Чтобы понять какое-то место, прежде всего нужно понять, какие силы в нём действуют. Разберёшься, какие силы есть в этом месте, — и считай, что понял его.
Порой всё именно так просто, но на деле и очень сложно. Ведь ты чужак, только что прибывший в город, и разобраться в распределении сил здесь совсем не легко.
Впрочем, Чжао Хай не спешил. Он мог действовать постепенно.
Потому он и не торопился выходить. Разобравшись с телами Цю Ваньцяня и остальных, купив у старика Лю кое-что из повседневных вещей, он вернулся во двор Ланьки.
Ланька в это время ещё спал. Чжао Хай не стал его будить, лишь разложил все бытовые вещи.
Когда всё было разложено, он вернулся в комнату Ланьки. Увидев, что тот сладко спит, он не стал его будить. Он знал, что Ланька на сей раз действительно вымотался. Ведь создать жизненный магический инструмент — дело нелёгкое. Не съешь Ланька небесное сокровище, он ни за что не завершил бы эту переплавку.
Чжао Хай не покидал двор. Он знал, что сейчас за ним наверняка следит множество глаз, потому лучше было держаться незаметно.
Чжао Хай решил приготовить Ланьке что-нибудь вкусное. За те месяцы, что мальчик оставался без заботы дядюшки с бородой, ему пришлось несладко. Хоть он и добывал кристаллы и покупал еду, но что хорошего можно купить на них? Потому всё это время он не ел ничего путного.
Занимаясь едой, Чжао Хай размышлял о личности Ланьки.
На первый взгляд в Ланьке не было ничего особенного. У него был отец, была мать, отец умер, мать давно ушла, и он жил в Линьюане. Всё казалось вполне обычным. Но стоило связать с ним те странные события — и его происхождение становилось совсем необычным.
Сейчас у Чжао Хая было слишком мало сведений. Он не знал, чем именно особенно происхождение Ланьки. Взять хотя бы Цю Ваньцяня: откуда у него магический инструмент, похожий на кровавую саблю? И откуда он узнал, что у Ланьки есть сектантская табличка? Ничего не объяснялось.
Впрочем, каким бы ни было происхождение Ланьки, это не имело значения. Теперь Ланька — его ученик. Ученика Чжао Хая никто не посмеет тронуть. Как поступать с его учеником — дело самого Чжао Хая, других не касается. Если кто-то осмелится без его позволения тронуть его ученика, он этого не спустит.
Едва Чжао Хай закончил готовить, как услышал голос:
— Учитель, учитель, где ты?
В голосе слышались слёзы. Чжао Хай испугался. Он поспешил из кухни в спальню. Он знал, что во всём дворе только они с Ланькой, значит, голос принадлежал Ланьке.
Кухня была позади главного дома. Чжао Хай готовил именно там. Теперь, услышав зов Ланьки, он бросился в главный дом.
Войдя в главную спальню, он увидел, что Ланька встал и собирается бежать наружу. Увидев его, Ланька бросился к нему и обнял, всхлипывая:
— Учитель, куда ты ушёл? Ланька проснулся, не нашёл тебя и подумал, что ты бросил Ланьку и ушёл сам.
Чжао Хай обнял его в ответ и с улыбкой сказал:
— Учитель пошёл готовить Ланьке вкусное. Разве учитель может бросить Ланьку? Теперь Ланька всегда будет с учителем, не бойся.
Отчего-то в этот миг Чжао Хаю стало горько. Они с Ланькой знали друг друга совсем недолго: он всего лишь переодел мальчика, накормил хорошей едой да начал учить культивации. Но Ланька уже так к нему привязался. Именно это и показало Чжао Хаю, что Ланька всё ещё ребёнок. Да, он убивал, но лишь чтобы выжить. А по сути он оставался ребёнком — ребёнком, потерявшим родителей и близких.
Услышав слова Чжао Хая, Ланька кивнул, и лицо его расслабилось.
Чжао Хай, глядя на него, мягко похлопал его по спине и серьёзно произнёс:
— Ладно, Ланька, идём есть. Я уже всё приготовил. Ты проголодался?
Ланька сразу оживился. Он отпустил Чжао Хая и с горящими глазами посмотрел на него:
— Правда? Учитель, я голоден, идём скорее есть!
И с надеждой уставился на Чжао Хая.
Чжао Хай, глядя на него, невольно улыбнулся и сказал:
— Конечно правда. Идём.
И повёл Ланьку в задний двор.
Вскоре они добрались до трапезной.
Чжао Хай и впрямь уже приготовил еду. К тому же он прибрал здесь. Он отнёс кушанья в трапезную и расставил на столе. А Ланька и Черный демон уже сидели рядом и с горящими глазами смотрели на еду.
Чжао Хай, глядя на них, слегка улыбнулся и сказал:
— Идите помойте руки, потом будем есть. После еды я начну по-настоящему учить тебя культивации.
Услышав это, Ланька с сожалением взглянул на стол, но всё же побежал мыть руки. Черный демон поспешил за ним.
Чжао Хай, глядя на них, лишь улыбнулся.
Он не считал Черного демона обычным демоническим зверем. Даже если тот и был обычным, теперь он таким не оставался. Рано или поздно он станет демоном-оборотнем и сможет принять человеческий облик. А став человеком, он станет культиватором. Потому Чжао Хай и не относился к нему как к обычному зверю.
Ланька и Черный демон быстро вернулись. Они помыли руки, и с них ещё капала вода. Чжао Хай, глядя на них, снова рассмеялся. Затем достал ткань, вытер им руки и принялся давать еду.
Сегодня Чжао Хай приготовил для Ланьки мясо демонического зверя и хлеб. Ланька сейчас растёт, ему нужно хорошо питаться. К тому же впереди культивация — тем более нужно есть достаточно. Иначе он не выдержит, и это может сказаться на его росте.
Ланька ел с аппетитом, Черный демон тоже. Чжао Хай тоже поел, но немного. На его уровне есть уже не требовалось, но он всё же поел. Впрочем, его стряпня куда уступала стряпне Мэг, потому аппетита особого не было.
После еды Ланька и Черный демон наелись до отвала и сидели не желая двигаться. Чжао Хай убрал посуду и тоже сел, взяв чашку чая и прихлёбывая понемногу.
Он не стал сразу поднимать Ланьку и Черного демона. После еды нужно отдохнуть, прежде чем двигаться. Это правило действует везде.
Отдыхали около получаса. Затем Ланька встал. Дети переваривают быстро, и тяжести он больше не чувствовал, потому захотел размяться. Ведь он ещё мал и не мог долго сидеть на месте.
Увидев, что Ланька встал, Чжао Хай улыбнулся и сказал:
— Хорошо, теперь начнём культивацию. Идём, Ланька, во двор.
Ланька откликнулся, взял Черного демона, и они пошли во двор. Хоть они и знали друг друга недолго, Ланька слушался Чжао Хая беспрекословно.
Вскоре они втроём оказались во дворе.
Чжао Хай велел Ланьке отпустить Черного демона и сказал ему:
— Черный демон, ты тоже будешь культивировать. Но то, чему ты будешь учиться, отличается от того, чему учится Ланька. Потому сейчас ты не можешь заниматься вместе с ним. Пока постой в стороне и смотри.
Чжао Хай знал, что Черный демон понимает его, потому говорил прямо.
Черный демон пискнул и отбежал в сторону, уселся там и стал смотреть на Чжао Хая и Ланьку. Ланька взглянул на него и больше не отвлекался, повернувшись к Чжао Хаю.
Из-за условий жизни Ланька не питал отвращения к культивации. Напротив, он очень хотел культивировать. Он прекрасно понимал: лишь став сильным, он сможет себя защитить и вернуть дворы дядюшки с бородой.
Чжао Хай стоял напротив Ланьки и, глядя на него, с улыбкой сказал:
— Ланька, те два плода, что вы с Черным демоном съели, были для вас обоих благом. Вы обрели разные способности, но силу плодов ещё не переварили. Потому я научу тебя комплексу кулачного боя и способу выброса силы в нём. Так ты постепенно переваришь энергию в своём теле.
Ланька кивнул, не совсем понимая. Чжао Хай не стал его ругать, а с улыбкой продолжил:
— Сегодня вечером я велю тебе переплавить ту нить в твоём теле. Переплавишь — и она станет твоей, никто не отнимет. А комплекс, которому я тебя научу, можно будет использовать вместе с этой нитью. Потому учись старательно.
Ланька откликнулся:
— Да, учитель, не беспокойтесь, я буду очень стараться.
При этих словах его лицо стало серьёзным. Видно было, что он говорит искренне. В этом и заключалось главное отличие мира культивации от Земли — здесь все знают, что совершенствование есть их единственный путь. Потому с детства малышей учат старательно культивировать. Даже такой ребёнок, как Ланька, услышав, что можно культивировать, готов отказаться от игр и учиться.
Чжао Хай, глядя на него, сказал:
— Хорошо. Но перед культивацией нужно сделать многое. Прежде всего — растянуть сухожилия. Только так ты сможешь лучше освоить тот комплекс. Идём, повторяй за учителем.
С этими словами Чжао Хай медленно принял позу. Он широко развёл руки, поднял их над головой и сложил ладони, словно держал большой меч и собирался рубнуть вниз.
(Конец главы)