— Не забыли! Не забыли!
Все хором выкрикнули это. Разумеется, они не забыли — они сражались здесь именно для того, чтобы закалить учеников секты Кровавой Бойни.
Но после слов Чжао Хая они вдруг осознали: это место и вправду лучше всего подходит для закалки учеников секты Кровавой Бойни.
Те кунь не слишком быстры — уступают великим пэнам; и ударная мощь у них невелика — тоже уступает великим пэнам. Единственное, чем они действительно сильны, — это сила и защита. Но, по сути, разве это не живая мишень?
Так почему же раньше им казалось, что с этими кунь трудно сладить?
При этой мысли лица Вэнь Вэньхая и остальных ещё сильнее залила краска стыда. Они наконец поняли: кунь казались им трудными лишь потому, что могли разрушить их базу.
А что было в базе? Всего лишь крепость из боевых растений да формации.
Если убрать крепость из боевых растений, убрать формации — в базе не останется ничего. А если нечего разрушать, как враг будет разрушать?
На поле боя, где останутся только ученики секты Кровавой Бойни, разве им нужно бояться этих кунь? Вовсе нет. Напротив, эти кунь станут для них живыми мишенями.
Чжао Хай смотрел на них и негромко произнёс:
— Хорошо, если не забыли — это главное. Запомните: вы ученики секты Кровавой Бойни, вы культиваторы. Если вы утратите даже смелость сражаться с людьми, какая у вас останется надежда? Даже если перед вами откроется шанс на долголетие, вы не осмелитесь за него ухватиться.
— Запомните и передайте всем ученикам: если кто-то осмелится проявить трусость и не пойти в бой — лишить культивации и низвести до верного раба!
Услышав это, Вэнь Вэньхай и остальные вздрогнули.
Они впервые слышали, чтобы Чжао Хай отдал такой приказ.
Лишить культивации, низвести до верного раба — это означало, что тот ученик кончен. Он, возможно, ещё долго проживёт, но больше не сможет совершенствоваться и каждый день будет лишь поставлять секте Кровавой Бойни силу веры. Это было самое низкое существование в секте Кровавой Бойни.
Эти верные рабы хоть и жили неплохо, но даже если бы могли обрести долголетие — что с того? Разве такое долголетие имеет смысл? Тем более что истинного долголетия им всё равно не достичь.
Для культиватора, однажды познавшего, что такое совершенствование и как стремиться к Великому Пути долголетия, остановиться уже невозможно — он будет идти только вперёд. Но если в этот момент внезапно оборвать всё, отбросить его назад, да ещё и хуже, чем было, — что с ним станет?
Это хуже смерти.
Потому этот приказ Чжао Хая был поистине страшен. Особенно для культиватора — это было мучительнее, чем смерть.
Прежде Чжао Хай никогда не отдавал таких приказов. А сейчас отдал — значит, он и вправду разгневан.
Чжао Хай не стал ждать их ответа и негромко произнёс:
— С каким врагом мы столкнулись? С Теневой расой.
— Насколько сильна Теневая раса, вы давно знаете. Насколько сильна сила законов Теневой расы, вы тоже давно должны знать. Это место изначально было создано великим мастером буддийской школы для испытания учеников, но с усилением силы законов Теневой расы оно превратилось в то, что есть, стало таким трудным.
— Столкнувшись с таким врагом, если у них не хватает даже смелости дорожить жизнью и сражаться, они недостойны быть учениками моей секты Кровавой Бойни. Но я не стану их легко убивать — они достойны лишь стать верными рабами моей секты Кровавой Бойни.
Вэнь Вэньхай и остальные дружно откликнулись.
Чжао Хай поднялся и, глядя на всех, негромко произнёс:
— Теневая раса — нелёгкий противник. Потому мы должны быть готовы ко всему. Эта готовность — не только в нашей силе, но и в наших сердцах, в нашей смелости.
— Для культиватора смелость зачастую нужнее всего.
— Я не против гибкой тактики в уничтожении врага, не против самых разных способов сохранить жизнь. Но я решительно не хочу видеть, как ученики секты Кровавой Бойни теряют смелость сражаться.
— Если утратить даже смелость, мы никогда не станем настоящими учениками секты Кровавой Бойни, а будем лишь бумажным тигром, страшным только на вид.
Вэнь Вэньхай и остальные дружно откликнулись.
Чжао Хай негромко произнёс:
— Хорошо, идите готовьтесь. На этот раз мы не используем ничего. Мы сразимся своей собственной силой и покажем этим кунь: люди секты Кровавой Бойни никогда не боятся боя, никогда.
— Идите, передайте мои слова всем ученикам.
Вэнь Вэньхай и остальные дружно откликнулись.
А Чжао Хай в этот момент уже исчез из главного зала.
Глядя на опустевшее главное место, Вэнь Вэньхай горько усмехнулся. Затем обвёл всех взглядом и негромко произнёс:
— Все слышали слова главы секты? Действуем!
Все дружно откликнулись и отправились исполнять.
На этот раз всё оказалось на удивление просто.
Всех учеников секты Кровавой Бойни вернули в пространство Сюаньу. Затем все увидели слова, сказанные Чжао Хаем в главном зале.
Услышав их, ученики секты Кровавой Бойни почувствовали глубокий стыд. Одновременно они ощутили, как в их сердцах закипает кровь.
А приказ о наказании, отданный Чжао Хаем в конце, заставил всех учеников секты Кровавой Бойни похолодеть. Только теперь они поняли: секта может не только давать им бесчисленные ресурсы для совершенствования, но и потребовать их жизни.
Узнав приказ Чжао Хая, дальше дело пошло легко.
Секта Кровавой Бойни начала очищать поле боя. На этот раз, кроме радарных кораблей и Крепости Кровавой Бойни, все боевые растения были убраны, все формации — тоже.
Все ученики секты Кровавой Бойни приготовились к бою.
На этот раз они сражались как отдельные люди, по-настоящему лицом к лицу с врагом.
Разумеется, это не означало, что они отказались от всех построений. Кубическое построение всё ещё использовалось. Просто на этот раз они не сливали силу воедино.
Они собирались сражаться с врагом прямо в кубическом построении, взаимодействуя друг с другом и уничтожая противника. Не так, как прежде, когда тысяча человек составляла малый отряд и превращалась в гиганта для боя с врагом.
На эту подготовку ушло целых три дня.
И то лишь благодаря усилиям бесчисленных учеников секты Кровавой Бойни. Иначе они бы не справились.
Когда все боевые растения и формации были убраны, ученики секты Кровавой Бойни почувствовали вокруг пустоту. От этого стало немного неуютно, но одновременно они ощутили: этот мир поистине огромен.
В их сердцах невольно поднялось чувство удали.
Вэнь Вэньхай и остальные, увидев, что все ученики готовы, отправили весть Гу Юаньчжэну, чтобы тот выступал по плану.
На этот раз войско секты Кровавой Бойни делилось на три части.
Авангард — Гу Юаньчжэн и его люди, отвечающие за продвижение вперёд. Продвинувшись на десять тысяч ли, они останавливаются и ждут атаки врага. Они же первыми вступят в бой.
Вэнь Вэньхай с основными силами секты Кровавой Бойни составлял среднюю часть и шёл за Гу Юаньчжэном.
Белоглазый на этот раз вёл арьергард, следуя за Вэнь Вэньхаем.
Всего секта Кровавой Бойни выставила тридцать миллиардов воинов.
В авангарде у Гу Юаньчжэна было пять миллиардов, в средней части — целых пятнадцать миллиардов, в арьергарде — десять миллиардов. Остальные тридцать миллиардов учеников отдыхали в пространстве Сюаньу. После этого боя они сменят те тридцать миллиардов, что сражались сейчас.
По приказу Гу Юаньчжэна ученики секты Кровавой Бойни выступили.
На этот раз, поскольку не нужно было думать о формациях и высадке боевых растений, продвижение шло очень быстро. По-прежнему десять тысяч человек в отряде, и командир сам превращал своё внешнее воплощение в магический инструмент, ведя всех вперёд.
Достигнув назначенного места, все вышли из магических инструментов, построились и стали ждать врага.
На лицах всех учеников было волнение. Они жаждали боя, хотели сражаться. Теперь наконец появилась возможность — они могли открыто встретить врага лицом к лицу.
Потому многие ученики секты Кровавой Бойни выглядели весьма возбуждёнными, а у некоторых даже невольно начала проступать убийственная аура.
Увидев это, Гу Юаньчжэн слегка покачал головой и вздохнул:
— Не зря молодой хозяин отдал такой приказ, не зря он разгневался. Мы неправильно поняли его замысел.
— Мы слишком хорошо защищали этих учеников. Посмотрите на них — сколько боёв они уже прошли, а выглядят как новобранцы, впервые попавшие на поле боя. Разочарование.
Рядом с Гу Юаньчжэном стоял Шэнсы.
Старец Цзюсуань, которому больше не нужно было командовать формациями, вернулся в Шэньцзитан. Белоглазый ушёл командовать арьергардом. А на передовой нужен был мастер, так что Шэнсы перевели сюда.
Шэнсы, глядя на учеников, тоже горько усмехнулся.
Когда Чжао Хай гневался, он это видел. Но не ощутил этого сильно. Ведь он никогда не командовал учениками в бою, а с врагом обычно сражался сам. Потому особых чувств у него не было.
Но теперь, видя учеников, Шэнсы тоже невольно усмехнулся.
Хотя он не командовал учениками, он долго был в секте Кровавой Бойни и участвовал во многих битвах. Он прекрасно знал, каковы настоящие отборные воины.
Настоящие отборные — не те, кто перед боем выглядит крайне возбуждённым. Такие не могут считаться истинно отборными.
Настоящие отборные — те, кто в любой ситуации сохраняет спокойствие и хладнокровие. Только такие воины — самые лучшие.
Такие воины не нуждаются в ободрении. Они знают, что делать. Перед боем они спокойны, невероятно спокойны. А в бою — невероятно холодны.
И эта холодность сама по себе становится натиском — чудовищно мощным натиском.
Как бы высок ни был боевой дух врага, столкнувшись с таким натиском, он неизбежно падёт.
Ибо эта леденящая холодность — смесь убийственной ауры, ауры смерти и прочих натисков.
Когда перед тобой враг, подобный льду, — каким бы сильным ни был твой натиск, что он даст?
(Конец главы)