Услышав слова Вэнь Юймина, Гу Юаньчжэн невольно вздрогнул. Он прекрасно знал: то, что создавали Вэнь Юймин и его люди, всегда оказывалось чем-то стоящим. Потому он тут же спросил:
— Неужели? И что же на этот раз вы сотворили? Расскажи подробнее.
Гу Юаньчжэн отлично понимал: если Вэнь Юймин говорит, что это пригодится против Теневой расы, значит, так оно и есть. Теперь его любопытство к новому «Небу в огне» разгорелось ещё сильнее.
Вэнь Юймин улыбнулся:
— И правда стоящая вещь. Мы добавили в «Небо в огне» силу Будды и контрольную формацию. Теперь можно управлять тем, когда и где оно взорвётся. Ну как? Разве не отличная штука?
На этот раз Вэнь Юймин и его люди и впрямь не поскупились. Созданное ими «Небо в огне» было воистину превосходным.
Гу Юаньчжэн на миг опешил, а затем произнёс:
— Силу Будды? Вы добавили в «Небо в огне» силу Будды? Тогда это и в самом деле отличное средство против силы законов Теневой расы. И ещё можно управлять? Это просто замечательно, ха-ха-ха. Вэнь, вы, как всегда, великолепны.
Вэнь Юймин слегка улыбнулся и негромко сказал:
— Это «Небо в огне» создано специально против теневых. Если применить его против обычных культиваторов, эффект может быть хуже, чем против Теневой расы. Но сила атаки у него невероятно высока. Для теневых оно — погибель; для обычных людей — проклятие. Впрочем, проклятие доброе.
Тут даже Вэньхай заинтересовался. Он с некоторым недоумением посмотрел на Вэнь Юймина:
— Вэнь, я не совсем понимаю. Что значит «доброе проклятие»? Разве проклятие может быть добрым?
Вэньхай действительно впервые слышал о добром проклятии, потому и выглядел столь любопытным.
Вэнь Юймин улыбнулся:
— Если говорить по существу, это проклятие и вправду весьма странное. Мы вложили в него буддийские сутры и некоторые заповеди буддийской школы, и так оно и возникло. Обычно оно никак не влияет на человека. Но если ты нарушишь буддийские заповеди, тотчас понесёшь наказание, причём весьма суровое. Если же не нарушаешь — ничего не случится. Можно сказать, что, пока ты просветлённый монах и неуклонно соблюдаешь заповеди, никакой кары не будет, и это проклятие на тебя вовсе не подействует.
Вэньхай и Гу Юаньчжэн разом опешили. Они и представить не могли, что на свете бывает столь странное проклятие. Это было невероятно. Если бы все могли соблюдать буддийские заповеди, разве все не стали бы просветлёнными монахами? Да и вообще, даже просветлённый монах, пожалуй, не смог бы полностью соблюсти все заповеди. А если кто-то и впрямь падёт жертвой такого проклятия, ему конец — ибо выполнить его условия невозможно.
Через какое-то время Гу Юаньчжэн с горькой усмешкой произнёс:
— Ну и ну, Вэнь. Вы, ребята, и вправду безжалостны. Никогда бы не подумал, что вы сотворите такое проклятие. Воистину ядовито, ха-ха-ха. Это отличная вещь. Но на открытом поле боя её можно использовать только против Теневой расы, а против других, боюсь, не очень-то поможет?
Вэньхай покачал головой:
— Нет, я считаю, что и на открытом поле боя от него будет немало пользы. Не забывай: на войне враг исполнен убийственных намерений к нам. Стоит ему замыслить убийство — и он уже нарушил буддийские заповеди. А тогда, боюсь, он даже не поймёт, как погиб.
Вэнь Юймин улыбнулся:
— Верно, это проклятие настолько властно, ха-ха-ха. Ну как? Разве оно не отлично подходит против теневых? Ведь в нём чистейшая сила буддийской школы, и против Теневой расы оно должно действовать ещё лучше. Впрочем, точный эффект вы узнаете только после испытаний. Во время наших испытаний эффект оказался весьма хорош.
Гу Юаньчжэн громко рассмеялся:
— Хорошо, заготовьте побольше. Скоро мы применим его против тех великих пэнов. В них заключена сила законов Теневой расы, и с ними необходимо разделаться.
Гу Юаньчжэн и вправду очень заинтересовался этим «Небом в огне». Ему хотелось увидеть, что станет с великими пэнами, когда их настигнет это пламя.
Вэньхай слегка улыбнулся, затем повернулся к Гу Юаньчжэну:
— Гу, этот бой ты провёл неплохо. Ты отлично справился. Ну что? Есть какие-нибудь мысли?
Вэньхай и остальные видели этот бой. Честно говоря, они и не предполагали, что эффект окажется настолько хорошим. Те враги, ещё не войдя на базу секты Кровавой Бойни, уже понесли тяжёлый урон; а войдя, не получили ни малейшей возможности сопротивляться и были уничтожены на месте. Сделано поистине превосходно.
Гу Юаньчжэн улыбнулся:
— Честно говоря, лучше всех в этот раз показали себя культиваторы меча. Я и подумать не мог, что, войдя в формацию мечей, они смогут проявить такую мощь. И старейшина Цзюсуань — ты сделал поистине превосходно. Под твоим командованием вся магическая формация сразу стала куда сильнее. Если бы не все эти условия, уничтожить великих пэнов было бы непросто. Всё-таки их было более двухсот.
Вэньхай негромко сказал:
— Я как раз об этом и хочу поговорить. Судя по всему, враг и вправду каждые тысячу ли удваивает число своих воинов. Для нас это недобрая весть. Есть у вас какие-нибудь мысли?
Вэньхай тоже чувствовал, что такой подход врага крайне неприятен. Если позволить им так удваивать и удваивать, сколько же врагов появится в конце? От одной этой мысли у него начиналась головная боль.
Все на время умолкли. Затем Чжу Юн заговорил:
— Мне кажется, нам особенно не о чем беспокоиться. Этот мир создан великим мастером буддийской школы для испытания учеников, значит, он не мог создать мир, который ученикам невозможно пройти. Это было бы явно невозможно. Стало быть, должен быть некий предел. Даже если враг способен немного изменять основные законы этого мира, полностью их перевернуть ему, боюсь, будет крайне трудно. Если бы они могли, разве не сделали бы этого давно? То, что раньше они могли нападать на нас пять раз в день, вероятно, тоже было использованием основных законов. Но предел основных законов наверняка строг. Изменить их им, боюсь, не так-то просто.
Гу Юаньчжэн кивнул, затем сказал:
— Такая возможность есть. Если и вправду так удваивать до бесконечности, последнее число окажется слишком страшным. Потому я думаю, что это невозможно. Как сказал Чжу, предел вполне вероятен.
Вэньхай подумал и затем негромко произнёс:
— Сейчас говорить об этом бесполезно. Думаю, дальше нам следует действовать по собственному разумению. Продолжать наступать на них. Мне хочется посмотреть, что ещё придумают великие пэны. Даже если они пошлют ещё больше людей, секте Кровавой Бойни незачем их бояться.
Гу Юаньчжэн и остальные кивнули. Вэньхай повернулся к Гу Юаньчжэну:
— Гу, распорядись насчёт учеников. Если враг нападёт ночью, мы должны дать отпор. Нельзя оставаться без всякой защиты.
Вэньхай тоже сильно тревожился, что враг может ночью начать атаку.
Гу Юаньчжэн улыбнулся:
— Не беспокойся, я уже всё устроил. Если эти типы и впрямь посмеют явиться ночью, мы сделаем так, что они не вернутся.
Гу Юаньчжэн теперь держался весьма властно. Он верил, что способен справиться с врагом, потому и говорил так.
Вэньхай сказал:
— Хорошо, тогда все могут возвращаться. Посмотрим, придут ли сегодня ночью великие пэны. Если не придут, значит, у них всё вернулось в обычное русло. Завтра мы, возможно, сможем немного передохнуть. Всё-таки эти дни мы непрерывно сражались, и ученики сильно устали. Пора дать им отдых.
Гу Юаньчжэн кивнул. Затем он окинул всех взглядом и сказал:
— Можно передохнуть два дня, а потом снова наступать. Заодно мы используем эти два дня, чтобы посмотреть на реакцию врага. Сегодня мы снова уничтожили партию врагов. По прежнему порядку в следующие два дня враг не должен нападать. Если же нападёт, значит, он, возможно, изменяет основные законы Мира Гаруды. Тогда нам придётся ускорить действия.
Вэньхай придавал словам Гу Юаньчжэна большое значение. И то, что тот говорил, совпадало с его собственными мыслями. Потому он кивнул:
— Верно, именно так. Тогда передохнём два дня. Гу, вернись и всё улади. Шу Ли, главарь поручил тебе Зал духовных зверей, так что не дави на себя. Говорят, ты в последнее время ставишь опыты на расе Иных. Смотри, не натвори глупостей.
Вэньхай сказал так Шу Ли потому, что Чжао Хай передал Зал духовных зверей под его начало. А Шу Ли, став главой отделения, всё никак не мог представить ничего нового. Возможно, из-за этого в последнее время он стал проявлять чрезмерное рвение. Говорили, будто он проводит испытания на расе Иных. Вэньхай не одобрял этого. Ведь Чжао Хай придавал расе Иных огромное значение. Если из-за Шу Ли с расой Иных случится что-то дурное, Чжао Хай его не пощадит. Даже если не убьёт, наказание неминуемо. И неважно, что Шу Ли сам происходил из расы Иных.
Услышав слова Вэньхая, Шу Ли слегка улыбнулся:
— Не беспокойся, я не натворю глупостей. Я делаю это потому, что считаю: наша раса Иных — лучшая основа для развития духовных зверей. Только наша раса Иных может стать такой основой, ибо у нас бесчисленное множество возможностей. Потому я и хочу как следует попробовать. Будь уверен, я не стану делать ничего безрассудного.
Услышав это, Вэньхай тоже кивнул и негромко сказал:
— Хорошо, если сам понимаешь, что делаешь, — ладно. Только не испорти великое дело главаря. Иначе мы тебя не пощадим. Всё, возвращайтесь. Шу Ли, если ты и вправду считаешь, что твои испытания принесут секте Кровавой Бойни большую пользу, то говори прямо, что нужно. Мы всемерно тебя поддержим. Все свободны.
Все откликнулись и повернулись, чтобы уйти.
(Конец главы)