Цзюлин Лао пробормотал:
— Как такое могло случиться? Как такое могло случиться? Даже если те расы возвысились, такого быть не должно… Здесь что-то не так.
Как канцлер Божественного Драконьего морского государства, он знал его дела досконально. Государство почти никогда не знало нужды в еде. Потому, услышав слова Бафана, он счёл это невероятным.
Бафан горько усмехнулся:
— Разумеется, не так. Если бы те расы просто стали сильнее, это ещё полбеды. Но дело совсем не в этом. Их возвышение принесло побочный эффект — рост численности. Число тех рас морского народа прежде всегда держали под контролем. Но с тех пор как четыре расы возвысились, их численность вышла из-под контроля, и, неизвестно почему, они стали размножаться быстрее. Потому рыбы в Божественном Драконьем морском государстве и становится всё меньше.
Лицо Цзюлин Лао тоже помрачнело. Он взглянул на Бафана:
— Выходит, с Царём драконов и вправду неладно, причём неладно серьёзно. Раса морских змеев, раса крабов, раса лобстеров, раса раков-богомолов — и они, вероятно, попали под влияние Царя драконов, а то и под влияние силы законов Теневой расы, потому и стали такими. Царь драконов, возможно, подготовил два пути: первый — заслать своих людей в каждую расу и подчинить их. Удайся это — и все расы у него в руках. Второй — сделать четыре расы морских змеев могущественными боевыми расами и дать им размножиться. Когда их станет достаточно много и у них будет достаточно мастеров, он начнёт расправляться с остальными расами — подчинил он их или нет. И тогда весь Мир Драконов станет его единоличной вотчиной.
Лицо Бафана изменилось, и он пробормотал:
— Похоже, так и есть. Иначе история с меч-рыбами и рыбами-парусниками была бы необъяснима. Неужели он и вправду ради всей власти над Божественным Драконьим морским государством готов его разрушить? Ведь это его владения, они родились из него.
— Потому я теперь и верю словам главы секты. Царь драконов и вправду попал под влияние силы законов Теневой расы. Иначе его поведение решительно необъяснимо.
Цзюлин Лао теперь ещё больше верил словам Чжао Хая и остальных. Он считал, что с Царём драконов и вправду неладно, иначе тот ни за что не поступил бы так.
Цзюлин Лао столько лет был канцлером Божественного Драконьего морского государства и прекрасно понимал, что значит для него Царь драконов. Положение Царя драконов в государстве было примерно таким же, как положение Чжао Хая в секте Кровавой Бойни. А каково положение Чжао Хая в секте? Обычно он почти не вмешивается в дела, но его слова никто не смеет ослушаться. Он — Держащий море в покое секты Кровавой Бойни, её бог.
Как ведёт себя Чжао Хай в секте Кровавой Бойни? Он задаёт лишь общее направление, всё остальное поручает Чан Цзюню и прочим. В конкретные дела секты он почти не вмешивается. На деле нынешнее поведение Чжао Хая очень напоминает прежнего Царя драконов. Но однажды Царь драконов переменился. Он вдруг захотел власти и начал убирать тех сановников, что осмеливались говорить и возражать его решениям. Ведь некоторые его решения были неразумны, и такие, как Цзюлин Лао, возражали — это Царя драконов сильно раздражало. Тогда он и начал искать способы устранить этих людей. В конце концов он устранил и Цзюлин Лао. Божественное Драконье морское государство стало его единоличной вотчиной. Но и этого ему было мало. Он захотел искоренить все древние могущественные боевые расы государства и для этого возвысил четыре расы морских змеев. Это явно вредило государству, но ему было всё равно. Это явно не стиль прежнего Царя драконов — он стал совсем другим человеком. Если только Царь драконов и вправду не попал под влияние силы законов Теневой расы, разумного объяснения нет.
Бафан, выслушав, кивнул:
— Если так, то в будущем, когда наша секта Кровавой Бойни схлестнётся с Царём драконов, раса морских змеев, раса крабов, раса лобстеров и раса раков-богомолов будут ему беззаветно верны. И тогда нам, вероятно, придётся их уничтожить.
Цзюлин Лао тихо вздохнул:
— Ничего не поделаешь. Раса морских змеев ещё ладно — они все умны, можно сказать, хитры, но при этом холодны и безжалостны. А остальные три расы не слишком умны, их, вероятно, легче подчинить. Царь драконов и контролирует эти расы, возможно, именно потому, что они легче поддаются контролю. Что бы он ни решил, эти расы не станут возражать. Тогда Божественное Драконье морское государство и вправду станет только его. И тогда он вполне сможет впустить силу законов Теневой расы в государство целиком, превратить весь морской народ в тварей Теневой расы. Такое Теневая раса уже проделывала. Я читал об этом в материалах секты.
Бафан горько усмехнулся и больше ничего не сказал. Но он поверил выводам Цзюлин Лао. Он прекрасно понимал: Цзюлин Лао, можно сказать, лучше всех знал Царя драконов, к тому же знал и о силе законов Теневой расы. Раз он сделал такой вывод, скорее всего, он верен.
Цзюлин Лао горько усмехнулся и серьёзно произнёс:
— Прежде я не слишком верил словам секты Кровавой Бойни, особенно о силе законов Теневой расы. Хоть я и видел проекции тварей Теневой расы, хоть видел, как щит из чешуи Царя драконов обратился в чёрный дым, я всё же сомневался: неужели сила законов Теневой расы и вправду так поступает? Неужели у неё и вправду такая сила? Но теперь я начинаю верить. Потому что всё больше событий доказывает: люди секты в этом нас не обманывали.
Бафан тихо вздохнул:
— Никогда бы не подумал, что на свете и вправду существует сила законов Теневой расы, и что теперь она протянула руку и в наш Мир Драконов. Если тот щит из чешуи и вправду выкован Царём драконов под влиянием силы законов Теневой расы, значит, всё, что говорил глава секты — что сила законов Теневой расы и мы принадлежим к совершенно разным энергетическим системам — сущая правда. Мы все видели тот щит. Честно говоря, энергия в нём вызывает крайнее отвращение.
Цзюлин Лао кивнул и тихо вздохнул:
— Выходит, некоторые наши прежние мысли были ошибочны. Мы думали, что глава секты выдумывает предлоги, чтобы заставить нас вступить. Теперь видим: всё это правда, а ошибались мы. Видно, мы ещё слишком мало знаем о секте.
Бафан кивнул и больше ничего не сказал. У обоих на душе было тяжело, но они не останавливались и плыли вперёд. Честно говоря, от мысли о полном вхождении Божественного Драконьего морского государства в секту Кровавой Бойни им было не по себе. Они родились здесь, выросли здесь и всегда считали это место своим домом. Никому не хочется, чтобы его дом полностью растворился в чужом. Потому на душе у них сейчас было скверно.
Спустя какое-то время, когда они всё ещё плыли вперёд, Цзюлин Лао вдруг остановился. Бафан с недоумением взглянул на него. Цзюлин Лао серьёзно произнёс:
— В двух тысячах ли впереди собирается большая группа морского народа. На этот раз их много, и они крупные. Похоже, это либо раса акул, либо китовая раса.
В Божественном Драконьем морском государстве крупных существ немало, но самые большие — только двух видов: раса акул и китовая раса. Эти две расы — самые крупные в море. Прежде в море была ещё одна раса, огромная, даже крупнее китов — раса гигантских кальмаров. Они могли вырастать больше китов, порой достигая размеров нынешнего Цзюлин Лао. Но та раса прогневала Царя драконов, и он её уничтожил. Кстати говоря, раса гигантских кальмаров была уничтожена именно в Мрачной морской впадине.
Бафан, услышав это, тоже напрягся. Раса сине-светящихся осьминогов хоть и считалась в море могущественной боевой расой, но по сравнению с акулами или китами сильно уступала. И акулы, и киты были сильнее сине-светящихся осьминогов. Эти две расы, можно сказать, были сильнейшими боевыми расами моря после Царя драконов. Потому, услышав, что впереди путь преграждают либо акулы, либо киты, Бафан занервничал.
Цзюлин Лао серьёзно произнёс:
— Ничего. Они нас пока не обнаружили. Ведь у них нет радаров, они ни за что нас не найдут. Потому можем смело плыть вперёд, посмотрим, какая это раса, и попробуем с ними связаться.
Бафан кивнул. Он счёл замысел Цзюлин Лао хорошим. Им и вправду стоит связаться с теми и посмотреть, какова будет реакция. Ведь уговаривать морской народ сдаться — одна из их важных задач. Потому Бафан согласился. Оба поплыли вперёд, но гораздо медленнее.
Две тысячи ли для них — не расстояние. Примерно за два часа они добрались до внешнего периметра тех морских рас, оказавшись в двухстах ли от их войска. Это расстояние должно было быть вполне безопасным. Ведь даже у акул с их острым чутьём не получилось бы обнаружить их так далеко. Потому оба были спокойны.
Остановившись, Цзюлин Лао обернулся к Бафану:
— Я только что взглянул: перед нами не раса акул, а китовая раса. Хоть нрав у китов и мягче, осторожность не помешает. К тому же чутьё у китов тоже очень острое. Нужно быть осторожными. Как думаешь?
Бафан серьёзно произнёс:
— Именно так. Хоть киты и держатся с Царём драконов натянуто, к Божественному Драконьему морскому государству они питают глубокие чувства. Потому нужно быть осторожными.
(Конец главы)