Тот старейшина Сунь, очевидно, занимал немалое положение и знал кое-какие тайные дела. Услышав слова своего спутника, он покачал головой:
— Дело не так, как вы думаете. На самом деле Чёрно-белое поле битвы вовсе не занято нашей Теневой расой. Мы, Теневая раса, вытеснили оттуда культиваторов Мира Мириад Гор, но там, на Чёрно-белом поле битвы, оказалась ещё одна, куда более могущественная сила. В конце концов наше войско, оставленное на Чёрно-белом поле битвы, не устояло перед той силой и тоже было вынуждено его покинуть. Так что сейчас Чёрно-белое поле битвы — не наше.
Этот старейшина Сунь, очевидно, давно уже считал себя одним из Теневой расы: то и дело говорил «наша Теневая раса», «их Мир Мириад Гор». И в Теневой расе он, должно быть, занимал определённое положение — иначе не знал бы об этом.
Потому старейшина Сунь продолжил:
— Из рода пришла задача: по возможности следить за положением в Мире Мириад Гор. Если обнаружится, что там появилась секта под названием секта Кровавой Бойни, немедленно донести. И ещё следить за положением у Меча Бездны. Сейчас люди Мира Мириад Гор разрушили тросы, ведущие к Мечу Бездны, и мы обязаны об этом донести.
Все откликнулись.
Старейшина Сунь продолжил:
— Ладно, стоять здесь и смотреть — всё равно ничего не высмотришь. Все возвращайтесь. И запомните: скрывайте своё истинное лицо, ни в коем случае не дайте себя обнаружить. Мы трудимся ради того, чтобы Теневая раса в будущем объединила весь Мир Мириад Гор. Когда род объединит Мир Мириад Гор, нас непременно щедро наградят, и тогда мы сможем ступить на Великий Путь долголетия.
Все дружно откликнулись, у каждого загорелись глаза — очевидно, они были крайне воодушевлены. Затем старейшина Сунь махнул им рукой, мелькнул и исчез. Остальные переглянулись, тоже мелькнули и исчезли. У края бездны вновь воцарилась тишина.
В последующее время, кроме редких странствующих культиваторов, которые иногда приходили сюда, пытаясь попасть на Меч Бездны, но, обнаружив, что тросы оборваны, вынуждены были уйти, здесь больше никого не было. Постепенно все странствующие культиваторы узнали, что попасть на Меч Бездны невозможно, и перестали сюда приходить.
Впрочем, каждые несколько месяцев сюда приходили культиваторы секты Сюаньцзя. Но лишь взглянуть: постоять у края бездны, посмотреть в сторону Меча Бездны и, не обнаружив перемен, тотчас повернуться и уйти.
Так незаметно прошло несколько лет. Здесь ничего не менялось. Постепенно люди совсем позабыли это место. Лишь некоторые странствующие культиваторы изредка упоминали Меч Бездны — больше никто о нём не говорил. Это место и впрямь было забыто.
И вот на десятый год после того, как Тяньцзи-цзы и остальные перерубили тросы, на Мече Бездны произошла перемена.
Вдруг на Мече Бездны возникла вспышка энергетических колебаний. Затем на нём внезапно появился человек.
Он появился очень внезапно — словно и прежде стоял там, только был чем-то скрыт, и ты его не видел, а теперь он просто явился.
На нём было красное воинское одеяние, на голове — Золотая корона. Весь его облик казался заурядным, словно ничего особенного в нём не было, и даже ауры от него не исходило. Не будь на нём золотой короны, пожалуй, пройди он по улице — никто не обратил бы на него внимания.
Он огляделся и пробормотал:
— Похоже, это и есть Меч Бездны. Любопытно. Хм? Здешние тросы кто-то перерубил, причём, судя по всему, довольно давно. Похоже, это дело рук либо людей Мира Мириад Гор, либо Теневой расы. Но вероятнее всего — людей Мира Мириад Гор. Теневая раса только и мечтает с нами разделаться, с какой стати ей рубить тросы? Впрочем, это оказало нам большую услугу.
Затем он двинул мыслью, и рядом с ним появилась гигантская черепаха.
Эта черепаха была целиком белой, словно из белого нефрита. На её панцире располагались девять щитков. На всех щитках были вырезаны узоры, и все они были золотыми.
Узоры были весьма примечательны: на одних изображались летящие апсары, на других — страшные шура и якши, а ещё — божественные драконы и Великий Пэн, то есть узоры Восьми Легионов Дэвов и Нагов. Эти узоры Восьми Легионов Дэвов и Нагов располагались по краям, а на самом центральном щитке был образ Будды — образ одиннадцатиликого шестнадцатирукого Будды.
Появившись, эта черепаха словно ожила: огляделась, затем начала медленно уменьшаться и в конце концов превратилась в большую черепаху высотой чуть больше метра. После этого она сразу вошла в одну из пещер на Мече Бездны.
Едва она оказалась в той пещере, как там мелькнул белый свет. Свет исчез — и пещера тоже исчезла. Все пещеры на горе разом исчезли. И даже появившийся прежде человек тоже исчез.
Но если бы в этот миг кто-то сумел проникнуть внутрь той большой горы на Мече Бездны, он обнаружил бы, что внутри она совершенно преобразилась. Там образовалось огромное сооружение, подобное пчелиным сотам, с бесчисленными пещерами. В самом центре находилась большая пещера, ведущая наверх. А гигантская черепаха лежала внизу той пещеры, то есть у самого основания горы Меча Бездны.
Появившийся прежде человек, разумеется, был Чжао Хай. А гигантская черепаха — островом Сюаньу. Узоры же на её панцире появились лишь после того, как Чжао Хай соединил мир Восьми Легионов Дэвов и Нагов с пространством Сюаньу. И эти узоры были не просто узорами — они могли обращаться в реальные существа и сражаться. Можно сказать, пространство Сюаньу стало ещё более могучим.
А Чжао Хай к этому времени уже вернулся в пространство Сюаньу. В главном зале пространства Сюаньу его ждали ключевые старейшины секты Кровавой Бойни.
Чжао Хай только что завершил совершенное соединение мира Восьми Легионов Дэвов и Нагов с пространством Сюаньу, после чего его фигура сразу появилась на Мече Бездны — та самая сцена. Затем пространство Сюаньу вошло в гору Меча Бездны и перестроило её, превратив в лагерь. Впрочем, лишь во внутренний лагерь. Снаружи никто не смог бы обнаружить, что там лагерь. У лагеря был лишь один вход — на вершине горы. Но на вершине была установлена формация иллюзий, и обычный человек её попросту не заметил бы.
Соединив пространство Сюаньу с миром Восьми Легионов Дэвов и Нагов, Чжао Хай уже знал о новых возможностях пространства Сюаньу. Потому и смог с его помощью за столь короткое время создать тот лагерь. К тому же за эти годы сила Чжао Хая возросла, так что построить такой лагерь для него не составило труда.
Едва Чжао Хай вернулся в пространство Сюаньу, как Вэньхай и остальные устремили на него полные надежды взгляды.
Чжао Хай, глядя на них, заговорил:
— Хорошо, можете не тревожиться. На сей раз объединение миров прошло вполне успешно. К тому же я уже побывал в Мире Мириад Гор. Судя по тому, что я видел, можно почти с уверенностью сказать: мы находимся на Мече Бездны. Фацзин, возьми отряд учеников и выйди наружу — убедитесь, где именно мы находимся.
Фацзин откликнулся. Он тоже выглядел крайне взволнованным. Затем он сразу покинул главный зал и с отрядом учеников отправился на Меч Бездны. Осмотрев всё, Фацзин тотчас вернулся в пространство Сюаньу.
А Чжао Хай в это время всё ещё обсуждал с Вэньхаем и остальными, как развиваться после вступления в Мир Мириад Гор.
Увидев вошедшего Фацзина, Чжао Хай сразу спросил:
— Фацзин, мы сейчас на Мече Бездны?
Чжао Хай почти не сомневался, что они на Мече Бездны. Ведь место, где он появился, очень походило на Меч Бездны, описанный Фацзином. Разве что тросов не было, зато он видел железных быков. Потому он был почти уверен.
Фацзин кивнул:
— Да, глава секты. Мы сейчас на Мече Бездны. Но неизвестно почему, тросы, ведущие отсюда наружу, кто-то перерубил. Попасть в Мир Мириад Гор будет непросто.
Чжао Хай кивнул. Он и сам видел, потому не удивился. Он серьёзно произнёс:
— Я уже взглянул снаружи и разбил лагерь. Духовной энергии снаружи не слишком много, но её концентрация всё же не идёт в сравнение с нашей. Думаю, это потому, что мы на Мече Бездны. Пусть ученики выходят наружу группами, почувствуют здешнюю концентрацию духовной энергии. А заодно выпустят свои Дхарма-образы и посмотрят, чем наши формации отличаются от тех Дхарма-образов, что мы выпускали в Иллюзорном мире реальности. Но запомните: не поднимайте слишком много шума, чтобы не привлечь внимания Теневой расы и мира культивации.
Все откликнулись.
Чжао Хай продолжил:
— Судя по тому, что тросы перерублены, мы уже привлекли внимание и Теневой расы, и Мира Мириад Гор. Впрочем, Теневая раса знает, пожалуй, больше, чем Мир Мириад Гор. А тросы перерубили, скорее всего, люди Мира Мириад Гор — Теневая раса не стала бы этого делать. Ведь Теневая раса только и ждёт, чтобы мы явились в Мир Мириад Гор: тогда они смогут двинуть против нас целое войско. Потому они ни за что не стали бы рубить тросы. Это сделали только люди Мира Мириад Гор. Но они остерегались не нас, а Теневой расы.
Вэньхай кивнул:
— Должно быть, так. Люди Мира Мириад Гор, покидая Чёрно-белое поле битвы, ещё не знали нашей силы. Они полагали, что мы погибнем от рук Теневой расы. Но, потеряв Чёрно-белое поле битвы, они непременно приняли меры предосторожности. Они опасались, что Теневая раса через Чёрно-белое поле битвы нападёт на них, потому и перерубили тросы. Так Теневая раса уже не сможет через Меч Бездны напасть на Мир Мириад Гор. Это место оказалось полностью отрезанным, а они разом решили все проблемы. Надо сказать, это и впрямь неплохой ход.
(Конец главы)