Шэнсы в это время заговорил:
— Тот чёрный туман, что используют враги, на самом деле — одно из проявлений силы законов Теневой расы. Но наши ученики, увидев его, не сразу сообразили. Среагируй они вовремя — вполне могли бы с помощью силы Будды на своих гигантских мечах попросту развеять этот туман. И тогда увидели бы врага.
— И ещё: враги примешивают в этот чёрный туман чёрные молнии. Вот они-то и доставляют больше всего хлопот. Ударная мощь у них чудовищная, нужно быть осторожнее.
Дин Чуньмин негромко произнёс:
— Я анализировал эти чёрные молнии. У них очень сильный парализующий эффект. Тот, в кого попадает такая молния, на мгновение замирает и не может двигаться.
— Но от этих чёрных молний можно защититься. Если на гигантских мечах наших учеников будет слой защитного барьера, он вполне сможет их сдержать. Потому я считаю, что на гигантские мечи стоит нанести защитный барьер земляной стихии.
— Во-первых, у земляного защитного барьера защита лучше. Во-вторых, он ещё и усиливает сам гигантский меч. При столкновении с кунь он сразу разбивает чешую на их телах.
Гу Юаньчжэн тоже кивнул:
— И ещё хвосты этих кунь. Они очень длинные и невероятно гибкие. Во время боя я заметил: кунь в конце концов умудряются перевернуться головой вниз, встать вертикально и бить хвостами по нашим гигантским мечам — так, что мечи отлетают. Видно, сила у них чудовищная. На это нужно обратить внимание.
Вэнь Вэньхай кивнул и, глядя на всех, сказал:
— Ещё что-нибудь есть? Говорите, если есть.
Вэнь Вэньхай сейчас был очень доволен. То, что Гу Юаньчжэн и остальные высказали столько предложений, уже пойдёт на пользу следующему бою. Ему хотелось, чтобы таких предложений было ещё больше.
Дин Чуньмин заговорил:
— Я считаю, что мы вполне можем обойтись без этих гигантских мечей. В дороге их использовать можно, а вот в атаке — не обязательно, и даже без других усилений можно обойтись. Достаточно сделать доспехи потолще, защиту покрепче — и всё.
— Когда мы атакуем этими гигантскими мечами, мы всё равно полагаемся в основном на сам меч. А если без него, то ученикам в атаке придётся больше использовать собственную силу. Изменение силы позволяет пробить защиту врага. Для них это даже полезнее.
Вэнь Вэньхай и остальные опешили, а затем Вэнь Вэньхай тотчас сказал:
— Старина Дин, расскажи подробнее.
Вэнь Вэньхай придавал большое значение мнению Дин Чуньмина. Он знал его силу, знал, что тот прежде командовал учениками в бою и командовал отлично. Просто теперь он больше сил отдаёт совершенствованию и потому отошёл от командования. Но его советы по-прежнему очень полезны.
Дин Чуньмин кивнул и заговорил:
— Какой бы ни была энергия, атакуя врага, по сути она остаётся силой. Просто формы выражения силы разные. А изменение силы — это как раз один из важнейших аспектов её использования.
— Два человека с одинаковой силой: один умеет менять силу, другой — нет. Тот, кто умеет, непременно победит. Потому изменением силы ни в коем случае нельзя пренебрегать.
— А наши ученики секты Кровавой Бойни уделяют изменению силы не так уж много внимания. Культиваторы тела ещё ладно — они, раз уж тренируют тело, кое-что об изменении силы знают. Но обычные ученики этим совсем не интересуются. А из-за этого их сила не раскрывается полностью.
— Потому я считаю: нужно заставить учеников чаще сражаться с кунь в ближнем бою, пусть сами берут оружие и атакуют, пусть на деле учатся и чувствуют важность изменения силы. Только так они начнут это ценить и захотят учиться. А как научатся — их боевая мощь снова сильно возрастёт.
Вэнь Вэньхай и остальные слушали и то и дело кивали.
Они понимали, о чём говорит Дин Чуньмин. Изменение силы звучит заумно, но попросту — это когда в одном ударе ты вкладываешь несколько разных сил. Вот это и есть изменение силы.
Во всей секте Кровавой Бойни в управлении изменением силы Дин Чуньмин — признанный мастер. Одним ударом он может вложить десятки разных сил. И враг, столкнувшись с ним, быстро теряется и часто не выдерживает даже одного удара.
Талант у Дин Чуньмина отличный, но и трудолюбие такое, что мало кто сравнится. Он человек невероятно упорный, а его контроль и применение силы другим недоступны. Потому в секте Кровавой Бойни все признают: первый после Чжао Хая — именно Дин Чуньмин. Остальные не дотягивают.
Дин Чуньмин, глядя на них, продолжил:
— Думаю, многие забыли, что молодой хозяин давно высказывал одну мысль: и техники, и прочие методы культивации — всё может производить изменение силы.
— Изменение силы в техниках мы даже испытывали, и весьма успешно. Что уж говорить о других методах — они тем более способны на это.
— Наша цель здесь — захватить эти миры, но и тренировать учеников необходимо. Так почему бы не использовать случай и не проверить, как ученики управляют силой? Стоит им освоить изменение силы — их боевая мощь станет ещё чудовищнее.
Гу Юаньчжэн кивнул:
— Старина Дин прав, я считаю это вполне осуществимым. Хотя гигантский меч — это внешнее воплощение ученика и часть его тела, овладение изменением силы сделает его ещё сильнее. И это умение пригодится в любой момент, оно простое, но всегда полезное и никогда не устареет.
Вэнь Вэньхай подумал и негромко произнёс:
— Хорошо, решено. В следующий раз, когда пойдём в наступление, в пути все ученики могут использовать гигантские мечи. Но в бою они должны действовать сами, своими руками, и в сражении постигать изменение силы. Однако, старина Дин, ты должен дать что-то конкретное — рассказать ученикам, как именно меняется сила, чтобы они могли постигать это в бою. Согласен?
Дин Чуньмин негромко произнёс:
— Без проблем. Вернусь — сделаю проекцию и помещу в Иллюзорный мир реальности. Кто захочет — пусть учится, лучше бы все.
Дин Чуньмин не был эгоистом. Изменение силы — способ усилить учеников, почему бы и не рассказать всем? А сколько кто усвоит — зависит от них.
Изменение силы, если разобраться, не какая-то великая и сложная техника. Его даже нельзя назвать техникой, потому что в нём нет строгих правил. Можно менять как угодно, по желанию. Потому сила огромна.
Но и освоить изменение силы непросто. Здесь нет коротких путей — только через бесконечные упорные тренировки можно полностью овладеть этим. Не выдержишь — не освоишь. Потому Дин Чуньмин может учить, но сможешь ли ты научиться, овладеть в полной мере — зависит от того, сколько ты готов вытерпеть.
Вэнь Вэньхай, услышав это, тотчас сказал:
— Хорошо, тогда так. Совещание окончено. Старина Дин, возвращайся и немедленно сделай проекцию об изменении силы, помести в Иллюзорный мир реальности. Остальные, вернувшись, сразу сообщите ученикам: готовиться войти в Иллюзорный мир реальности и учиться изменению силы. И ещё скажите им, как именно мы будем наступать в следующий раз, чтобы они были готовы.
Все дружно откликнулись и повернулись, чтобы уйти.
Белоглазый, Гу Юаньчжэн и двое других тоже пришли в передовой командный пункт. Там Гу Юаньчжэн сразу спросил Белоглазого:
— Старина Бай, какую же идею ты постиг на этот раз? Расскажи.
Ему и вправду было очень любопытно.
Белоглазый улыбнулся:
— Постигнутая мной идея связана с командованием учениками в бою. Это вспомогательная идея: она позволяет мне лучше управлять большими сражениями, чувство общей картины становится сильнее. В бою мой разум яснее и гибче, я замечаю детали, которых другие не видят.
Гу Юаньчжэн и Шэнсы опешили. Гу Юаньчжэн с недоумением посмотрел на Белоглазого:
— И такие идеи бывают? Невероятно. Никогда о таком не слышал.
Такой идеи действительно не слышали. Во всей секте Кровавой Бойни только Белоглазый постиг такую идею, больше никто. Обычно идеи помогают культиватору в бою. О вспомогательной идее слышали впервые. Идея может быть вспомогательной — это поистине невероятно. Но раз Белоглазый её постиг, приходится верить, и от этого становится ещё более невероятно.
Белоглазый слегка улыбнулся:
— Пока не постиг, я и сам не верил. Но это правда. По сути, в этой идее важны две вещи: первая — чувство общей картины, вторая — обнаружение слабых мест.
— Чувство общей картины позволяет мне лучше оценивать обстановку на всём поле боя. А обнаружение слабых мест ещё проще: оно позволяет легче находить уязвимые точки в боевых построениях врага. Можно сказать, я легче замечаю слабости в самом враге, в его приёмах. Это даёт преимущество и в массовом бою, и в одиночном.
(Конец главы)