Фусян был единственным, чьё лицо осталось невозмутимым.
Он лишь обернулся, взглянул на Паньшань-цзюня и заговорил:
— Продолжай.
Услышав это, все опомнились. Затем с недоумением посмотрели на Фусяна — неужели Паньшань-цзюнь ещё не закончил? Быть не может. То, что он сказал о переносе поля боя на землю, и должно было быть концом. Все поняли его мысль — что тут ещё можно добавить?
Паньшань-цзюнь вздрогнул, а затем тотчас с поклоном произнёс:
— Да, великий министр, Ваше Величество. Этот слуга хотел сказать: хотя мы и перенесём поле боя на землю, наши парящие острова должны оставаться в небе. А для этого потребуется помощь бога якшей. Прошу бога якшей помочь нашим парящим островам держаться в небе. Для нас это было бы наилучшим исходом. Дозволено ли будет так поступить?
Услышав это, Львиное Сердце-император и остальные невольно воспрянули духом.
Если и вправду выйдет так, как говорит Паньшань-цзюнь, — они перенесут поле боя на землю, то есть используют формации запрета полётов, но их парящие острова всё равно смогут летать, — для них это было бы наилучшим исходом. Тогда в бою с сектой Кровавой Бойни они наверняка получат огромное преимущество и, можно сказать, окажутся в непобедимом положении.
Львиное Сердце-император, сверкая глазами, посмотрел на Паньшань-цзюня и негромко произнёс:
— Бог якшей и вправду сможет нам помочь? Ведь это не мелочь. И даже если наши парящие острова смогут летать, у нас всё равно нет хорошего способа атаковать секту Кровавой Бойни. Ведь парящий остров, даже находясь в небе, не имеет достаточно средств для атаки. Похоже, пользы от этого немного?
Услышав это, все опешили. Затем поняли: верно, если парящие острова смогут летать, пользы от этого и вправду немного? У парящих островов нет средств для атаки по земле. Если сбрасывать людей с парящих островов для атаки на секту Кровавой Бойни, толку тоже будет мало. Из-за формации запрета полётов сброшенные с островов люди могут попросту рухнуть на землю и разбиться насмерть — никакого проку.
Паньшань-цзюнь негромко произнёс:
— Ваше Величество, не извольте беспокоиться. Если парящие острова и вправду смогут летать, у нас будет много способов атаковать секту Кровавой Бойни. Самый простой — таранить защитный барьер их базы и разрушить его. Не верю, что тогда секта Кровавой Бойни не занервничает.
Львиное Сердце-император опешил, а затем тотчас понял.
И верно. Если им удастся разрушить защитный барьер базы секты Кровавой Бойни, это и вправду доставит ей немало хлопот. Тогда у людей секты Кровавой Бойни не будет настроения наступать. И тогда у них найдётся множество способов разобраться с сектой Кровавой Бойни.
От этой мысли Львиное Сердце-император кивнул и негромко произнёс:
— Чтобы попросить бога якшей о помощи, нужно совместное прошение пяти императоров. От одного меня толку не будет. Я дождусь прибытия остальных императоров, посоветуюсь с ними и тогда решу. Но способ неплох, по-моему, осуществим. Я постараюсь убедить остальных.
Паньшань-цзюнь откликнулся и вернулся на место.
А Фусян заговорил:
— Подкрепление из других царств прибудет через три дня. Нам тоже нужно кое к чему подготовиться. Эти дни нельзя позволить секте Кровавой Бойни снова наступать. Все ступайте, как следует приведите войска в порядок, чтобы отразить атаку секты Кровавой Бойни. Идите.
Все откликнулись и разошлись.
Когда все ушли, Фусян обернулся к Львиному Сердцу-императору:
— Ваше Величество, по-моему, слова Паньшань-цзюня совершенно разумны. Перенести поле боя на землю для нас выгоднее, чем вредно. Мы должны всячески этому способствовать. Но насчёт парящих островов у меня иное мнение.
Тут он сделал паузу и продолжил:
— Способ Паньшань-цзюня хорош, но он забыл одну вещь: у парящих островов нет собственной тяги. Чтобы остров двигался вперёд, его должны тянуть восьминогие быки. Но если и вправду использовать формацию запрета полётов, то и восьминогие быки не смогут летать. Тогда они не смогут тянуть острова. Выходит, его способ неосуществим.
Львиное Сердце-император опешил, а затем изменился в лице.
И верно, как сказал Фусян: у парящих островов нет собственной тяги. Даже если они не боятся формации запрета полётов, без восьминогих быков они лишь зависнут в воздухе и не смогут сдвинуться с места, не говоря уже об атаке. Это и вправду неосуществимо.
Фусян взглянул на Львиного Сердца-императора и негромко произнёс:
— Ваше Величество, этот старый слуга считает, что замысел Паньшань-цзюня неплох. Но оставлять парящие острова в небе — не лучший выход. Хотя так можно напрямую атаковать защитный барьер базы секты Кровавой Бойни, та тоже не останется без ответа. Не забывайте, Ваше Величество, у секты Кровавой Бойни есть свои законы. Даже если мы превратим весь Мир якшей в запретную для полётов зону, на секту Кровавой Бойни это не подействует. На их базе запрета полётов не будет. И тогда наши парящие острова лишатся всякого преимущества, а это плохо. Потому этот старый слуга считает, что способ Паньшань-цзюня не слишком хорош.
Львиное Сердце-император взглянул на Фусяна:
— Великий министр говоришь, что способ не слишком хорош, но, выходит, он всё же осуществим, просто ты считаешь, что с парящими островами нужно поступить иначе. Так как же, по-твоему, следует поступить с парящими островами? Есть ли у тебя предложение?
Фусян негромко произнёс:
— Да. Этот старый слуга считает, что мы должны опустить парящие острова, но не на самую землю, а оставить их на некоторой высоте. Тогда восьминогие быки смогут тянуть их вперёд. При этом, поскольку острова не касаются земли, их скорость не пострадает. И они смогут идти в атаку, нанося удары по врагу. Думаю, это был бы хороший выбор. Прошу Ваше Величество решить.
Львиное Сердце-император подумал и наконец кивнул:
— Неплохо. Если так, это осуществимо. Хорошо, я понял. Когда прибудут остальные императоры, я с ними посоветуюсь. Одному мне это не решить, всё зависит от них.
Фусян откликнулся и заговорил:
— Ваше Величество, если вы скажете об этом императорам сразу по прибытии их подкрепления, толку не будет. Хотя они и знают о положении секты Кровавой Бойни, но, пока не сразились с ней по-настоящему, вряд ли поверят вашим словам. Потому, даже если вы скажете, они не согласятся. Лишь когда они сами пострадают от секты Кровавой Бойни, они вспомнят ваши слова.
Львиное Сердце-император тихо вздохнул:
— Как бы они ни думали, я должен это сделать. Нынешнее дело касается уже не только нашего Львиносердного царства, а всей расы якшей. Если прежде я так не считал, то теперь считаю. Боевая мощь секты Кровавой Бойни поистине ужасна.
Фусян кивнул.
Честно говоря, боевая мощь секты Кровавой Бойни и его поразила. Сейчас у него и вправду не было прежних мыслей. Но кое-что он должен был сказать Львиному Сердцу-императору. Как и это предупреждение — он великий министр при императоре, и он обязан говорить.
Львиное Сердце-император взглянул на Фусяна и заговорил:
— Ладно, великий министр, иди отдохни. До прибытия их подкрепления я не буду нападать на секту Кровавой Бойни. А о замысле Паньшань-цзюня я скажу им при удобном случае. Не беспокойся.
Фусян кивнул, отвесил Львиному Сердцу-императору поклон и удалился.
Его положение в Львиносердном царстве было весьма высоко. Львиное Сердце-император всегда был с ним учтив, потому Фусян и говорил с ним так. И император не гневался — он прекрасно знал, что Фусян беззаветно ему предан.
Три дня для Львиного Сердца-императора и остальных пролетели незаметно.
За эти три дня войско Львиносердного царства неотрывно следило за сектой Кровавой Бойни. К их удивлению, та устроила передышку и не наступала. Это и удивило, и обрадовало Львиное Сердце-императора.
Он и вправду боялся, что секта Кровавой Бойни, на волне победы, тотчас ударит. Тогда быть беде — они не сдержали бы её натиска.
К счастью, секта не наступала. Львиное Сердце-император был очень рад. Чем дольше секта отдыхает, тем больше времени у них. Он был бы счастлив, если бы она отдыхала подольше — тогда они в безопасности.
Хотя Львиное Сердце-император и говорил, что нынешнее дело касается всей расы якшей и он должен сделать всё возможное, но вот так сразу сражаться с сектой Кровавой Бойни до последнего человека он не мог и не хотел.
Ведь другие царства, по сути, не понесли потерь. «Не беда, что мало, беда, что не поровну» — такова психология всех. Я здесь сражаюсь за всю расу якшей, а вы ни при чём? Разве так бывает? Я ведь не только за себя, но и за вас. Вы тоже должны прийти и сражаться, иначе я не стану.
Таковы были сейчас мысли Львиного Сердца-императора.
На самом деле так думает любой нормальный человек. По-настоящему благородных людей немного. Потому и мысли Львиного Сердца-императора были нормальны. Именно поэтому он и хотел сохранить силы. Но именно поэтому они и не могли быть соперниками секте Кровавой Бойни. По сравнению с ней они — горсть песка.
В секте Кровавой Бойни сверху донизу звучал один голос — голос Чжао Хая. Воля Чжао Хая была волей секты. Никто не смел возразить. Потому секта могла действовать едино и поручать любые задания, даже самые опасные, без возражений. А Мир якшей на это решительно не способен.
(Конец главы)