Нынешние ключевые старейшины секты Кровавой Бойни — все они обладали высоким положением и огромной властью. Хотя между ними и существовало разделение обязанностей, они контролировали почти все стороны жизни секты. Их статус был лично подтверждён Чжао Хаем, и всех их можно было назвать его доверенными людьми.
Обращение с ними было наилучшим. Какие бы ресурсы им ни требовались, секта предоставляла всё. Их культивация также достигла высочайшего уровня. И самое главное — Чжао Хай уже устроил для них дальнейший путь совершенствования. Даже если их сила перестанет расти, им не о чем было беспокоиться — они вполне могли последовать за Чжао Хаем к долголетию.
Такая жизнь, лишённая всякого чувства кризиса, делала ключевых старейшин всё более степенными. Но, выражаясь иначе, — всё более консервативными. Они желали лишь сохранить жизни всех учеников секты Кровавой Бойни и не хотели больше ничем рисковать. Именно поэтому их боевые планы были столь осторожны, без капли риска. Они не хотели рисковать и даже не желали сражаться с врагом лицом к лицу. Уничтожить противника самым безопасным способом — вот что казалось им наилучшим.
Но они не понимали, что это постепенно истощает их остроту. А подобное настроение передавалось и ученикам секты Кровавой Бойни. Чжао Хай как раз увидел это, потому и разгневался, потому и внезапно явился, отчитал их и напомнил о главном.
Вэнь Вэньхай думал об этом, Чжу Юн и остальные тоже. Прочие ключевые старейшины тоже, скорее всего, додумались. Они не были глупцами — будь они глупцами, не сидели бы на нынешних местах. Потому все понимали, в чём ошиблись. И одновременно напоминали себе: если и вправду утратить остроту, путь совершенствования окончен.
Что важнее всего для культиватора? Кто-то скажет — талант, кто-то — удача, кто-то — жизнь. Разумеется, всё это важно. Без таланта достижения ограничены; без удачи далеко не уйдёшь; без жизни нет ничего. Так что все три ответа верны, но ни один не полон. По крайней мере, в сердцах множества культиваторов острота тоже была крайне важным условием.
Если культиватор утратил остроту, он словно лишился движущей силы. А без движущей силы — конец. Культиватор, потерявший остроту, каким бы одарённым ни был, как бы ни была хороша его удача, останется лишь обычным совершенствующимся. И более того — он уже не встретит никакой удачи. Что такое удача? Удачу нужно искать самому, ради неё нужно рисковать. Если день за днём сидеть дома и совершенствоваться, разве встретишь удачу? Даже родному сыну Небесного владыки, боюсь, не выпало бы такого везения.
Потому острота для культиватора крайне важна. Культиватор, утративший остроту, всё равно что мёртв, и путь совершенствования для него окончен. Ныне у ключевых старейшин секты Кровавой Бойни острота исчезала. Если дать этому развиваться, они погибнут. Даже если сила их велика, путь совершенствования окончен.
А секта, управляемая сборищем таких людей, лишь медленно придёт в упадок. Даже с поддержкой Чжао Хая секта Кровавой Бойни постепенно станет для него обузой. И в один день, когда Чжао Хай не захочет больше их тянуть, их бросят. Никто в секте Кровавой Бойни не хотел, чтобы его бросили.
При этой мысли Вэнь Вэньхай невольно с облегчением выдохнул. Затем в его глазах вспыхнул острый огонёк, и он пробормотал:
— Да, чего нам бояться? Мы культиваторы. Мы стремимся к долголетию, но без этих бесчисленных битв мы не дошли бы до сегодняшнего дня. Где бой — там смерть. Смерть — лишь знак того, что им не повезло. Кого винить? Неужели мы и вправду хотим, как другие, постепенно оказаться на обочине секты?
Этот вопрос он задавал себе, но одновременно говорил и о факте. В действительности многие из прежних людей секты Морской Разведки уже оказались на обочине. Их сила росла недостаточно быстро, к тому же они слишком довольствовались нынешним положением, словно были вполне счастливы своим состоянием и начали терять стремление вперёд. Можно сказать, те люди превратились в паразитов секты Кровавой Бойни. А он не хотел стать таким.
Секта Кровавой Бойни не заботилась о том, чтобы кого-то кормить. Те старейшины хоть и не стремились вперёд, но базовые тренировки всё же проходили. Если однажды секте потребуется, и их пошлют на поле боя, они пойдут. Но они утратили остроту. По мнению Вэнь Вэньхая, они больше недостойны быть людьми секты Кровавой Бойни.
Впрочем, в прошлом эти люди и вправду совершали заслуги перед сектой. Отказываться от них сейчас не имело смысла. Потому их и кормили, позволяя жить в секте, лишь давая некоторые ресурсы. Но Вэнь Вэньхай не хотел стать таким.
При этой мысли Вэнь Вэньхай с облегчением выдохнул и пробормотал:
— Я не стану таким. Я хочу стать самым надёжным помощником главаря, хочу идти с ним и увидеть, что же такое долголетие на самом деле. Как я могу стать таким? Ну, с сегодняшнего дня нужно воспрянуть.
С этими словами он направился в свою комнату. Там ещё оставалось много дел.
А секта Кровавой Бойни теперь была занята. Все ученики, не участвовавшие в боях, тренировались. Даже те, кто участвовал, тоже тренировались — правда, обычно они несколько больших часов в день проводили в Иллюзорном мире реальности, а в остальное время совершенствовались снаружи.
Незаметно прошло три дня, и вновь настало время наступления.
Гу Юаньчжэн стоял на радарном корабле и одним приказом бросил войско секты Кровавой Бойни вперёд. Ныне войско секты двигалось исключительно на магических инструментах. Эти инструменты обычно имели форму кораблей, потому казалось, будто тысячи кораблей устремились разом — зрелище величественное.
Гу Юаньчжэн смотрел на радар. На радаре отображалось лишь войско секты Кровавой Бойни. Шэнсы стоял рядом с Гу Юаньчжэном. Гу Юаньчжэн вдруг заговорил:
— Сяо Сы, ты когда-нибудь думал, что будет после обретения долголетия? Мы, культиваторы, всё время стремимся к долголетию. Если мы и вправду его обретём, ты представлял, что будет после?
Гу Юаньчжэн был слугой Чжао Хая, а Шэнсы — его названым сыном, потому Гу Юаньчжэн и Шэнсы были ближе друг к другу. Шэнсы не смотрел свысока на Гу Юаньчжэна из-за того, что тот был слугой. Ведь Шэнсы прекрасно понимал: эти слуги Чжао Хая — его истинные доверенные люди, и в сердце Чжао Хая они занимают почти такое же место, как он сам. Потому он и уважал Гу Юаньчжэна.
Услышав слова Гу Юаньчжэна, Шэнсы слегка опешил, а затем тотчас ответил:
— После долголетия? Я не думал. Я думал лишь о том, чтобы всегда следовать за названым отцом. Что он велит — то и делаю; что он скажет — так и будет. Только следуя за названым отцом, можно обрести долголетие. Иначе нам его вовсе не достичь.
Гу Юаньчжэн сперва опешил, а затем рассмеялся:
— Конечно, мы все последуем за молодым хозяином, всегда. Но если однажды мы и вправду обретём долголетие, если наша сила станет такой, что никто не сможет нам угрожать, — что тогда мы будем делать? Ты представлял?
Шэнсы опешил, а затем покачал головой:
— Не думал. Сейчас мы даже долголетия не достигли — зачем думать о таком? Это бесполезно. Чтобы думать об этом, сначала нужно обрести долголетие. А когда обретём — тогда и подумаем. Ведь к тому времени у нас будет сколько угодно времени, верно?
Гу Юаньчжэн опешил, а затем громко расхохотался:
— Ха-ха-ха, верно, ты прав. Об этом и вправду можно подумать после обретения долголетия. К тому времени у нас будет сколько угодно времени, можно не спеша. Ха-ха-ха, а ты умён.
Шэнсы тоже рассмеялся. Гу Юаньчжэну ответ Шэнсы показался забавным, а Шэнсы — вопрос Гу Юаньчжэна. Честно говоря, он никогда не задумывался о том, что будет после долголетия. Теперь, когда Гу Юаньчжэн спросил, он и вправду не знал, что ответить.
Стоявшие рядом штабные офицеры тоже слышали их разговор и улыбнулись. Они не насмехались над ними — просто вопросы и ответы показались им занятными. Что будет после долголетия? Об этом, пожалуй, не задумывался ни один культиватор. Ведь все стремятся к долголетию, а те, кто его действительно обрёл, — таких, кажется, до сих пор не было. Потому никто и не мог ответить на этот вопрос.
Посмеявшись какое-то время, оба умолкли. Гу Юаньчжэн взглянул на Шэнсы:
— Сяо Сы, почему ты так упорно совершенствуешься? Только ради долголетия? Ты уже постиг идею и стал первым в секте Кровавой Бойни, кто постиг идею формации. Почему ты так стараешься?
— Потому что я хочу помочь названому отцу. Всем, что у меня есть сегодня, я обязан ему. А во всей нашей секте Кровавой Бойни только названый отец имеет наибольший шанс достичь долголетия. Потому я должен помочь ему. Я хочу, чтобы он обрёл долголетие. Ведь если он его обретёт, все мы сможем обрести долголетие; если же он не сможет — никто из нас не сможет. Потому я должен помочь ему. А чтобы помочь, я должен стать сильнее, невероятно сильным. Только так я смогу идти в ногу с ним и помочь ему. Потому я отчаянно совершенствуюсь. Что для нас, культиваторов, важнее всего? На самом деле всё просто — сила. Была бы сила, и мы проживём дольше и сможем больше помочь названому отцу. Вот и всё, — спокойно произнёс Шэнсы.
(Конец главы)