Это был поистине удивительный континент.
Он был невероятно огромен, и по нему текли бесчисленные реки. Но главное — на нём вздымались бесчисленные горные хребты, и все они были укрыты пеленой тумана, словно обители небожителей. Вся растительность на континенте была необычайно пышной: куда ни глянь — всюду зелень, словно перед тобой изумрудный самоцвет.
Если уменьшить этот континент, то обнаружишь, что на самом деле он — гигантский остров.
Рельеф континента с юга на север был выражен очень отчётливо.
На юге континента лежало море. У самого берега начиналась пустыня, поросшая множеством кактусов. В той пустыне там и сям виднелись оазисы, где тоже кипела жизнь. Но в целом эти края оставались довольно пустынными.
Севернее тянулся горный хребет.
Он состоял из множества отрогов и, словно крепостная стена, наглухо преграждал путь пескам с юга. И у этого хребта была одна примечательная особенность: его южный склон, обращённый к пустыне, почти сплошь состоял из песка и щебня, и растений там было мало — край выглядел поистине пустынным. А северный склон утопал в зелени, пышной и прекрасной.
Можно сказать, этот хребет пожертвовал половиной своей красоты, чтобы удержать песчаные бури на юге и обратить всю прелесть к северу.
За этим хребтом весь континент становился необычайно красивым. Всюду — самые разные горы, поросшие растениями. И самое главное — под каждой горой непременно текла большая река, а вдоль рек раскинулись равнины. На тех равнинах жило множество людей.
Если двинуться на север, то на самом севере континента простирались льды и снега. Там всё было белым-бело, и не было видно никакой жизни. Это место походило на запретную зону жизни. Но при этом оно было прекрасным, навевая чувство необъятной широты. И главное — в этой запретной зоне жизнь всё же была: немало живых существ обитало там.
Но если бы и впрямь удалось уменьшить этот континент, ты бы обнаружил, что изначально он был куда больше и прекраснее.
Потому что теперь этот континент был расколот надвое.
Западную его половину окутывала пелена чёрного тумана. Там круглый год царила тьма, и никто не мог разглядеть, что там находится. Чёрный туман, словно дым, наглухо укрывал ту область. Лишь восточная часть сохраняла обычный рельеф, и лишь там росло столько растений, даря ощущение кипучей жизни.
А между восточным и западным континентами зияла огромная трещина — широкая и длинная, почти разрубившая весь континент пополам.
Эта трещина была невероятно огромна: в самом широком месте она достигала около десяти тысяч ли, а в самом узком — пожалуй, несколько тысяч ли.
Однако через эту трещину протянулись бесчисленные железные тросы, соединявшие её края. К тому же сама трещина была не прямой, а изрезанной, словно собачьи клыки, — вид у неё был зловещий и устрашающий. Но в одном месте посреди неё виднелись небольшие островки.
Назовём их островками — ведь воды в трещине не было, а внизу зияла пустота, и неизвестно, насколько глубокая. А этот островок находился почти в самом центре трещины. И с севера на юг, и с востока на запад — везде он был посередине.
Этот островок располагался как раз в одном из самых широких мест трещины. Здесь её ширина достигала чудовищных пятнадцати с лишним тысяч ли. А островок находился на расстоянии семи с лишним тысяч ли, не дотягивая до восьми. И с севера на юг он тоже был точно посередине.
Площадь островка была не слишком велика, но и не мала. Однако островок был весьма странным: на нём словно бы возвышалась гора, а на горе — пик. И пик этот был очень высок, словно длинный меч, вытянутый из трещины и пронзающий небо.
С восточной стороны трещины к островку тянулись три толстые железные цепи; с западной — два толстых железных троса. Площадь островка была на самом деле немаленькой: в поперечнике около тысячи ли. Но на фоне этой гигантской трещины он казался совсем крошечным.
Те, кто хорошо знал эти места, прекрасно понимали: это и есть остров Меч Бездны в Мире Мириад Гор.
«Меч Бездны» — название, данное по этому острову. Остров и впрямь был горой, причём весьма высокой, потому его и назвали Мечом Бездны. На острове Меч Бездны было множество пещер. Некоторые из них были большими, естественного происхождения, очень глубокими; другие — маленькими, вырубленными людьми для жилья.
Растительности на горе было мало — лишь низкие кустарники. И росли они причудливо, словно воплощения демонов.
И вот сейчас на этом острове остановились несколько культиваторов. Все они парили в воздухе, глядя на остров.
Во главе стоял человек в одеянии даочжана. В руке он держал мухогонку, на нём был халат с символами Багуа и Тайцзи, волосы белоснежные, без единой тёмной пряди, три пряди белой бороды ниспадали на грудь. Весь его облик дышал благородством небожителя. Он смотрел на остров.
Рядом с ним стоял монах. На нём была ярко-жёлтая ряса, в руке — посох с девятью кольцами. Высокого роста, с длинными седыми бровями, опущенными книзу, глаза полуприкрыты, но кожа — словно из бронзы, ещё и отливающая блеском, — придавала ему необычайную торжественность.
Остальные, самые разные люди, тоже стояли позади этих двоих. Очевидно, из всех присутствующих эти двое занимали самое высокое положение.
Даочжан некоторое время разглядывал остров, а затем заговорил:
— Этот остров несколько месяцев назад вдруг стал выше. Весьма странно. Здесь уже никого нет — почему же эта гора вдруг выросла? Кто-нибудь может мне объяснить?
Голос его звучал словно бы ровно, но в нём ощущалась лёгкая властность, заставляющая не относиться к нему легкомысленно.
Однако никто из стоявших позади не проронил ни слова.
Тогда заговорил и монах:
— Остров Меч Бездны изначально был местом, откуда секты Мира Мириад Гор входили на Чёрно-белое поле битвы. Но несколько лет назад вход на Чёрно-белое поле битвы внезапно оказался запечатан. Поначалу я полагал, что верх одержала Теневая раса и полностью заняла Чёрно-белое поле битвы. Так же говорили и ученики, вышедшие оттуда. Но позднее от смертников-лазутчиков, внедрённых в Теневую расу, пришла весть: Теневая раса тоже покинула Чёрно-белое поле битвы. Говорят также, будто туда вошла некая иная сила и, оттеснив и Теневую расу, и наших, заняла Чёрно-белое поле битвы. Что скажете на это?
По-прежнему никто не проронил ни слова. От этого на лице монаха невольно появилось выражение гнева.
Через некоторое время он серьёзно произнёс:
— Никто не говорит? Что ж. Тето, скажи ты. Ваша секта Сюаньцзя — ближайшая к Мечу Бездны секта, которую можно назвать сколько-нибудь крупной. Говори.
Едва его голос смолк, все взгляды обратились к одному культиватору.
Этот культиватор был невысок, но очень крепок. На нём было обычное чёрное воинское одеяние, кожа тоже казалась очень тёмной, но тёмной с блеском, отливающим лоском чёрного железа, словно выкована из него. Большая голова, всклокоченные волосы, густая борода — он походил на льва. Большой нос, широкий рот, круглые глаза, крупные уши, торчащие в стороны, — весь его облик внушал чувство свирепости. Встреться такой обычному человеку — и, пожалуй, от одного его взгляда тот перепугался бы до полусмерти. Но сейчас он стоял, опустив голову, словно провинившийся ребёнок.
Услышав, что монах назвал его имя, он невольно вздрогнул. Затем сразу заговорил:
— Докладываю почтенному Цзюцзе. После того как все люди нашего Мира Мириад Гор покинули Чёрно-белое поле битвы, мы некоторое время следили за Мечом Бездны. Но так как ничего не происходило, мы оставили это.
— Примерно пять месяцев назад один ученик случайно проходил мимо края бездны, взглянул на Меч Бездны и обнаружил, что гора на острове словно бы разом стала намного выше. Он бывал здесь прежде и помнил, что тогда гора на острове Бездны была не такой высокой. Из любопытства он подошёл поближе и убедился: остров и впрямь стал выше. Мы подсчитали — высота острова безусловно превысила десять тысяч метров.
— Но на острове не было видно ни единого человека. Мы тотчас отправили людей обследовать все пещеры на острове и обнаружили, что там ничего не изменилось: ни людей, ни даже малейших признаков того, что пространственный проход ослаб. Прежде, чтобы Теневая раса не могла внезапно хлынуть из пространственного прохода в наш Мир Мириад Гор, мы установили там формацию печати. Та формация цела и невредима. Потому почему здесь всё стало так, мы поистине не знаем.
Говорившего звали Тето, он был главой секты Сюаньцзя.
Хотя секта Сюаньцзя и была средней, но всё же выше среднего, перед теми даочжаном и монахом он всё равно держался с трепетом, не смея даже вздохнуть. И неудивительно — положение тех двоих было слишком высоко, с ними ему было не тягаться.
В Мире Мириад Гор существовал союз.
Изначально он был создан для борьбы с Теневой расой. Тогда Теневая раса начала войну с сектами Мира Мириад Гор, и те сражались порознь, а Теневая раса разбивала их поодиночке. Когда Мир Мириад Гор оказался на грани гибели, несколько великих сект объединились, обратились с призывом к сектам Мира Мириад Гор, и те составили союз для совместной борьбы с Теневой расой. С тех пор этот союз и существует. В противостоянии Теневой расе он сыграл огромную роль, потому и сохранился доныне.
А из тех великих сект, что некогда выступили с призывом к объединению, ныне лишь две можно назвать великими — секта Тяньсюань и монастырь Лэйинь.
(Конец главы)