Прежние слова Чжао Хая ещё сильнее убедили Уяна — Чжао Хай отнюдь не прост.
Чжао Хай сказал, что банда Древнего Меча будет расширяться. Если он и впрямь это сделает и добьётся успеха, то его вес в глазах Лэ Вэньчжэня непременно возрастёт.
Уян был старым человеком, шедшим за Лэ Вэньчжэнем. Хоть из-за ограничений в силе Лэ Вэньчжэнь и не приближал его к себе, кое-что о его делах Уян всё же знал.
Опора Лэ Вэньчжэня в секте Цинъян была слишком слаба. Не получи он неизвестно откуда наследие, резко усилившее его, он ни за что не достиг бы нынешнего положения.
Но теперь положение было, а людей под рукой не было.
Секта Цинъян не была новообразованной. Все силы в ней давно поделили сферы влияния. Известные ученики либо опирались на большие семьи, либо сами были их членами. Ученики же попроще давно стали их подчинёнными. Как новичку, внезапно вступившему в секту, собрать вокруг себя своих людей? Это было ох как непросто.
Даже если Лэ Вэньчжэнь и мог сейчас кого-то набрать, это были лишь люди крайне слабые. Именно поэтому у Лэ Вэньчжэня на деле никого не было. Будь у него кто-то, ему не пришлось бы лично разбираться с Чжао Хаем.
Если Чжао Хай сможет поднять силу — пусть даже силу странствующих культиваторов — для Лэ Вэньчжэня это будет огромным подспорьем. И он непременно станет относиться к Чжао Хаю с большим вниманием.
Потому, едва услышав, что Чжао Хай собирается расширять банду Древнего Меча, Уян понял: если у Чжао Хая получится, Лэ Вэньчжэнь непременно его оценит.
А Уян сейчас думал о том, как ему выстроить отношения с Чжао Хаем. Какую позицию занять? Держаться как прежде, холоднее или теплее?
Если холоднее — то, когда Чжао Хай в будущем добьётся успеха, ему не перепадёт ни капли. Если теплее — то, когда Чжао Хай добьётся успеха, он, возможно, вспомнит о нём.
Подумав, Уян в конце концов решил — быть к Чжао Хаю теплее.
В любой силе двурушников не терпят. Вступил в силу — служи ей всей душой. Если же вступил, но держишь дистанцию, то, когда другие начнут разбираться с этой силой, тебя всё равно будут считать её человеком. А сама сила не будет считать тебя своим. В итоге останешься ни там ни здесь.
При этой мысли Уян с облегчением выдохнул. Решился — и действуй. Но сейчас ему не следовало снова идти к Чжао Хаю. Хоть он и решил относиться к нему лучше, заискивать перед ним не стоило. Как ни крути, Чжао Хай был родом из странствующих культиваторов и в сравнении с ним всё же уступал.
Чжао Хай вернулся в комнату, обдумывая задание Лэ Вэньчжэня, и в конце концов горько усмехнулся.
Он и не думал, что, войдя в Мир Мириад Гор, станет убийцей. Впрочем, убийцей так убийцей — всё равно это ради себя.
При этой мысли Чжао Хай с облегчением выдохнул, затем позвал в комнату Фэйхуа и Дитина.
Когда оба пришли, Чжао Хай заговорил:
— Фэйхуа, Дитин, вы оба, должно быть, знаете, что я вступил в секту Цинъян. Сейчас человек оттуда дал мне задание, и я должен его выполнить. Потому мне, возможно, придётся уйти на какое-то время. Дела дома оставляю на вас. Проблем не будет?
Фэйхуа и Дитин переглянулись и покачали головами. Фэйхуа негромко произнёс:
— Старший брат, не беспокойся, проблем не будет.
Дитин тоже кивнул.
Но Фэйхуа тут же добавил:
— Но, старший брат, если ты и впрямь уйдёшь выполнять это задание, а враги вдруг нападут на нас, что нам делать?
Чжао Хай понял, что имеет в виду Фэйхуа. Они вели ответные действия уже больше месяца. За это время они уничтожили немало сил. Кое-кто уже знал, что это они мстят. Если в такой момент противник вдруг нападёт на Линьюань, у Линьюаня тоже будут большие неприятности.
При этой мысли Чжао Хай тоже нахмурился, затем негромко произнёс:
— Вот что: если враги и впрямь нападут на Линьюань, идите к управляющему Уяну и попросите его передать мне весть. Тогда я сразу вернусь.
Чжао Хай собирался оставить Уяну адрес для передачи. Если что-то случится, пусть Уян свяжется с ним. Он верил, что Уян поможет.
Фэйхуа и Дитин кивнули. Им тоже показалось это правильным. Связаться с Чжао Хаем всё же лучше, чем не иметь связи.
Тут Фэйхуа спросил Чжао Хая:
— Старший брат, так ты теперь кто — человек секты Цинъян или Врат Ада? Ты ведь не отказался от Врат Ада?
Чжао Хай покачал головой и негромко произнёс:
— Глупости. Как я могу отказаться от Врат Ада? Вы не знаете силы Врат Ада. Я прежде много делал для них и знаю их мощь.
— Скажу вам: Врата Ада просто не показывают свою силу. А покажи они её — многих бы это напугало. Их сила непременно превосходит секту Цинъян.
Фэйхуа и Дитин опешили. Они знали, что Врата Ада не слабы, но не думали, что настолько. Это их изрядно поразило.
Чжао Хай взглянул на них и чуть улыбнулся:
— Ладно, не ломайте голову. От Врат Ада я не откажусь. К тому же там знают, что я вступил в секту Цинъян. Они не только не возражают, наоборот, всячески поддерживают.
— А почему — подумайте сами.
Оба не были глупцами. Услышав это, они сразу поняли, что имеет в виду Чжао Хай.
Но радости на их лицах не было. Фэйхуа заговорил:
— Старший брат, так ты в опасности. Если в будущем люди из секты Цинъян узнают, что ты из Врат Ада, они тебя не пощадят. Ты словно отдаёшь в руки Врат Ада уязвимое место. И потом они смогут этим тебе угрожать.
Чжао Хай чуть улыбнулся и негромко произнёс:
— Я и хочу, чтобы они думали, будто держат меня за уязвимое место. Только так они будут меня поддерживать.
— Ладно, не будем об этом. Идите отдыхать. Послезавтра я уйду из городка. После моего ухода дела в городке на вас.
— Помимо культивации, соберите дикие травы, заготовьте побольше дров. И самое главное: наш хуанцзин уже почти пора собирать. Вы должны собрать весь хуанцзин.
— Я посмотрел: если хранить хуанцзин прямо на складе, к зиме он может помёрзнуть. Потому сделайте в городке несколько больших земляных погребов и сложите туда хуанцзин. Понятно?
Оба хором отозвались.
Тогда Чжао Хай махнул им рукой, отпуская. Оба поклонились и вышли.
Когда они ушли, Чжао Хай с облегчением выдохнул, затем сразу вошёл в Иллюзорный мир реальности — посмотреть, что говорили за эти дни остальные.
Добравшись до форума и увидев первое сообщение, он замер.
Все эти дни он и впрямь не заглядывал на форум. Теперь же первое сообщение оказалось о Линьюане. Он открыл его — там говорилось как раз об их ответных действиях.
Пробежав глазами содержимое, он увидел, что те ученики писали только об одном — как помочь ему в его мести.
Чжао Хай невольно улыбнулся. В верности учеников секты Кровавой Бойни он ничуть не сомневался. Он прекрасно знал, что они не могут его предать. Он был в этом уверен.
Чжао Хай обменялся с теми учениками несколькими сообщениями — в основном о том, что в следующем году он собирается позволить банде Древнего Меча расшириться. О том, как действовать, он сообщит им позже.
А те ученики, увидев его сообщение, пришли в восторг. Они давно ждали, когда Чжао Хай начнёт расширяться. Теперь он наконец собирался действовать, и они, разумеется, обрадовались.
Отдохнув день, Чжао Хай снова пошёл к Уяну.
Уян опять проводил его во внутренний двор. Но Чжао Хай почувствовал, что Уян стал к нему куда теплее. Это его тоже обрадовало.
Но он всё же чуть улыбнулся Уяну:
— Старший брат У, я пришёл к тебе с одной просьбой. Надеюсь, ты поможешь.
Уян поспешно ответил:
— Мы собратья по секте, помогать друг другу — само собой. Говори прямо.
Уян на самом деле был рад. Раз Чжао Хай просит его о помощи, значит, будет ему обязан. Так они станут ближе. Потому он и впрямь хотел помочь.
Чжао Хай кивнул и заговорил:
— Вот в чём дело. Завтра я собираюсь отправиться выполнять задание господина. Не знаю, когда вернусь. Но дела в Линьюане меня немного беспокоят.
— За это время мы мстили тем людям. Боюсь, они могут напасть на Линьюань. Потому, если кто-то и впрямь нападёт на Линьюань, я хочу, чтобы ты, старший брат, передал мне весть.
— Тебе не нужно вступать в бой, только передай мне весть. Как тебе?
Уян, услышав это, опешил, затем кивнул:
— Хорошо, я согласен. Если кто-то и впрямь нападёт на Линьюань, я сразу передам тебе весть.
Уян тоже понимал, что такая возможность существует. Раз они мстили другим, те вполне могли первыми нанести удар. Потому он сразу согласился. Он тоже не хотел, чтобы с Линьюанем что-то случилось. В его глазах Линьюань уже был землёй Чжао Хая. А в будущем станет землёй Лэ Вэньчжэня. Если Лэ Вэньчжэнь дорожит этим местом, то и его положение поднимется. Потому он должен обеспечить безопасность Линьюаня.
(Конец главы)