше.
Гу Юаньчжэн отозвался и тут же приказал энергетическим гигантским зверям атаковать.
С его приказом из кубических формаций войск нежити на сотни миллионов и десятки миллионов один за другим вылетели энергетические звери. Поднявшись, они сразу полетели к барьеру, очень быстро, и в мгновение ока добрались до него и врезались.
Раздался череда грохотов, барьер начал дрожать. Но амплитуда колебаний была совсем небольшой. Когда несколько энергетических гигантских зверей длиной в десять тысяч ли врезались в барьер, колебания усилились, но барьер не пробился. И всё это время Цзюсуань смотрел на барьер, несколько раз прикладывая к нему руку, словно чувствуя его изменения.
Лишь после того как энергетические гигантские звери атаковали в течение двух четвертей часа, Цзюсуань произнёс:
— Идём, отступаем.
Гу Юаньчжэн отозвался и только собрался отойти с Цзюсунем, как вдруг в его глазах сверкнул острый блеск. В руке у него появилась длинная сабля, и он взмахнул ею, создавая перед собой завесу из клинков.
И как раз когда Гу Юаньчжэн обнажил саблю, из барьера вылетели несколько толстых чёрных копий, целясь прямо в него и Цзюсуаня. Несколько мастеров расы нежити тоже достали оружие и прикрыли себя, не давая копьям поразить их.
Цзюсуань же не обращал на это внимания — отступая, он смотрел на барьер. Колебания барьера становились всё сильнее, но он не собирался пробиваться. Потому Цзюсуань смотрел очень внимательно, отходя и словно увеличивая расстояние, чтобы получше рассмотреть барьер.
Когда они отошли примерно на пять ли от барьера, чёрные копья наконец перестали их атаковать. Похоже, они достигли предела дальности баллист расы якшей.
Изначально люди секты Кровавой Бойни полагали, что предел дальности тех баллист якшей — около тысячи метров, то есть примерно два ли. Но теперь всё выглядело иначе: дальность тех баллист составляла минимум около двадцати ли. Такое расстояние не удивило секту Кровавой Бойни. Ведь даже обычные баллисты, сделанные людьми, бьют на несколько сотен метров. Тем более здесь — мир культивации, и баллисты сделаны расой якшей. Разве может дальность быть такой маленькой?
Цзюсуань продолжал отступать, отошёл ещё на пять ли и только тогда остановился. Затем сказал Гу Юаньчжэну:
— Оставь здесь одного человека с формацией запечатлённого образа, пусть постоянно записывает частоту колебаний барьера. Запомни: нужно фиксировать время, по времени нашей секты Кровавой Бойни. Час, минута, секунда — всё должно быть записано чётко.
Гу Юаньчжэн сразу ответил:
— Хорошо, нет проблем.
И тут же поручил одному из своих людей заняться этим.
Затем Цзюсуань повёл Гу Юаньчжэна на другую сторону и там тоже велел записывать колебания барьера формацией запечатлённого образа, тоже с фиксацией времени. Потом так же поступил с двумя другими сторонами.
Когда всё было устроено с четырёх сторон, Цзюсуань встал на голову одного гигантского зверя нежити и, глядя на барьер, принял задумчивый вид.
Гу Юаньчжэн хоть и не понимал, что это значит, но раз Цзюсуань не велел людям прекращать запись, он тоже не отдавал приказа и позволил им продолжать. Он знал, что Цзюсуань не стал бы заставлять их делать это без причины.
(Конец главы)