Старик Лю хоть и отнёсся к словам Чжао Хая с полудоверием, всё же заговорил:
— Ты взял Ланьку в ученики, значит, хочешь передать ему своё наследие. Но ты и сам знаешь, что задатки у Ланьки отличные. Если у него и впрямь есть сектантская табличка, значит, в будущем он сможет вступить в секту. То, чему ты его сейчас учишь, может даже помешать ему вступить в секту. Думаешь, так будет лучше?
Чжао Хай, глядя на старика Лю, холодно хмыкнул:
— Вступить в секту — не всегда благо. То, чему я его учу, подходит ему больше всего. Даже если та секта возьмёт Ланьку в ученики, станет ли она учить его так, как я?
— Подумаешь, сектантская табличка. В малые секты вступать смысла нет, а в великие — тоже не всегда хорошо. В великих сектах слишком много талантов, Ланька может и не выдержать соперничества. В конце концов, чего доброго, станет обычным культиватором и загубит свой дар.
Старик Лю, услышав это, слегка нахмурился, но ничего не сказал.
Он не ожидал, что Чжао Хай питает такую неприязнь к сектам. Похоже, когда-то и его отвергли секты. Иначе он не вёл бы себя так.
При этой мысли старик Лю тихо вздохнул:
— Как бы ты ни думал, надеюсь, ты будешь добр к Ланьке. И ты, должно быть, знаешь, что друзья его отца не погибли. Неизвестно когда, но они вернутся в Линьюань. Сила у них немалая. Если ты обидишь Ланьку, они тебя не простят.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Об этом я не беспокоюсь. Даже если они захотят что-то сделать, им ещё нужно найти возможность. Я с Ланькой в хороших отношениях, я к нему добр — неужели они станут на меня нападать?
— А если и нападут, я церемониться не стану. Даже если ради Ланьки не убью, проучить смогу. Ладно, дядюшка Лю, дай мне одежду. Ланька дома один, мне нужно скорее вернуться.
Старик Лю больше ничего не сказал и протянул Чжао Хаю серое воинское одеяние.
Чжао Хай кивнул, затем взмахнул рукой, и перед ним появилась груда сломанных и повреждённых магических инструментов. Он сказал старику Лю:
— Дядюшка Лю, ты это берёшь? Если берёшь, продам тебе.
Старик Лю, едва взглянув на инструменты, понял, что все они из банды Кровавого Клинка. Но раз те люди мертвы, ему не было дела до их прежних владельцев.
Хотя инструменты были низшего сорта, для странствующих культиваторов они вполне годились. Среди странствующих культиваторов многие вовсе не имели магических инструментов. А торговля такими вещами была одной из главных статей дохода старика Лю. Потому он, конечно, их взял.
Старик Лю сразу сказал:
— Беру, конечно беру. Инструменты и раньше были неважные, а теперь и вовсе испорчены, потому и цена невысока. Давай так: за всю кучу дам двадцать духовных камней. И то лишь ради Ланьки.
Чжао Хай кивнул:
— Хорошо, по рукам. Только один камень я хочу обменять на одежду. И для меня, и для Ланьки. А ещё хорошо бы еды. Ты же знаешь, эти двое малышей — Ланька и Черный демон — большие лакомки.
Старик Лю кивнул и серьёзно произнёс:
— Хорошо, подожди.
С этими словами он вынес из комнаты множество вещей.
Одной только одежды было несколько десятков штук — большая и маленькая. Большая, разумеется, для Чжао Хая, маленькая — для Ланьки. Была и еда, и разные нужные в быту вещи.
Старик Лю поставил всё перед Чжао Хаем и сказал:
— Это всё необходимое в повседневной жизни. Ланька давно не носил хорошей одежды. Отдам тебе это подешевле — за один духовный камень. А вот девятнадцать камней, забирай.
Чжао Хай взглянул на девятнадцать духовных камней. Все они были низшего уровня, белые, размером с большой палец, похожие на кусочки белого нефрита. Внутри чувствовалась энергия, но слабая.
Чжао Хай получил представление о покупательной способности низших духовных камней. Затем он сказал:
— Хорошо, благодарю.
Он убрал камни и вещи и вышел из лавки, направившись к дому Ланьки. На взгляды окружающих он не обращал внимания.
Едва Чжао Хай ушёл, как в лавку старика Лю тотчас вошли несколько странствующих культиваторов.
Во главе был тот самый человек, что утром грозился разобраться с Чжао Хаем. Теперь на его лице было написано облегчение. Войдя, он сразу поклонился старику Лю:
— Дядюшка Лю, спасибо тебе. Не будь тебя, нам бы сейчас несдобровать. Не ожидал, что этот Чжао Ин окажется настолько силён.
— И разговор его с Цю Ваньцянем мы слышали. Мы и не думали, что он и впрямь пришёл не за вещами Ланьки. Выходит, мы зря на него думали.
Старик Лю взглянул на них и холодно произнёс:
— Хорошо, что поняли. Не связывайтесь с ним. По-моему, он не из тех, кто любит задираться. Не тронете его — и он вас не тронет.
С этими словами он принялся разбирать кучу вещей, проданных Чжао Хаем.
Тот культиватор перевёл взгляд на груду и загорелся. Затем на его лице появилась улыбка:
— Дядюшка Лю, продай нам немного этих инструментов? Подешевле, а?
Инструменты хоть и были сломаны, но всё ещё годились. К тому же они видели, как ими пользовались люди из банды Кровавого Клинка, и знали, что они рабочие — куда лучше обычных обломков неизвестного происхождения.
Старик Лю взглянул на них и серьёзно произнёс:
— Продать могу. Пять духовных камней за штуку. Гоните деньги.
«Штука» здесь означала не целый инструмент. Разбитый инструмент мог распасться на две-три части. Вот за такую часть он и просил пять камней.
Услышав это, тот культиватор переменился в лице:
— Дядюшка Лю, да ты грабишь! Мы же слышали: он всю кучу продал тебе всего за двадцать камней. А ты по пять за штуку продаёшь! Тут минимум десяток с лишним частей. Да ты озолотишься!
Старик Лю взглянул на них и холодно фыркнул:
— Не болтай. Ты бы такое купил?
Он взял одну из частей — обломок рукояти. Обычные люди такие обломки не покупают, потому что формаций там почти нет.
Тот культиватор с плутоватой улыбкой сказал:
— Дядюшка Лю, больно дорого. Скинь. По три камня за штуку, а? Если по три, мы каждый возьмём по одной, а то и по две. Твоя куча сразу в камни превратится, не будет лежать мёртвым грузом. Идёт?
Старик Лю, глядя на него, через некоторое время серьёзно произнёс:
— Ладно, все мы тут одним ремеслом живём. Берите по три камня за штуку. Но запомните: впредь будет что хорошее — несите мне, а не в большие лавки и не на рынок. Иначе в следующий раз ничего дешёвого у меня не купите.
Тот культиватор обрадовался:
— Обязательно, обязательно! Братья, живо, по две штуки каждому!
Стоявшие позади откликнулись и принялись выбирать. Вскоре каждый взял по две части и отдал старику Лю тридцать шесть духовных камней.
Старик Лю убрал камни и оставшиеся обломки, затем сказал:
— Очищающая жидкость вон там, сами обработайте, потом сходите к старине У, он переделает — и можно пользоваться.
Он указал на бочку в углу.
Те откликнулись, подошли к бочке, опустили инструменты, вынули, осмотрели и убрали.
Будь здесь Чжао Хай, он, возможно, не знал бы, что это за очищающая жидкость. Но в Мире Мириад Гор это обычная вещь. Её назначение одно — удалять остаточную психическую силу.
На любом использованном инструменте остаётся психическая сила. Но она имеет срок: обычно от трёх месяцев до года, после чего исчезает.
Если убить врага и заполучить хороший инструмент, но на нём осталась психическая сила врага, пользоваться им нельзя, и ждать три месяца невыгодно. Потому в Мире Мириад Гор и придумали очищающую жидкость.
Материалы для неё дешёвые, хранится долго, потому она быстро подешевела. В лавках вроде той, что у старика Лю, она есть всегда. Стоит один камень за большую бочку, потому её дают бесплатно.
Выйдя из лавки, те культиваторы направились в кузницу на той же улице, чтобы кузнец приделал к обломкам рукояти. Так их можно будет использовать.
Этот способ — обычное дело для странствующих культиваторов, получивших обломки. Ничего удивительного. Но Чжао Хай такого не видел.
(Конец главы)