Чжао Хай смотрел на тот дневник.
Дневник был длинным, записей в нём немало, и все они касались обыденных мелочей повседневной жизни. Человек, писавший его, не оставил своего имени — впрочем, обычные люди, ведя дневник, тоже не станут нарочно вписывать туда своё имя. И всё же Чжао Хай мог с уверенностью сказать: для людей из храма Нефритового Будды этот дневник наверняка был необычайно важен. Иначе они не стали бы хранить его здесь.
Он читал довольно долго, как вдруг одна запись привлекла его внимание.
Остальные записи были короткими, а эта оказалась необычайно длинной, да ещё и почерк был кривой и неровный — читать её было очень неудобно. Похоже, писавший в тот момент был сильно взволнован.
«Сегодня я по приказу секты отправился в одну заброшенную рудничную пещеру — проверить, что там творится. В таких заброшенных пещерах могут завестись демонические звери, и их нужно время от времени истреблять. Это одна из обязанностей учеников банды. Вот и мне сегодня выпало такое задание».
«Но я и представить не мог, что в той пещере случится нечто совершенно невообразимое. Когда я осматривал один из гротов, там вдруг разверзлась пространственная трещина, а следом в гроте появилось бесчисленное множество книг. Все они были упакованы в какие-то особые мешки. Те мешки были не из ткани и не из звериной шкуры — из какого-то неизвестного мне материала, но не слишком прочного. Мешков оказалось так много, что они появились разом и едва не погребли меня под собой. Именно тогда я и обнаружил, что в тех мешках — книги».
«Книги! Сколько же там было книг! В Мире Мириад Гор книги — большая редкость. Лишь некоторые старейшины сект перед смертью записывают своё наследие в книги. А нередко у них и времени на это не остаётся. Потому книг в каждой секте немного. А сколько книг было здесь? Десять тысяч? Сто тысяч? Право, не знаю — слишком уж много».
«Я был вне себя от восторга. Столько книг — это же дар небес! С этими книгами я непременно стану сильным, непременно! Но об этом нельзя никому рассказывать, решительно никому. Иначе эти книги перестанут принадлежать мне».
Чжао Хай, читая это, невольно разволновался.
Он наконец узнал, откуда взялись эти книги, — они появились из пространственной трещины. Это было поистине поразительно. И он почти мог догадаться, из какого материала были те мешки, — скорее всего, из пластиковых плетёных мешков.
С волнением Чжао Хай продолжил читать.
Последующие записи в основном касались тех книг. Тот человек быстро обнаружил, что многие книги повторяются. А ещё он понял, что содержание их — буддийские сутры. Хотя секта Тешань и не была буддийской школой, тот человек кое-что знал о буддийских сутрах. И в отличие от жителей Земли, которые отнеслись бы к сутрам иначе, он, обнаружив, что это буддийские сутры, не только не разочаровался, но, напротив, пришёл в восторг — ведь для жителей Мира Мириад Гор буддийские сутры тоже были полезны.
После этого тот человек всецело посвятил себя изучению буддийского учения.
В его записях мало-помалу также начал появляться отпечаток природы Будды. И чем глубже он постигал буддийское учение, тем сильнее становился — в конце концов он достиг такого уровня, что смог основать собственную школу. А достигнув этого, он покинул свою секту и, выйдя наружу, основал новую секту.
Эта секта и была храмом Нефритового Будды.
А назвал он её храмом Нефритового Будды потому, что в детстве не мог позволить себе даже нефритовую табличку. Это воспоминание слишком глубоко врезалось ему в память, и он дал секте такое имя. А сам он стал её основателем — Прародителем храма Нефритового Будды.
Хотя Чжао Хай уже был кое-как подготовлен, когда он увидел в дневнике, как тот человек основал храм Нефритового Будды и стал его Прародителем, он всё же не мог не разволноваться.
Ведь этот дневник был написан Прародителем храма Нефритового Будды.
Как тут было не разволноваться?
У этого Прародителя храма Нефритового Будды не было слишком много других помыслов — он лишь хотел распространить своё буддийское учение по всему Миру Мириад Гор. Таков был его великий обет. Именно потому, хоть он и обладал огромной силой, он так и не вознёсся, а в конце концов умер в медитации в храме Нефритового Будды.
Хотя этот дневник и содержал лишь некоторые сведения о Прародителе храма Нефритового Будды, о дальнейшем развитии храма в нём говорилось немного, и о положении в Мире Мириад Гор тоже было сказано мало, но зато этот дневник по крайней мере дал Чжао Хаю понять: как был основан храм Нефритового Будды и откуда взялись те книги с Земли.
Чжао Хай отложил дневник и глубоко вздохнул.
Затем он взглянул на остальные книги на полках и обнаружил, что многие из них сделаны из звериной шкуры. Он взял одну и, просмотрев, понял: это записи о развитии храма Нефритового Будды. Можно сказать, эти книги и были историей храма. В них даже описывалось, как люди из храма Нефритового Будды собирали материалы и создавали мир Восьми Легионов Дэвов и Нагов.
Когда Чжао Хай добрался до последнего дневника, он уже знал: почему храм Нефритового Будды был уничтожен и почему секта Тешань, с которой у храма всегда были неплохие отношения, не пришла на помощь.
Поскольку Прародитель храма Нефритового Будды происходил из секты Тешань, отношения между храмом и сектой Тешань всегда были хорошими. Но когда храм Нефритового Будды уничтожали, секта Тешань так и не вмешалась. Это и впрямь вызывало недоумение.
Однако в дневнике была записана причина.
Оказалось, что уничтожить храм Нефритового Будды желала не только секта Сюаньцзя. Секта Сюаньцзя была лишь ножом в чужих руках, всего лишь исполнителем. На самом деле за уничтожением храма Нефритового Будды стояли несколько крупных буддийских школ Мира Мириад Гор. Это они хотели уничтожить храм и они же задержали секту Тешань. Потому секта Тешань и не смогла прийти на помощь храму Нефритового Будды, и в конце концов его уничтожила секта Сюаньцзя.
Разумеется, в этом дневнике не было записей о самом уничтожении храма Нефритового Будды. Там лишь говорилось, что буддийские школы собираются с ними разобраться, и что секта Тешань даже прислала им письмо с предостережением — потому что помочь им уже не могла. А дальше шли записи о борьбе между храмом Нефритового Будды и сектой Сюаньцзя.
Уже по этим записям Чжао Хай понял всю историю.
Просмотрев их, Чжао Хай оглядел всё, что было в этом ярусе книгохранилища, и обнаружил, что тайные руководства здесь — почти все книги, и большая их часть — техники культивации довольно высокого уровня. Среди них были как собственные уникальные техники храма Нефритового Будды, так и техники, отобранные у других.
Здесь и впрямь была Сокровищница писаний храма Нефритового Будды.
Белоглазый и старец Цзюсуань тоже всё это время читали книги. Но они не видели того дневника. Тот дневник Чжао Хай, прочитав, сразу убрал.
Затем он обернулся к двум читавшим и серьёзно произнёс:
— Здесь, должно быть, больше никого нет, и никакой опасности тоже. Пусть люди секты войдут. Все книги отсюда надо вывезти — перенести в пространство Сюаньу и пока найти там место, где их разместить.
Они откликнулись и тотчас доложили об этом Вэньхаю.
Вскоре войско секты Кровавой Бойни вошло сюда. Вэньхай и сам с учениками прибыл к той статуе Будды. Войдя в её внутреннее пространство, они тоже были поражены. Затем Вэньхай велел немедленно вывезти все книги из внутреннего пространства статуи.
После этого они принялись обследовать весь архитектурный комплекс.
В конце концов выяснилось, что здесь и впрямь нет ни единого человека и нет ничего особенно полезного. Можно даже сказать, что комплекс ещё не был достроен. А слова Чжао Хая о том, что созданная в комплексе формация хоть и сформирована, но не может быть использована, тоже имели причину.
Хотя в комплексе и была создана формация, способ её создания оказался весьма грубым. Они просто увеличили малые формации и применили их здесь. На первый взгляд это казалось возможным, но на деле было неосуществимо.
Когда формация мала, даже если энергия формационных символов в ней немного конфликтует, из-за малых размеров формации конфликт тоже мал, и формация может его выдержать. Потому такая формация работает — хоть из-за конфликта энергии её мощь и страдает, использовать её всё же можно.
Но если формацию увеличить — дело совсем другое.
Если энергия двух формационных символов конфликтует, а между ними нет ничего, что могло бы этот конфликт нейтрализовать, последствия могут быть очень серьёзными. Чего доброго, формация просто взорвётся. А это уже страшно.
Именно так обстояло дело с формацией в этом месте.
Энергия нескольких формационных символов в этой формации конфликтовала, и ничто этот конфликт не нейтрализовывало. Если бы они и впрямь попытались использовать эту формацию, она, чего доброго, взорвалась бы. Потому Чжао Хай прекрасно понимал: эту формацию использовать нельзя.
Однако статую Будды Чжао Хай велел отправить прямо в Шэньцзитан.
Снаружи статуя была покрыта слоем золота, а материал, из которого она была сделана внутри, оказался весьма необычным. Этот материал мог блокировать чужую психическую силу, но при этом превосходно проводил энергию. Потому Чжао Хай очень заинтересовался этим материалом.
Отправив статую в Шэньцзитан и велев тамошним людям изучить, из чего именно она сделана, Чжао Хай рассчитывал, что это, возможно, поможет секте Кровавой Бойни с её внешним воплощением. Хотя внешнее воплощение секты Кровавой Бойни было необычайно мощным и материал для него использовался превосходный, скрытность у него была не слишком хорошей. Потому Чжао Хай возлагал на этот материал большие надежды.
Когда всё это было улажено, оставалось последнее — провести объединение миров.
А это было очень важно.
Ведь если провести объединение миров, они, весьма вероятно, окажутся прямо в Мире Мириад Гор. Хотя фактически они уже и так находились в Мире Мириад Гор, но это место было отрезано от остального мира. Чжао Хай всерьёз опасался, что, оказавшись в Мире Мириад Гор, они сразу подвергнутся нападению Теневой расы или тамошних сект. А тогда им будет грозить опасность.
Потому они должны были как следует подготовиться.
Подготовиться к бою.
Стоит им войти в Мир Мириад Гор — и они сразу смогут включиться в сражение, не давая врагу ни малейшего шанса.
(Конец главы)