В море внезапно появилась группа людей, словно из ниоткуда. Так оно и было на самом деле — телепортационная формация секты Кровавой Бойни теперь при переносе уже не излучала света, потому появление было совершенно неожиданным. Эти люди вот так, из ниоткуда, возникли в море.
Те, кто только что появился в море, ещё не пришли в себя и оглядывались по сторонам. В этот момент к ним неспешно подплыл старый рыба-парусник. Он взглянул на них, будто слегка опешил, затем улыбнулся и заговорил:
— А, так это раса морских коньков и раса иглобрюхов. Здравствуйте. Добро пожаловать в море Сюаньу секты Кровавой Бойни. Отныне здесь ваш дом. Спускайтесь скорее. За вами ещё кто-то должен прийти? Если кто-то ещё идёт, быстрее сходите с телепортационной формации, не загораживайте путь.
Услышав слова старика, морские коньки и иглобрюхи тут же сошли с формации. Один морской конёк подплыл к старику и с улыбкой сказал:
— Здравствуйте, почтенный. Я Ма Жуфэй, вождь расы морских коньков. Позвольте узнать, как к вам обращаться?
Старик посмотрел на Ма Жуфэя и с улыбкой ответил:
— Так вы вождь расы морских коньков, почтенно. Я из расы рыб-парусников, зовут меня Ту Цяньсин. Вождь Ма, прошу за мной. Я знал, что кто-то придёт, но не знал, что это вы. Впрочем, я уже приготовил для вас место отдыха, не беспокойтесь. Здесь вы в безопасности и можете спокойно жить.
С этими словами старик повёл Ма Жуфэя вперёд.
Ма Жуфэй плыл и оглядывался. Он обнаружил, что находится среди огромного кораллового рифа, очень похожего на Коралловый город расы рыб-парусников, о котором он слышал раньше. Это его озадачило — их положение было не выше, чем у расы рыб-парусников. Они бывали в Коралловом городе, но раса рыб-парусников никогда не пускала туда кого попало, потому они видели город лишь издалека. А здесь тоже был коралловый риф, очень похожий на Коралловый город рыб-парусников.
Ту Цяньсин вёл Ма Жуфэя и остальных вперёд и вскоре привёл их на участок. Он тоже весь находился внутри Кораллового города, повсюду виднелись пещеры, и все они пустовали. Приведя их сюда, Ту Цяньсин сказал Ма Жуфэю:
— Вождь Ма, здесь приготовлено место для вашего отдыха. Отдохните пока, а когда все ваши соберутся, мы заново распределим территорию для вашей расы. Возражений нет?
Ма Жуфэй тут же ответил:
— Нет. Благодарю вас, почтенный. Уже то, что у нас есть место для отдыха, прекрасно.
Ма Жуфэй оглядел окрестности. Честно говоря, здешние места были совсем неплохи. Ему, конечно, не на что было жаловаться, потому он сразу согласился.
Ту Цяньсин кивнул:
— Хорошо. Тогда распределение комнат оставляю на усмотрение вождя Ма. Мне ещё нужно встретить остальных, располагайтесь.
С этими словами он повернулся и уплыл. Плыл он небыстро, неторопливо, и сразу было видно, что он вовсе не спешит.
Когда Ту Цяньсин ушёл, Ма Жуфэй огляделся. Тут же один из морских коньков подплыл к нему и тихо спросил:
— Вождь, что нам теперь делать?
Голос его был очень тихим, вокруг были только свои, так что подслушать их никто не мог. Со стороны могло показаться, что они обсуждают распределение комнат.
Ма Жуфэй огляделся и мрачно произнёс:
— Сначала устроимся, разузнаем обстановку, а потом найдём случай действовать. У нас будет только одна попытка, нельзя её упустить. Пока не действуем и не связываемся с Царём драконов, чтобы нас не раскрыли. Думаю, раз мы только что вошли, они будут следить за нами особенно внимательно. Подождём немного, пока они потеряют бдительность, тогда и начнём.
Тот морской конёк отозвался и отправился устраивать остальных.
А Ту Цяньсин в это время плыл вперёд. Выражение его лица было несколько мрачным. Он вовсе не пошёл встречать остальных морских коньков, а, отойдя от Ма Жуфэя и его людей, свернул на боковую дорогу. Убедившись, что вокруг никого нет, он исчез.
Когда он появился вновь, то был уже в Жемчужном городе. Оказавшись там, он огляделся, затем устремил взгляд в сторону резиденции правителя города и сразу поплыл туда. У резиденции его тут же встретили два сине-светящихся осьминога. Оба были уже немолоды, и, увидев Ту Цяньсина, они с недоумением спросили:
— Старина Ту, ты как здесь оказался?
Ту Цяньсин взглянул на них и мрачно произнёс:
— Есть важное дело, о котором нужно вам рассказать. Пойдёмте, поговорим внутри.
Двое из расы сине-светящихся осьминогов с недоумением переглянулись, но ничего не сказали и проводили Ту Цяньсина в комнату.
Когда Ту Цяньсин сел, они с недоумением посмотрели на него:
— Старина Ту, что за дело? Нельзя было снаружи сказать? Зачем вся эта таинственность?
Они тоже знали Ту Цяньсина. Несмотря на то, что он казался старым и сидел дома, на самом деле он был одним из лучших мастеров расы рыб-парусников и её старейшиной. Потому и держались с ним так.
Ту Цяньсин взглянул на обоих и заговорил:
— Только что из Божественного Драконьего морского государства в наше море Сюаньу вошли ещё две расы. Раса морских коньков и раса иглобрюхов. Они сразу попали в Коралловый город нашей расы рыб-парусников. Вы об этом знаете?
Двое из расы сине-светящихся осьминогов тоже были старейшинами. Но по старости они не участвовали напрямую в боях на передовой, а оставались в тылу. Однако о делах на фронте они всё же заботились. О том, что сказал Ту Цяньсин, они знали. Потому оба кивнули:
— Знаем. В Жемчужном городе уже немало народу, потому их отправили в Коралловый город. А что? В чём проблема?
Ту Цяньсин посмотрел на них:
— Я обнаружил, что с этими морскими коньками и иглобрюхами что-то не так. Вождь морских коньков зовётся Ма Жуфэй. Я встречал этого человека раньше. Мы познакомились, когда странствовали, и какое-то время шли вместе, обсуждали применение техник. Но сегодня, увидев его, я понял, что он меня не узнал. И самое главное: я знаю, что у Ма Жуфэя есть одна особенность — на хвосте у него чешуйка, похожая на самоцвет. Это его отличительная черта. Когда-то он сам говорил мне об этом. Он сказал, что эта чешуйка может спасти ему жизнь, потому что действует как чистый кристальный шар: стоит рядом появиться чему-то нечистому, как она чернеет. А у того Ма Жуфэя, которого я видел сегодня, чешуйка на хвосте была чёрной.
Тут Ту Цяньсин сделал паузу и продолжил:
— И ещё раса иглобрюхов. Иглобрюхов я тоже встречал. Они хоть и не сильны в бою, но нрав у них скверный и очень живой. А те иглобрюхи, которых я видел, были какими-то смирными. В выражении их лиц хоть и бывали перемены, но незначительные. И самое главное: у всех у них на лбу я заметил маленькую ранку. Если не присматриваться, её и не увидишь. Но когда я заподознил их, то присмотрелся — у всех иглобрюхов на лбу была такая ранка. Это очень подозрительно.
Услышав это, оба старейшины расы сине-светящихся осьминогов опешили. Один из них сказал:
— Что ты хочешь этим сказать? Ты считаешь, что Ма Жуфэй — подделка? И с иглобрюхами что-то не так? Их кто-то контролирует?
Ту Цяньсин произнёс:
— Ма Жуфэй точно подделка. Я внимательно рассмотрел: чешуйка на хвосте этого Ма Жуфэя приклеена. Но они не знают, что чешуйка на хвосте настоящего Ма Жуфэя не чёрная, а тёмно-синяя. Она чернеет только при встрече с нечистым. Когда убивали Ма Жуфэя, наверняка использовали что-то нечистое, и чешуйка на его хвосте почернела. Но они этого не знают, потому и сделали чешуйку чёрной, а не тёмно-синей. Что до иглобрюхов, то, думаю, их и вправду могли взять под контроль.
Услышав это, оба старейшины встревожились. Один из них сказал:
— Но если всё так, почему ты не скажешь господину Цзюлину и вождю Ту? Пусть они свяжутся с сектой и разберутся с этими типами.
Ту Цяньсин горько усмехнулся:
— Сейчас ещё не все эти типы вошли в море Сюаньу. Если сказать господину Цзюлину и остальным, боюсь, они сразу начнут действовать против них. А эти типы наверняка вошли в море Сюаньу с каким-то умыслом. Если они поймут, что раскрыты, и сразу начнут действовать, потери нашей расы рыб-парусников и расы меч-рыбы будут слишком велики. Сейчас в наших землях остались только старики и дети. Если эти типы вдруг нападут, дети окажутся в опасности.
Двое старейшин расы сине-светящихся осьминогов, услышав это, тоже опешили, затем кивнули. В этом деле действительно нельзя было рисковать. Но тогда как разобраться с морскими коньками и иглобрюхами? Оба на время замолчали, не зная, что сказать. Хотя это дело их напрямую не касалось, они не смели отнестись к нему легкомысленно. Они прекрасно понимали, что оно касается всего морского народа. Ведь этих морских коньков и иглобрюхов наверняка впустили Цзюлин Лао и остальные. Если они устроят смуту в море Сюаньу, это будет означать, что Цзюлин Лао и его люди плохо справились. Для них это ничего хорошего не сулило. Потому действовать нужно было осторожно.
(Конец главы)