Отряд Цзюлин Лао продвигался вперёд уже более двадцати часов, но ни одного морского обитателя так и не встретил. Изредка мимо проплывали морские звери, но то были лишь мелкие рыбёшки, которые, хоть и были собраны в море Сюаньу, не шли ни в какое сравнение с настоящим боем. Люди начали тревожиться, но в глубине души у каждого теплилось смутное возбуждение: враг не появлялся так долго, значит, он собирал силы. А когда соберётся, навстречу хлынет нечто огромное.
Размышляя так, Цзюлин Лао внезапно остановился. Бафан и остальные тут же замерли, и все взгляды обратились к нему.
Цзюлин Лао мрачно произнёс:
— В двух тысячах метров впереди отряд морского народа движется к нам. Людей очень много, скорость невысокая, но масштаб внушительный. Всем приготовиться к бою.
Услышав это, все опешили, но быстро построились и замерли в ожидании. Цзюлин Лао и Бафан остались впереди, всматриваясь вдаль. Через некоторое время Цзюлин Лао вдруг заговорил:
— Это раса морских коньков и раса иглобрюхов… Зачем они явились? Неужели рассчитывают, что смогут с нами сразиться?
Бафан и остальные тоже недоумевали. Раса морских коньков считалась в море довольно своеобразным народом: они преуспели в водных техниках, их атаки были весьма сильны, но кроме этого ничем особенным они не выделялись. Защита у них была неплохой, но не самой лучшей. Потому морские коньки обычно действовали вместе с какими-нибудь ближними бойцами, способными их прикрыть. В одиночку им было трудно победить. А раса иглобрюхов не относилась к сильным ближним бойцам.
Иглобрюхи использовали яд, их тела покрывали шипы, а внутри содержались токсины, и обычные морские обитатели не желали с ними связываться. У них также имелись воздушные мешки: при встрече с врагом они втягивали воду и раздувались в огромный шар, усеянный шипами, так что подступиться было невозможно. Защита у них была неплохой. Но в ближнем бою иглобрюхи не блистали. Именно поэтому они не были хорошими напарниками для морских коньков. А тут эти две расы действовали заодно — это озадачивало.
Бафан не выдержал:
— Иглобрюхов никто не хочет злить, но не потому, что их боятся. Сила у них небольшая, защита сносная, но если ударить техникой, их просто отбросит, и они не смогут прикрыть морских коньков. Почему же эти две расы вместе? Странно.
Цзюлин Лао мрачно произнёс:
— Скоро узнаем. По-моему, они явились не сражаться. Они движутся очень быстро, а это для обеих рас редкость — они не отличаются скоростью. Если бы они хотели с нами разделаться, то не стали бы так спешить.
Ту Ин нахмурился:
— Неужели они пришли сдаваться? За ними кто-то гонится, и они хотят сдаться?
Он сказал это наугад, но на лице Цзюлин Лао появилась улыбка. Подумав, он мрачно произнёс:
— Вполне возможно.
Ту Ин и остальные опешили, но ничего не сказали, лишь устремили взгляды вперёд. Они знали, что враг уже близко. Хотя эти две расы и не славились скоростью, в море они не были медлительными.
И действительно, вскоре в поле зрения Цзюлин Лао показалась огромная масса морского народа. Это были морские коньки и иглобрюхи, и на их лицах застыли паника и спешка. Они отчаянно плыли вперёд, словно за ними гналось нечто.
Брови Цзюлин Лао внезапно взлетели вверх, и он произнёс:
— За ними и вправду гонятся — это раса лобстеров, и их немало. Отставших морских коньков и иглобрюхов уже убили. Похоже, они действительно бегут. Приготовьтесь, расспросим их, что случилось.
Бафан и остальные хором отозвались, но на лицах у них появились улыбки. Морские коньки и иглобрюхи, казалось, тоже заметили их и поплыли ещё быстрее. Вскоре они приблизились примерно на сотню метров и остановились. Не успел Цзюлин Лао задать вопрос, как из их толпы выплыл морской конёк и громко крикнул:
— Господин Цзюлин, спасите нас!
Цзюлин Лао тут же отозвался:
— Что случилось?
Расы морских коньков и иглобрюхов не относились к сильным боевым расам. Если уж расставлять по рангам, морские коньки тянули лишь на третий, а иглобрюхи и вовсе не заслуживали ранга. У морских коньков были техники как средство нападения, а у иглобрюхов почти никаких средств нападения не имелось — их было просто трудно убить, потому никто и не хотел с ними связываться. Боевая мощь у них была поистине низкой, и Цзюлин Лао не верил, что они способны на какие-то хитрости.
Морской конёк громко произнёс:
— Господин Цзюлин, я Ма Жуфэй, нынешний вождь расы морских коньков. Мы, морские коньки, не хотели с вами враждовать. Вы же знаете, наша боевая мощь невелика, и вражда с вами не принесёт нам ничего хорошего. Потому мы не желали с вами сражаться. Но Царь драконов приказал нам выступить против вас. Некоторые предатели из нашей расы тоже участвовали в боях с вами. А недавно они снова велели нам напасть на вас, мы отказались, и Царь драконов решил нас убить. К счастью, мы находились на окраине войска и сумели сбежать. Но даже так Царь драконов не собирается нас отпускать: он послал расу лобстеров в погоню, и они вот-вот нас настигнут. Прошу, господин Цзюлин, спасите нас!
Речь его была короткой и сбивчивой, но общий смысл Цзюлин Лао понял: эти морские коньки не хотели с ними враждовать, но Царь драконов принуждал их напасть на секту Кровавой Бойни. В их расе тоже нашлись предатели, которые вместе с другими пошли против секты. А теперь Царь драконов, вероятно, собрал войско морского народа, и они оказались на его окраине. Царь драконов снова приказал им напасть на секту Кровавой Бойни, они отказались, и он решил их казнить. Они бежали, а разгневанный Царь драконов послал войско лобстеров в погоню.
Похоже, всё так и было.
Цзюлин Лао посмотрел на морских коньков и иглобрюхов, на его лице появилась улыбка, и он мрачно произнёс:
— Хорошо. Если вы искренне желаете вступить в секту Кровавой Бойни, можете подойти, мы вас защитим.
Он не верил, что эти морские коньки и иглобрюхи способны на что-то серьёзное, потому и сказал так.
Услышав это, Ма Жуфэй обрадовался и тут же громко произнёс:
— Желаем! Мы желаем! Господин Цзюлин, мы готовы запечатать свою культивацию, чтобы не вызвать у вас подозрений.
С этими словами он уже собрался запечатать свою силу. Но в этот миг в хвосте их отряда началась суматоха. Лицо Цзюлин Лао изменилось, и он тут же произнёс:
— Не нужно! Войско лобстеров уже настигло вас! Быстрее уходите за нас, живо!
Он боялся, что эти люди помешают им разобраться с лобстерами, потому и сказал так.
Ма Жуфэй отозвался и тут же отдал приказ. Морские коньки и иглобрюхи хлынули за спины Цзюлин Лао и остальных, одновременно освобождая им проход. Цзюлин Лао и его люди сразу устремились по этому проходу прямо на войско лобстеров.
Лобстеры, обнаружив неладное, развернулись и бросились бежать, не выказывая ни малейшего желания остановиться. Скорость их, как ни странно, была немаленькой, и в мгновение ока они исчезли. На самом деле, если бы морские коньки и иглобрюхи не задержали Цзюлин Лао и остальных, те вполне могли бы догнать лобстеров, но теперь, пожалуй, уже не настигли бы.
Цзюлин Лао не рассердился. Увидев, что лобстеры бежали и догнать их не удастся, он приказал прекратить погоню. Затем повернулся и взглянул на Ма Жуфэя и остальных. Те уже немного успокоились, хотя на многих лицах ещё читалась паника.
Заметив взгляд Цзюлин Лао, Ма Жуфэй тут же подплыл к нему и, отвесив поклон, произнёс:
— Благодарю за спасение, господин Цзюлин! Мы желаем вступить в секту Кровавой Бойни и стать её учениками. Если вы нам не доверяете, мы готовы запечатать свою культивацию, только примите нас.
— Просим, примите нас, господин! — хором воскликнули стоявшие за Ма Жуфэем люди, отвешивая поклоны Цзюлин Лао.
Цзюлин Лао, глядя на них, невольно тихо вздохнул. Он знал, что творится в море: если там и случаются настоящие битвы, первыми в бой всегда отправляют именно эти слабые расы. Они и есть пушечное мясо моря. Потому нынешняя реакция Ма Жуфэя и остальных была вполне естественной.
При этой мысли Цзюлин Лао мрачно произнёс:
— Хорошо. Теперь вы знаете положение в Божественном Драконьем морском государстве — Царю драконов вряд ли удастся избежать гибели. А секта Кровавой Бойни к нам, морскому народу, добра. Мы получаем такое же обращение, как и её ученики. Потому надеюсь, что, вступив в секту, вы будете усердно заниматься культивацией. Я пошлю людей проводить вас в секту Кровавой Бойни. Готовьтесь.
(Конец главы)