Львиное Сердце-император смотрел на Сянъюя.
Да, Сянъюй явился снова.
Львиное Сердце-император взглянул на него и негромко произнёс:
— Сянъюй, на этот раз ты принёс мне добрые вести?
Львиное Сердце-император ждал вестей от Сянъюя и его людей. Если только от них не будет вестей — добрых или дурных, — он всё равно готов был действовать. Все эти дни они не сражались с сектой Кровавой Бойни, и это уже вызвало недовольство у некоторых военачальников Львиносердного царства. Как ни крути, а Львиному Сердцу-императору приходилось выступать.
Сянъюй негромко произнёс:
— Да, Ваше Величество Львиное Сердце-император. На этот раз я принёс добрые вести: союзное войско прибудет сюда через пять дней. Потому прошу Ваше Величество непременно продержаться пять дней. Не будет ли у Вашего Величества каких-либо затруднений? Если не хватает войск, мы можем тотчас прислать людей через телепортационную формацию.
Львиное Сердце-император покачал головой и негромко произнёс:
— Не нужно. За эти дни мы готовимся к большому сражению с сектой Кровавой Бойни. После этого боя у нас, вероятно, уже не останется сил. Тогда и скажите им: что мог, я сделал. Возвращайся и передай им, что я постараюсь как можно дольше сдерживать секту Кровавой Бойни. Если же сдержать не удастся, то мне останется лишь заранее принести извинения. Возвращайся.
Сянъюй пристально взглянул на Львиного Сердца-императора, затем сложил руки в кулаке и негромко произнёс:
— Сянъюй всё запомнил. Вернувшись, непременно передам слова Вашего Величества моему императору. Сянъюй откланивается.
С этими словами он отвесил Львиному Сердцу-императору поклон и вышел из главного зала.
Когда Сянъюй покинул остров Львиного Сердца, император тотчас созвал в главный зал всех своих подчинённых рангом выше маршала.
Когда все собрались, Львиное Сердце-император обвёл их взглядом и негромко произнёс:
— Все эти дни я слышал много недовольных голосов: дескать, я испугался секты Кровавой Бойни, не смею с ней сразиться и только отступаю. Так или нет?
Никто не заговорил.
Но все опустили головы. В последние дни таких разговоров и вправду было немало, некоторые из них велись даже здесь, в зале. За спиной говорить — куда ни шло, но в лицо Львиному Сердцу-императору никто не осмеливался сказать ни слова, и даже тени недовольства не выказывал.
Львиное Сердце-император, глядя на них, негромко произнёс:
— Можете не признаваться. Достаточно того, что я слышал. Сегодня я собрал вас здесь, чтобы высказать свои мысли. Секта Кровавой Бойни появилась здесь и наступает на нас. А какова её мощь — думаю, объяснять не нужно. Прежде я не посылал вас в бой, а лишь отступал, выжидая реакции остальных царств. Если бы мы сразу схлестнулись с сектой Кровавой Бойни и понесли тяжёлые потери, то, боюсь, нам не понадобилось бы дожидаться её удара — другие царства сами бы нас уничтожили. Потому нельзя сразу лезть в драку. Нужно сохранить часть сил.
Тут он сделал паузу. Оглядев собравшихся, он негромко продолжил:
— Знаю, о чём вы думаете: мол, даже если нас и проглотят, мы всего лишь станем чьими-то подчинёнными. Но сейчас положение не то, что прежде. Сейчас вы уже потеряли немало своих земель. И, судя по силе секты Кровавой Бойни, думаете, остальные царства точно смогут её одолеть? Даже если и одолеют, как по-вашему, много ли ваших городов уцелеет? Без этих городов, с одними парящими островами, вы станете перекати-полем. Станут ли те люди так уж вами дорожить? Потому сейчас нам нужно держаться вместе. Мы должны сохранить боеспособность, чтобы те люди схлестнулись с сектой Кровавой Бойни, желательно — взаимно уничтожив друг друга. Даже если этого не случится, в конце концов, если у нас останется хоть какая-то сила, наш голос будет звучать весомее. Понимаете?
Все были не глупцами и, разумеется, поняли. Потому дружно откликнулись.
Тогда Львиное Сердце-император, глядя на них, негромко произнёс:
— Хотя мы и должны беречь силы, нельзя всё время избегать боя с сектой Кровавой Бойни. Только что приходил Сянъюй. Он сказал, что подкрепление из других царств прибудет через пять дней. До их прихода я намерен дать секте Кровавой Бойни настоящий бой. Во-первых, чтобы те люди знали: мы действительно сражались с сектой Кровавой Бойни. Во-вторых, чтобы секта узнала, на что способна наша раса якшей. Пусть не думают, будто мы не можем их одолеть.
Все дружно откликнулись.
На этот раз голоса звучали куда громче, чем прежде. Очевидно, они были совершенно согласны со словами императора. Всем хотелось сразиться с сектой Кровавой Бойни и показать ей, на что они способны.
Львиное Сердце-император оглядел их и заговорил:
— Хорошо, все ступайте готовиться. Завтра выступаем. У людей секты Кровавой Бойни есть способ видеть нас, так что о внезапном ударе можно не думать. Мы открыто двинем войско и дадим им бой, покажем, на что мы способны.
Все дружно откликнулись так, что едва не сорвали крышу зала.
Видя это, Львиное Сердце-император удовлетворённо кивнул.
Боевой дух был на высоте — вот что волновало его больше всего. Львиное Сердце-император прекрасно понимал, что они куда уступают секте Кровавой Бойни: и в оснащении, и в силе, и в численности. В таком положении, если и боевой дух будет ниже, им конец. Потому сегодня он главным образом хотел поднять дух этих людей, чтобы они могли сразиться с сектой Кровавой Бойни.
Когда все ушли, Львиное Сердце-император обернулся к оставшемуся Фусяну:
— Великий министр, у нас всё готово? Проблем не будет?
Львиное Сердце-император спросил об этом потому, что они уже перебросили часть войск. Это были их сохранённые силы. Он не собирался бросать их в завтрашний бой.
Мощь секты Кровавой Бойни он уже видел. Честно говоря, увидев её силу, он был поистине потрясён. Секта Кровавой Бойни слишком сильна. Перед ней уйти без потерь очень трудно. Потому Львиное Сердце-император заранее кое-что подготовил: он вывел часть преданных ему отборных войск. В будущем они станут его козырем.
Фусян негромко произнёс:
— Всё улажено. Разместили в Улао у границы наших владений. Народу там немного, так что они придутся к месту, и никто не обратит внимания.
Фусян всегда действовал осмотрительно. Это Львиное Сердце-император ценил в нём больше всего.
Львиное Сердце-император кивнул и негромко произнёс:
— Хорошо, раз всё улажено — хорошо. Тогда дадим себе волю и как следует сразимся с сектой Кровавой Бойни. Хочу посмотреть, точно ли она способна всех нас одолеть.
С этими словами он широким шагом вышел из зала — распоряжаться войсками.
Фусян, глядя вслед Львиному Сердцу-императору, тихо вздохнул.
Он знал: на самом деле Львиное Сердце-император уже не верил в победу над сектой Кровавой Бойни. Будь у него уверенность, он не говорил бы таких слов. Значит, он её потерял. И этот бой они проиграют.
Но бой был необходим. Иначе, когда прибудут войска других царств, они увидят, что здесь почти нет потерь. А это вызовет раздоры. Тогда те люди станут воевать ещё неохотнее. Потому нужно было сразиться, причём желательно поскорее. Иначе с прибытием подкрепления возникнут проблемы.
Разумеется, они шли в бой не только для вида. Как сказал Львиное Сердце-император, сейчас внизу уже появилось недовольство им. Если он и дальше не начнёт сражаться, подчинённые отвернутся. И этот случай дал Львиному Сердцу-императору ясное понимание, кто ему по-настоящему предан, а кто нет. Потому он и вывел преданных, а менее преданных оставил — для участия в завтрашнем бою. Это был и способ избавиться от инакомыслящих.
Впрочем, Фусян не одобрял этого.
Потому что такой поступок, хоть и кажется выгодным, на деле имеет и большие минусы. После этого те люди, поразмыслив, поймут, что что-то не так. И тогда они отвернутся от Львиного Сердца-императора ещё сильнее. Это решительно не к добру.
Но делать нечего. Львиное Сердце-император решил так, и Фусян, даже если и не хотел соглашаться, не мог ничего поделать. В конце концов, он всего лишь министр, а не император. Император — Львиное Сердце. Потому, когда его возражения не возымели действия, Фусян перестал возражать и просто делал то, что должен.
Положение Фусяна было особым. Сила его была немала, но он никогда не создавал собственной группировки. Он не походил на других военачальников — у тех были свои силы, даже свои парящие острова, свои подчинённые. По отношению к Львиному Сердцу-императору они были относительно независимы. Они слушались императора, но в обычное время у них были свои люди, которые подчинялись напрямую им, а не императору.
Фусян был другим. Сила его была велика, но он всегда оставался великим министром при Львином Сердце-императоре и занимал высокое положение. Именно поэтому он не создал полностью своей группировки. Он мог заставить тех людей слушаться не силой своей группировки, а силой императора. Потому и мыслил он иначе, чем они.
Он не хотел, чтобы у Львиного Сердца-императора возникли проблемы. Ведь если проблемы возникнут у императора, больше всех пострадает именно он. Потому он всей душой радел за императора. Но, увы, на этот раз те люди по-настоящему разгневали Львиное Сердце-императора. Он разъярился и решил поступить именно так. Фусян не мог его остановить и мог лишь держать дело в определённых рамках.
Вывести часть людей, оставить достаточный козырь — эта мера хоть и не им была придумана, он и не слишком возражал. Как бы там ни было, имея под рукой такой отборный отряд, они в будущем, что бы ни делали, будут чувствовать под собой опору.
(Конец главы)