Линь Цан, Хуан Сян, Сюй Ши и Сюй Юань сидели в комнате Чжао Хая.
Эти несколько человек считались старшими среди людей Чжао Хая. Чжао Хай обвёл их взглядом и заговорил:
— Сегодня я позвал вас, потому что мне нужна ваша помощь в одном деле.
— Мне нужно уйти на несколько дней. В эти дни все должны думать, что я по-прежнему здесь, на руднике сюаньте. Тут нужна ваша поддержка. Что скажете? Согласны?
Линь Цан и остальные опешили, затем хором ответили:
— Согласны, старший брат, только прикажи.
Теперь они были полностью связаны с Чжао Хаем и, разумеется, готовы были помочь всем, чем могут.
Чжао Хай кивнул и негромко произнёс:
— Среди наших есть Нин Юй, он сложением похож на меня. Позовите его.
— Я наложу на него заклинание, и он станет похож на меня. Люди будут видеть его и думать, что это я. Так я смогу спокойно уйти.
— А ему все эти дни нужно лишь раз в день показываться на глаза. Вы ему немного поможете — и никаких проблем не будет.
Все отозвались.
Затем Хуан Сян сказал:
— Я схожу за ним.
Чжао Хай кивнул. Хуан Сян вышел.
Вскоре Хуан Сян вернулся с человеком самой обычной внешности, но ростом схожим с Чжао Хаем. Это и был Нин Юй.
Увидев столько людей в комнате, он сразу понял, что что-то случилось. Но расспрашивать не стал и тотчас поклонился:
— Приветствую вас, старшие братья.
Чжао Хай кивнул и обратился к Нин Юю:
— Нин Юй, мне нужно на несколько дней отлучиться. Но я не хочу, чтобы кто-то знал о моём уходе.
— Ты сложением похож на меня, потому я наложу на тебя заклинание, и ты станешь мной. Так ты сможешь несколько дней изображать меня. Согласен?
Услышав это, Нин Юй даже не задумался:
— Как прикажете, старший брат.
Он отлично понимал: уйти от Чжао Хая он уже не сможет. Без покровительства Чжао Хая в секте ему будет несладко.
Потому впредь оставалось лишь следовать за Чжао Хаем, а значит, нужно было смирить гордыню. Что Чжао Хай велит, то и делать, без колебаний.
Чжао Хай кивнул и негромко произнёс:
— Хорошо, тогда сейчас уходи. Скажи, что я дал тебе поручение. Пусть люди увидят, как ты уходишь.
— Как выйдешь за пределы рудника сюаньте, сразу найди место и спрячься. Когда стемнеет, я тебя найду.
Нин Юй отозвался, поклонился всем и вышел.
Когда он ушёл, Чжао Хай сказал остальным:
— Сегодня ночью я уйду. Нин Юй вернётся. Вы не переживайте, завтра делайте всё как обычно. Просто когда появится Нин Юй, поддержите его.
Все тотчас отозвались.
Чжао Хай махнул рукой, и они ушли.
Оставшись один, Чжао Хай сел в своей комнате и принялся готовиться к предстоящему делу.
В этот раз он собирался действовать только нынешними силами, не прибегая к слишком высоким. Потому нужна была подготовка.
Вскоре начало темнеть.
Когда стемнело окончательно, Чжао Хай покинул свой двор и осторожно двинулся наружу. Вскоре он выбрался из усадьбы, затем из рудника — и никто его не заметил.
Выбравшись с рудника, он сразу отыскал Нин Юя.
Днём Нин Юй ушёл с рудника, спрятался и сообщил Чжао Хаю место. Потому найти его было легко.
Нин Юй прятался на дереве. Увидев Чжао Хая, он тотчас спрыгнул.
Чжао Хай взглянул на него и заговорил:
— Хорошо, сейчас я наложу на тебя заклинание. Кроме меня, его никто не снимет.
— Потом возвращайся в усадьбу. Запомни: вернись тайно, чтобы никто не увидел. Вернувшись, иди прямо в мою комнату.
— Завтра тебе нужно лишь раз пройтись по рудничным пещерам, чтобы тебя увидели.
Нин Юй отозвался.
Чжао Хай сложил несколько магических знаков, и в Нин Юя ударил сгусток чёрного дыма.
Нин Юй не мог видеть себя, но Чжао Хай отчётливо видел: за два вдоха Нин Юй превратился в него — даже одежда стала такой же.
Чжао Хай удовлетворённо кивнул:
— Хорошо, теперь можешь возвращаться. Запомни: будь осторожен, не дай себя заметить.
Нин Юй отозвался и двинулся в сторону рудника сюаньте.
А Чжао Хай рванулся в сторону секты Цинъян.
Их рудник сюаньте находился на изрядном расстоянии от секты. Лететь напрямую было совершенно невозможно.
Потому он направился не в секту, а в торговый квартал близ рудника, переночевал там, а затем через тамошнюю телепортационную формацию вошёл в секту Цинъян.
В секте Цинъян было много учеников. Бесчисленные ученики уходили на задания, бесчисленные возвращались. Каждый день через секту проходило множество народу.
Пока при нём была именная табличка Цинъян, великая защитная формация не реагировала. Разумеется, она не знала, кто ты такой.
А Чжао Хай был одет как внешний ученик. Таких было ещё больше, и внимания на него никто не обращал.
Оказавшись в секте, Чжао Хай тотчас нашёл безлюдное место и стал по земле пробираться к горе рода У.
В секте Цинъян обычные внешние ученики летали по небу или пользовались формациями. По земле почти никто не ходил.
Потому тот, кто шёл по земле, привлекал куда меньше внимания. На земле много растений, и с неба тебя не разглядеть.
За день Чжао Хай добрался по земле до горы рода У.
Но на гору не пошёл, а спрятался у подножия и стал наблюдать за горой и за людьми рода У.
На горе рода У было оживлённо.
Чжао Хай медленно подобрался к подножию, но в усадьбу не вошёл, а следил за ней снаружи.
Вскоре он сверил людей в усадьбе с теми, кто был в полученных данных.
Весь род У сейчас был занят. Слуги прибирали усадьбу, и она вся сияла чистотой. Ведь скоро должно было начаться великое собрание рода.
На самом деле на это собрание приходили не только члены рода У. Приглашались и те, кто был с родом У в близких отношениях.
Потому род У и готовился так тщательно.
Ведь для такой семьи, как род У, иметь двух мастеров звёздного ранга — уже немало. Тем более У Фатянь ещё молод и вполне может совершить новый прорыв.
Стоит ему прорваться — и род У поднимется ещё выше.
Чжао Хай и собирался выждать, пока начнётся собрание, и тогда проникнуть в род У.
Но прежде нужно было обзавестись подходящей личностью.
На собрании рода У с обычным положением делать было нечего. Нужно было что-то подобающее.
При этой мысли Чжао Хай стал пробираться к восточной части усадьбы рода У.
Об усадьбе рода У он уже кое-что знал.
Род У теперь считался немалой семьёй. Но, как и другие семьи, делился на главную ветвь и боковые.
Главная ветвь обычно жила в западной части усадьбы. А в восточной жили боковые семьи.
Чжао Хай и собирался воспользоваться личностью одного из учеников боковых семей, чтобы проникнуть в род У.
И цель у него уже была — незаметный ученик из боковой ветви рода У.
Этому человеку было двадцать пять лет, сила его была невелика — всего лишь ранг Ши. Родители давно умерли, и никто на него не обращал внимания.
Звали его У Чэнь. Именно его Чжао Хай и выбрал.
Чжао Хай остановился на У Чэне потому, что у того было особое положение. Хоть сила его была невелика и никто на него не смотрел, он служил смотрителем чистоты в Сокровищнице писаний рода У.
Красиво говоря — смотритель чистоты, а на деле — уборщик в Сокровищнице писаний.
В такое место, как Сокровищница писаний, обычному человеку не попасть. Потому убираться туда пускали только членов главной ветви рода У.
Но обычный ученик, попав туда, мог тайком перенять боевые искусства. А У Чэня это не касалось.
Род У давно его проверил. Его меридианы от рождения не годились для культивации, и ранг Ши был для него пределом.
Даже если бы он переписал все боевые искусства из Сокровищницы писаний, толку было бы чуть. Он всё равно не смог бы их практиковать.
Потому эту работу и отдали ему.
На самом деле не только у рода У — даже у Цзэн Яна были свои сокровищницы писаний.
Впрочем, сокровищница Цзэн Яна была его кабинетом, куда редко кто заходил.
Потому что Цзэн Ян передавал наследие не по роду. Он был силён, за несколько десятков лет достиг ранга Цзе и основал собственную линию. Наследие шло по линии, а не по роду. Как у линии Юньян.
А род У передавал наследие по роду.
Их ученики могли учиться у разных людей секты Цинъян. Но все они были из рода У.
Потому у таких семей и была своя Сокровищница писаний.
Ведь вскоре после рождения ребёнка род проверял, какая техника ему подходит, и начинал его обучать, закладывая основу.
Потом он мог пойти в ученики к другим. Если основа хороша, его и у других мастеров принимали с уважением.
Именно поэтому род У мог передавать наследие и имел немалую Сокровищницу писаний.
А Сокровищница писаний рода У находилась недалеко от главного двора.
Чжао Хай верил: если у рода У и есть связи с сектой Цяньюань, доказательства наверняка хранятся в главном дворе.
Потому личность У Чэня была для него крайне полезна.
(Конец главы)