Шан Юньчжи холодно усмехнулся:
— И что с того, что на нас ополчится весь Мир Мириад Гор? Честно говоря, эти типы из Теневой расы — ничего особенного. Сейчас справиться с ними вовсе не трудно. Вы думаете, для чего в секте всё то энергетическое оружие? Почему стрелы «Неба в огне» устроены так странно — несут в себе силу Будды и могут обращаться в бесчисленные летающие иглы, а вот настоящей убойной силы в них словно бы и немного?
— Говорю вам: для вас «Небо в огне», может, и не слишком мощно, но для людей Теневой расы его поражающая сила огромна. Теневая раса панически боится силы Будды, боится, когда энергия и магические инструменты атакуют их одновременно. Это вывод, к которому мы пришли после множества схваток с Теневой расой. Иначе, по-вашему, ученики нашей секты Кровавой Бойни сошли с ума? Неужели все они всем сердцем обратились к буддийскому учению и потому изо всех сил изучают буддийские сутры, вырезают на магических инструментах заповеди и письмена? Мы делаем это, чтобы противостоять Теневой расе.
— Что же до сект Мира Мириад Гор, с ними справиться ещё проще. Лучший способ — натравить на них расу Иных. О расе Иных вы, возможно, ещё не знаете достаточно. Вы думаете, те Иные, с которыми вы сражаетесь сейчас, — в своей сильнейшей форме? Говорю вам: те Иные, что противостоят вам теперь, — в своей слабейшей форме. Глава секты хочет, чтобы вы присоединились к секте Кровавой Бойни, потому и не позволил Иным атаковать вас в полную силу.
— У расы Иных есть одна способность: они могут поглотить всё что угодно, а затем обратить это в энергию. Эта энергия поступает в материнское гнездо Иных, позволяя ему порождать всё новых Иных. И они способны непрерывно эволюционировать. Представьте: перед вами враг, который совершенно не боится смерти, обладает чудовищной боевой мощью, может эволюционировать, подстраиваясь под ваши слабости, и число которого почти бесконечно. Кто способен ему противостоять?
Индра и Цзюлин Лао невольно вообразили такое и в конце концов содрогнулись. Они и впрямь не могли представить подобное — слишком страшно. Если всё будет так, им останется лишь быть полностью уничтоженными.
Заодно они наконец поняли: когда Чжао Хай прежде сражался с ними, он совершенно точно не выкладывался до конца. Не то что до конца — он, пожалуй, не использовал и сотой, даже тысячной доли своей силы. Если бы Чжао Хай и впрямь захотел обрушить на них всю свою мощь, они давно отправились бы в материнское гнездо Иных на переработку.
Видя их лица, Шан Юньчжи невольно улыбнулся:
— То, о чём я говорю, — лишь один из вариантов. Он вовсе не обязательно случится. Глава секты на самом деле не слишком хочет, чтобы раса Иных размножалась без предела, потому что это слишком страшно. Потому у главы секты есть и другой способ разобраться с теми сектами — раса нежити.
— Людей расы нежити трудно убить, это вы все знаете. А ещё у расы нежити есть способность: убив врага, они могут обратить его в нежить. И тот, кто стал нежитью, будет абсолютно верен главе секты, а его боевая мощь сохранится по меньшей мере на восемь-девять десятых от прежней.
— Представьте: если вашего близкого или сородича убьют люди расы нежити, а вы своими глазами увидите, как они превращают его в скелета, а затем он оборачивается и нападает на вас — что вы почувствуете? Самое страшное, что люди расы нежити теперь могут принимать человеческий облик, и в них не будет решительно никаких отличий. То есть если вашего близкого убьют втайне от вас, а потом он вернётся к вам в прежнем облике, вы даже не узнаете об этом. А после он нанесёт вам удар в спину — останется ли у вас путь к спасению?
Индра и Цзюлин Лао уже готовы были сойти с ума. Если секта Кровавой Бойни и впрямь применит против них такой способ, у них действительно не останется никакого выхода. Как и сам Цзюлин Лао: если Бафан во время его схватки с кем-то вдруг ударит его в спину, он не сможет уклониться и в конце концов погибнет.
Шан Юньчжи продолжил:
— Даже если не использовать эти способы против жителей Мира Мириад Гор, а выставить против них лишь учеников секты Кровавой Бойни, как думаете, они выстоят? Индра, ты раньше бывал в Мире Мириад Гор. Видел ли ты, чтобы тамошние секты применяли искусство боевых построений? Если мы обрушим на них искусство боевых построений, что с ними станет, по-твоему? Смогут ли они сдержать наше наступление?
Индра с горькой усмешкой покачал головой:
— Абсолютно невозможно. Владеть искусством боевых построений и не владеть им — это две совершенно разные вещи. Если мы применим против сект Мира Мириад Гор искусство боевых построений, они будут обречены на поражение. Им ни за что нас не одолеть.
— Вот именно. Мы по всем статьям сильнее тех сект Мира Мириад Гор. Уничтожить их, обратить их земли в свои, их учеников — в наших учеников, их техники культивации — в наши техники. Что в этом плохого? Мы можем полностью объединить силы тех сект, а затем обернуться против Теневой расы и изгнать её из Мира Мириад Гор. После этого проведём объединение миров, присоединим Мир Мириад Гор к нашей секте Кровавой Бойни, а затем отправимся в следующую Плоскость преследовать Теневую расу и гнать её, пока не вытесним окончательно. Вот чего мы хотим.
Глаза Шан Юньчжи загорелись. Глядя на него, Индра и Цзюлин Лао словно уже видели судьбу Мира Мириад Гор. Как и говорил Шан Юньчжи, они вполне могли покорить Мир Мириад Гор, а затем разобраться с Теневой расой. Теневую расу они непременно будут преследовать, гнать её прочь из мира культивации — вот чего им хотелось больше всего.
Силой секты из низшего мира заявить, что они изгонят великую силу высшего мира из той Плоскости — такое, пожалуй, могли сказать лишь люди из секты Кровавой Бойни, да ещё и с полной уверенностью. Теперь Индра и остальные наконец поняли, почему ученики секты Кровавой Бойни гордятся тем, что принадлежат к ней. У них и впрямь было основание для гордости. Секта из низшего мира преследует секту из высшего мира — если такая сила не даёт повода для гордости, то что вообще его даёт?
Шан Юньчжи посмотрел на Индру:
— Так что твоя месть — дело малое. Если пожелаешь, глава секты может уничтожить всю секту Сюаньцзя и даже оборвать их наследие. Ведь если уничтожить секту Сюаньцзя и разрушить их наследие, не позволив им распространять его в секте, то наследие секты Сюаньцзя и впрямь оборвётся.
Индра подумал, потом покачал головой и с горькой усмешкой произнёс:
— Думаю, в этом нет необходимости. Наследие секты Сюаньцзя мы всё же должны сохранить. Да и учеников секты Сюаньцзя, если нет нужды, не обязательно всех убивать. Впрочем, это не мне решать. Там видно будет.
Цзюлин Лао тоже кивнул:
— Это и впрямь не нам решать. Как поступить в конце концов — зависит от воли главы секты. Но, старина Шан, ты говоришь так, будто всё слишком просто. У меня даже чувство, что после твоих слов секты Мира Мириад Гор уже все покорены нами. Неужели это и впрямь так легко? Если с Миром Мириад Гор так просто справиться, разве Теневая раса не захватила бы его давно? С какой стати очередь дошла бы до нас?
Шан Юньчжи серьёзно произнёс:
— Разумеется, не так просто. Если бы всё было так легко, наша секта Кровавой Бойни давно обрела бы бессмертие. Всё, что я говорю, — лишь самый идеальный расклад. Даже если всё пойдёт точно так, как я сказал, покорить Мир Мириад Гор будет нелегко. Люди из тамошних сект не так-то просты. Нужно быть осторожными.
Цзюлин Лао кивнул:
— Я тоже так думаю. Как бы там ни было, в конце концов нам придётся идти шаг за шагом, чтобы достичь цели. Но так или иначе, цель у нас есть — значит, будем идти шаг за шагом. Кто бы ни встал у нас на пути, мы всех отшвырнём. А если не сможем отшвырнуть сами — разве нет главы секты? Глава секты непременно сможет.
— Ха-ха-ха-ха, старейшина Цзюлин, ты теперь мыслишь всё больше как человек из секты Кровавой Бойни. Мы все думаем так же. Даже если нам не справиться с теми типами, есть глава секты. Глава секты непременно с ними справится. Нам достаточно идти следом за главой секты — и мы непременно обретём бессмертие, непременно.
Услышав это, Цзюлин Лао и Индра сперва опешили, а затем оба рассмеялись. Шан Юньчжи ещё некоторое время не мог остановиться, потом снова заговорил:
— Если мы хотим и дальше идти за главой секты, ни в коем случае нельзя отставать. А чтобы не отставать, нужно усиливать себя. Вы не знаете, но у главы секты уже есть старейшины, которые не поспевают за его шагом. Я не хочу, чтобы вы отстали, потому усердно культивируйте.
Услышав это, Цзюлин Лао и Индра внутренне содрогнулись. Они верили, что Шан Юньчжи не лгал. Они читали историю секты Кровавой Бойни и знали, что она поднялась из низшего мира, даже из мира ещё более низкого, пробиваясь с боями. Но пройдя столь долгий путь, сильнейших мастеров секты Кровавой Бойни оказалось всего лишь столько, сколько было ключевых старейшин. Это явно было неразумно. После стольких великих битв мастеров в секте Кровавой Бойни должно было стать больше. Почему же их так мало? Теперь они почти поняли — потому что кто-то отстал. Отстав, те люди уже не могли идти в ногу с сектой Кровавой Бойни и в конце концов были отсеяны. Они не спрашивали Шан Юньчжи, куда делись отсеянные, потому что, на их взгляд, отсеянные не заслуживали сочувствия. Будучи культиватором и имея столь хорошие условия для культивации, всё равно оказаться отсеянным — винить в этом можно только себя.
(Конец главы)