Синий змей сильно испугался, но менять приём было уже поздно.
Удар пришёлся невероятно быстро и точно, в самый подходящий момент — прямо в смертельную точку «семь цуней». Синий змей понял, что ему не уйти, и в его глазах мелькнула решимость. Он резко выгнулся, уходя от смертельной точки, и одновременно почти свернулся в кольцо: голова и хвост метнулись к старейшине секты Кровавой Бойни, а середину тела он подставил под клинок — это был явный расчёт на взаимное уничтожение.
Однако старейшина секты Кровавой Бойни, словно не замечая атаки головы и хвоста змея, продолжал вкладывать всю силу в свой удар. В этот удар он вложил всё: всю свою сущность, дух и энергию. Он был уверен: этот удар разрубит врага надвое, а сабельная ци уничтожит его тело. Атаки же врага он не боялся. Потому что верил в своих товарищей.
И действительно, синий змей, увидев, что старейшина не собирается останавливаться, тоже сверкнул глазами и приготовился к взаимному уничтожению. Но едва его голова и хвост почти достигли старейшины, как он вдруг почувствовал, что и голову, и хвост схватила огромная сила, не давая им двинуться ни на волосок.
Не успел он понять, в чём дело, как ощутил боль. В следующее мгновение невероятно острая энергия ворвалась в его тело и прошла сквозь него изнутри. Все его меридианы были разрушены. Он не успел даже вскрикнуть, не успел даже дёрнуться — и умер на месте. До самой смерти он не понял: почему его голова и хвост не достигли старейшины? Что за две силы остановили его атаку?
А в это время два других старейшины секты Кровавой Бойни убрали железные цепи, которые держали в руках.
Оказалось, они превратили своё оружие в цепи и, обмотав голову и хвост змея, рванули на себя. Потому змей и не смог достать того старейшину, и тот разрубил его одним ударом.
Убив этого змея, трое тут же развернулись и бросились на другого синего змея.
Двое других синих змеев хоть и сражались со старейшинами секты, но краем глаза следили за остальными полями боя. Увидев, что к ним несётся ещё один старейшина, они изменились в лице. Они не ожидали, что трое старейшин так быстро покончат с их сородичем. Оба растерялись, особенно тот змей, которого вот-вот должны были окружить четверо старейшин.
Хэйхуань, разумеется, тоже заметил это. Он не ожидал, что синего змея так быстро уничтожат. Лицо его изменилось, и холодные безжалостные глаза впились в Дина Чуньмина. Он холодно усмехнулся:
— Не думал, что люди секты Кровавой Бойни окажутся настолько подлыми и бесчестными — используют численный перевес против нас. Поистине разочаровывает.
Хэйхуань понимал, что это нормально. Но всё же не удержался от слов. Он знал, что это бесполезно, но всё равно сказал.
Дин Чуньмин же вообще не обратил на него внимания.
Другой старейшина секты Кровавой Бойни, возможно, и стал бы с ним препираться. Но не Дин Чуньмин. Он считал, что это бессмысленно. Лучше за это время нанести ещё пару ударов. Потому он атаковал ещё яростнее.
От этого Хэйхуань едва не задохнулся от злости. Но одновременно он не смел больше отвлекаться. Он прекрасно понимал: отвлечёшься в бою с таким мастером, как Дин Чуньмин, — сам себя погубишь.
И тут очнулись три морских угря.
Они поняли, что нельзя больше тягаться с Шэнсы. Если продолжать, то, когда остальные мастера секты Кровавой Бойни освободятся, придут за ними. Они не были глупцами и уже поняли замысел секты. Потому захотели вырваться от Шэнсы и напасть на других старейшин.
Но задумано одно, а сделать это под атаками Шэнсы было непросто.
Шэнсы, похоже, понял их намерение и стал атаковать ещё яростнее. Всевозможные техники обрушивались со всех сторон, не давая им вырваться.
Один из морских угрей решил, стиснув зубы, вытерпеть пару техник, лишь бы вырваться. Но когда он действительно получил удар Шэнсы, то больше не смел своевольничать. Потому что от той, казалось бы, простой техники в его тело ворвалась чудовищная сила и принялась разрушать его изнутри. Внешне это проявилось так: часть его тела взорвалась, оставив огромную дыру.
И это ещё тот морской угорь быстро среагировал и своей силой погасил вложенную в технику энергию. Иначе рана была бы тяжелее. Именно поэтому теперь они не смели больше получать удары Шэнсы. Его техники казались им слишком страшными.
И в этот момент второй синий змей был уничтожен старейшинами секты Кровавой Бойни.
Старейшины бросились к третьему синему змею. Хэйхуань был в ярости и ужасе. Но именно в момент, когда он отвлёкся, его движения замедлились. И этого замедления хватило, чтобы молот Дина Чуньмина слегка задел его — даже не ударил в полную силу.
Но даже от этого Хэйхуань почувствовал, как несколько сил ворвались в его тело и принялись разрушать его изнутри. Он сильно испугался, быстро извернулся и погасил эти силы. Но больше отвлекаться не смел. В бою с таким мастером, как Дин Чуньмин, отвлечёшься — и погибнешь.
Однако он не знал, что Дин Чуньмин уже давно вычислял закономерности его движений. Сейчас расчёты почти завершились. Он уже несколько раз пробовал, и хотя результат был не идеальным, он всё ближе подбирался к цели. Он верил: ещё несколько ходов — и он убьёт Хэйхуаня.
Но Дин Чуньмин не спешил.
Он прекрасно понимал: сейчас спешить нельзя. Поспешишь — и Хэйхуань может уйти. А Хэйхуань тоже мастер. Дай ему шанс — и он и вправду сможет сбежать. Дин Чуньмин не хотел этого.
И тут последний синий змей погиб под атаками пяти старейшин секты Кровавой Бойни.
Убив последнего змея, пятеро старейшин не пошли на помощь Дину Чуньмину, а развернулись и бросились на трёх морских угрей. Хэйхуань на этот раз не стал смотреть туда. Всё его внимание было приковано к Дину Чуньмину.
Дин Чуньмин, бесстрастный, наносил удар за ударом, всё плотнее сжимая кольцо.
Хэйхуань чувствовал, что положение его становится всё хуже. Пространство для манёвра сужалось. Ещё немного — и он лишится свободы действий, придётся идти в открытый бой с Дином Чуньмином.
И когда он думал, как вырваться, Дин Чуньмин внезапно обрушил на него молот. Хэйхуань метнулся в сторону. Но едва он двинулся, как из руки Дина Чуньмина вылетела тёмная тень — точно туда, куда он смещался. Хэйхуань уже не мог увернуться, и тень ударила его прямо.
Когда тень коснулась его, он почувствовал — это молот.
Удар молота не причинил ему боли. Но в следующее мгновение он ощутил, будто в сердце ударил огромный молот — резкая боль. В глазах потемнело. И он перестал что-либо осознавать.
Он был убит одним ударом молота Дина Чуньмина.
До смерти Хэйхуань не понял: почему его убил один удар молота? И как Дин Чуньмин, находясь так далеко, смог достать его?
Он не увидел, что за молотом, который его ударил, тянулась железная цепь. А другой конец цепи крепился к рукояти молота. И рукоять была в руке Дина Чуньмина.
Хэйхуань тем более не понял, почему, когда его убили, не сработал его спасительный приём.
На самом деле у Хэйхуаня был спасительный приём — те самые чёрные кольца на теле. Всего их было тринадцать, их называли тринадцатью кольцами жизни. Если кто-то атаковал его тело, одно кольцо исчезало. То есть кольца могли погасить силу удара по телу, всего до тринадцати раз.
Именно поэтому он и удивился: почему кольца не сработали? Почему не погасили удар молота?
На самом деле Хэйхуань не увидел: когда молот приблизился, оставшиеся десять чёрных колец на его теле уже исчезли. Осталось десять, потому что предыдущий удар Дина Чуньмина отнял три кольца. Но тогда он этого не заметил.
Дина Чуньмина называли вторым мастером секты Кровавой Бойни, и не зря. Его сила была невероятна. А самое выдающееся — умение управлять силой. Его методы использования силы уже распространились по всей секте. Можно сказать, он уже был фигурой, способной основать собственную школу. Разве такой человек может быть простым?
Последний удар Дина Чуньмина был нанесён в самую суть. И в нём содержалось несколько слоёв силы. Один слой погасил одно кольцо. А последняя оставшаяся сила была проникающей — она била прямо в сердечные меридианы. Все кольца Хэйхуаня исчезли, и последняя проникающая сила ударила прямо в сердце, разорвав его одним ударом. Сердце было раздроблено — смерть была неминуема.
(Конец главы)