Самое изменчивое в этом мире — человеческое сердце.
Сердце человеческое изменчиво, но порой оно способно и на вечную неизменность.
Почему в исторических хрониках всегда можно найти примеры неизменных сердец? Ради любви, ради родственных чувств, ради верности и долга — обо всём этом в хрониках есть записи. Потому что изменчивых сердец много, а неизменных мало. Именно потому, что неизменных мало, эти вечные сердца и увековечивают.
А много ли в истории по-настоящему записанных изменчивых сердец? Ответ: очень мало.
Почему? Потому что изменчивых сердец слишком много, они не стоят записи. Лишь некоторые люди особого положения удостаиваются упоминания.
Чжао Хай не был настолько наивен, чтобы полагать, будто все ученики секты Кровавой Бойни не предадут его.
Он не бог. Даже будь он богом, он не поручился бы, что всем нравится.
Потому для управления всей сектой Кровавой Бойни необходимы некоторые средства.
Иначе не было бы и Чжу Юна.
А Вэнь Юймин тоже не был глупцом.
Потому после слов Вэньхая он немного подумал и понял его истинный смысл.
Но последующие слова Чжао Хая заставили опешить и его, и Вэньхая с остальными.
Все они с недоумением смотрели на Чжао Хая.
Они не верили, что Чжао Хай не расслышал подтекста в словах Вэньхая.
Если бы он действительно не расслышал, это означало бы, что Чжао Хай слишком наивен.
Если же расслышал и всё равно так сказал, значит — он уже придумал решение.
Потому все смотрели на Чжао Хая, желая услышать, что он скажет дальше.
Чжао Хай взглянул на них и слегка улыбнулся:
— Активный металл можно внедрять в секте.
— Но получить его должны лишь те, кто выше учеников истинной передачи.
— Хочешь получить активный металл — усердно культивируй. Достигнешь уровня ученика истинной передачи — получишь активный металл.
Тут Чжао Хай сделал паузу.
Затем обвёл всех взглядом и продолжил:
— Секта ведёт подробнейшие записи о культивации каждого ученика и старейшины.
— Стоит заметить, что кто-то близок к прорыву, или что чья-то культивация долго не даёт прогресса, — и его на время лишают права пользоваться активным металлом, заставляя тренироваться.
— Так эта проблема решится.
Услышав это, Вэньхай и остальные опешили.
Затем Вэньхай серьёзно сказал Чжао Хаю:
— Главарь, так можно решить проблему с учениками секты.
— Но что, если ученики станут использовать активный металл для обмана во время проверок?
— Ведь с активным металлом измерить их истинную силу станет куда труднее.
Чжао Хай повернулся к Вэнь Юймину:
— Лао Вэнь, у вас там есть формации для слежки за людьми?
— Мы можем встроить такую формацию в активный металл каждого ученика.
— Тогда мы будем ясно видеть все изменения в каждом ученике. Даже если они захотят нас обмануть, не смогут.
Услышав это, у Вэньхая и остальных загорелись глаза.
Они сразу поняли замысел Чжао Хая.
Соединить активный металл с каждым учеником, но в тело каждого ученика встроить следящую формацию.
Даже если такая формация будет лишь следить за силой ученика, она всё равно станет гвоздём, вбитым в его тело.
А если ученик действительно что-то замыслит, этот гвоздь окажется не просто средством слежки.
Чжао Хай обвёл всех взглядом и серьёзно произнёс:
— Решено.
— Впредь Шэньцзитан займётся в основном разработкой новых формаций. Ведь с появлением активного металла мы будем всё чаще применять формации и всё реже — магические инструменты.
— Но это не значит, что прежние магические инструменты устареют. У них ещё есть своё назначение.
— К тому же активный металл, сливаясь с нашими учениками, потребует множества формационных комбинаций, чтобы полнее раскрыть его свойства.
— А эти комбинации — вам и предстоит изучать. Понимаешь, о чём я?
Тут Чжао Хай посмотрел на Вэнь Юймина.
Вэнь Юймин энергично кивнул.
Он, разумеется, понял. Чжао Хай говорил более чем ясно.
Активный металл для них невероятно важен.
Но и формаций он требует великое множество. Чтобы раскрыть его силу в полной мере, нужны самые разные формации.
А как идеально соединить их в комбинации — тоже крайне важно.
Впредь в Шэньцзитане из-за активного металла станет меньше техник, много магических инструментов больше не понадобится создавать.
Но без дела они не останутся.
Изучение формаций и формационных комбинаций станет их главным направлением.
Это крайне важно, ибо связано с применением активного металла.
Чжао Хай кивнул и серьёзно произнёс:
— Иди. Пока не разглашай это.
— Активный металл при первой раздаче должен идти в комплекте с формациями. К этому нужно хорошо подготовиться.
— Надо, чтобы выданный активный металл сразу работал. Это непросто. Мне нужно всё обдумать, прежде чем решить.
— Что до формаций — начинайте изучение уже сейчас.
Вэнь Юймин откликнулся.
Чжао Хай махнул рукой, и четверо вышли из его комнаты.
Когда они ушли, Чжао Хай погрузился в раздумья.
Он начал перебирать в уме перемены, которые активный металл принесёт секте Кровавой Бойни, и думать, как лучше его использовать.
Подумав, Чжао Хай в конце концов решил создать единую систему управления.
Эта система даст разным ученикам секты разные права.
Такие, как Вэньхай, смогут через неё отдавать приказы. А обычные ученики смогут лишь принимать приказы, связываться друг с другом или изучать что-то — не более.
Но создать такую систему управления крайне трудно.
Ведь она должна управлять жизнью десятков миллиардов людей секты Кровавой Бойни, анализировать и просчитывать её.
Объём вычислений чудовищен. Обычный оптический компьютер такого не потянет.
При этой мысли Чжао Хай сразу вспомнил о своём биологическом мозге.
Его биологический мозг был очень удобен.
И хотя у него теперь немало биологических мозгов, по-настоящему используется лишь малая часть.
А среди них есть один, специально управляющий пространством Сюаньу и Иллюзорным миром реальности.
Так нельзя ли через этот биологический мозг управлять всей сектой Кровавой Бойни?
С этой мыслью Чжао Хай сразу перевёл внимание на тот биологический мозг.
Ему хотелось узнать, сколько потенциала ещё можно в нём развить и способен ли он управлять всей сектой.
Для него это было крайне важно.
Когда внимание Чжао Хая переместилось к тому биологическому мозгу, он сразу стал следить за изменениями.
Надо сказать, с тех пор как он создал этот биологический мозг, он почти не обращал внимания на его работу.
Это был первый раз, когда он наблюдал за его работой.
Вскоре Чжао Хай обнаружил:
Этот биологический мозг работает так же, как человеческий, функции в точности совпадают.
Но, как и человеческий мозг, разработана лишь малая его часть.
И эта разработанная часть уже делала биологический мозг невероятно мощным.
Ведь биологический мозг Чжао Хая отличался от мозгов остальных учеников секты Кровавой Бойни.
У других учеников биологический мозг не был таким большим.
У остальных он самое большее размером с человеческий мозг. А у Чжао Хая это была огромная мозговая ткань диаметром около десяти метров.
Тут и сравнивать нечего.
И в том биологическом мозге, что управлял пространством Сюаньу и Иллюзорным миром реальности, до сих пор использовалось менее одной десятитысячной.
И всё же этот мозг отлично управлял пространством Сюаньу и Иллюзорным миром реальности, да ещё с запасом.
Это было поразительно.
Видя это, Чжао Хай горько усмехнулся.
Похоже, раньше он был слишком глуп, имея такую мощную вещь и не зная, как её использовать.
Он был уверен, что остальные его биологические мозги сейчас почти все в спячке и не работают.
Потому что не было дела, ради которого их стоило задействовать.
При этой мысли Чжао Хай снова горько усмехнулся.
Но затем он понял: заставить биологический мозг работать в полную силу тоже непросто.
Биологический мозг ещё не развит. А развивать его нелегко.
Если бы развивать мозг было так просто, люди на Земле давно бы это делали.
Потому, чтобы эти биологические мозги заработали, нужно быть осторожным.
Чжао Хай сел, скрестив ноги, и начал размышлять о способах развития биологического мозга.
Мозговая ткань на самом деле очень хрупка. Одна ошибка — и можно повредить мозг.
А если повредить мозг, человек, вероятно, станет недееспособным.
Именно поэтому Чжао Хай и не смел рисковать.
Он не хотел потерять свой биологический мозг.
Развитие биологического мозга — дело нелёгкое.
Почему человеческий мозг изначально начал развиваться?
Возможно, из-за угрозы выживанию.
Потому что человек хотел выжить, хотел жить лучше.
Другие существа для выживания развивали своё тело, приспосабливая его к новой среде. Так они выживали.
А человек — иначе.
Эволюция человека — это эволюция мозга, развитие мозга, сделавшее человека умнее, позволившее ему менять среду и самому искать более подходящий способ существования.
Вот чем человек отличается от других животных.
Потому развитие биологического мозга, похоже, можно начать именно с этого.
(Конец главы)