Когда все расселись, Чжао Хай взглянул на Сяо Цзю и негромко произнёс:
— Сяо Цзю, старики и слабые в городке уже устроены?
Это волновало его больше всего. В городке было немало стариков и немощных — не устрой их, и рано или поздно быть беде.
Сяо Цзю тотчас ответил:
— Старший брат, всё устроено — в Долине летних паводков. Сейчас сухой сезон, мы вырубили в тамошней скале большую пещеру, все туда перебрались, и зерно, и всё прочее перевезли.
— Вот уж не думал, что зимовать в пещере окажется так неплохо. Внутри тепло.
Услышав это, Чжао Хай невольно усмехнулся. Затем негромко произнёс:
— Это дело важное, для секты Цинъян — большое. Секта поручила его мне, отказаться я не мог, потому и вас втянул.
— Не беспокойтесь: если всё выйдет, я смогу сделать вас периферийными членами секты Цинъян.
Сяо Цзю и остальные дружно отозвались.
Затем Сяо Цзю спросил:
— Старший брат, ты уже в секте Цинъян, а как же Врата Ада?
Сяо Цзю и остальные тоже считались периферийными членами Врат Ада и хорошо знали, что Чжао Хай — человек Врат Ада. Потому он и спросил.
Ведь положение Чжао Хая теперь было особенным. Он ученик истинной передачи секты Цинъян. Положение немалое. В таком положении он вполне мог бы отделаться от Врат Ада.
Чжао Хай покачал головой, взглянул на них и негромко произнёс:
— Об этом не вам беспокоиться. Я лишь хочу сказать: даже если вы станете периферийными учениками секты Цинъян, не думайте отделываться от Врат Ада.
— Сила Врат Ада может превзойти всё, что мы можем вообразить.
У Сяо Цзю и остальных ёкнуло в душе.
Честно говоря, они изумились — не ожидали от Чжао Хая таких слов. Но раз он так сказал, значит, это правда. И с этим нужно считаться.
Прежде они и впрямь думали: стань они периферийными учениками секты Цинъян да имей за спиной такого ученика истинной передачи, как Чжао Хай, — и они освободятся от Врат Ада. Теперь, услышав слова Чжао Хая, они тотчас отбросили эти мысли.
Чжао Хай взглянул на них и продолжил:
— Тайный ход готов? Если готов, возвращайтесь. Как только я велю действовать, немедленно уходите отсюда как можно быстрее.
— Это дело уже не для вас. Останетесь — только погибнете.
Сяо Цзю и остальные отозвались.
Чжао Хай кивнул им и сказал:
— Хорошо, готовьтесь. Я сейчас схожу к Уяну и остальным, а заодно повидаю кое-кого ещё, расскажу об этом деле, пусть лучше уходят.
Сяо Цзю и остальные отозвались и поднялись. Чжао Хай тоже встал и вышел.
Чжао Хай хотел повидать Уяна и остальных лично, чтобы дать понять: он с ними не связан. Иначе он бы не стал в такое время приходить их предупреждать.
Чжао Хай пришёл в лавку Уяна и вместе с ним прошёл в комнату позади лавки.
Уян всё время с почтительным видом держался подле Чжао Хая. Даже когда вошли в комнату и Чжао Хай сел, он не осмелился сесть и стоял рядом.
Чжао Хай взглянул на него и с улыбкой сказал:
— Полно, Уян, не церемонься так. Хоть я и ученик истинной передачи, а ты всего лишь слуга-ученик, положение у тебя особое. Ты мой человек. Что ты передо мной вытягиваешься? Садись, у меня как раз есть к тебе вопросы.
Уян отозвался и сел подле Чжао Хая. Но держался по-прежнему настороженно, словно не смел сесть как следует и готов был вскочить при первом же вопросе.
Чжао Хай взглянул на него и невольно покачал головой.
Честно говоря, поведение Уяна было совершенно естественным. Когда Чжао Хай только вступил в секту Цинъян, он был всего лишь периферийным учеником, почти равен Уяну. А теперь он ученик истинной передачи.
Ученик истинной передачи!
В глазах таких, как Уян, внешний ученик уже считался фигурой, внесённый в списки — тем более. А уж ученик истинной передачи... в их глазах это была фигура огромная.
Потому его нынешняя скованность перед Чжао Хаем была вполне естественной.
Чжао Хай взглянул на Уяна и негромко произнёс:
— Уян, те сведения, что вы мне давали прежде, не раз пригодились. А в чём дело на сей раз, ты, думаю, знаешь.
— Ты никому об этом не проболтался?
— Дело это крайне важное. Осмелься ты проболтаться — боюсь, даже я не смогу тебя спасти.
Ведь в это дело вмешался сам Цинфэн-цзы.
Осмелься Уян проболтаться — беда пала бы на него. Ведь среди слуг-учеников могли быть преданные линии Янфу.
Если бы он выдал это людям линии Янфу, их план мог бы провалиться. И тогда даже Чжао Хай не смог бы его спасти.
Вздумай Цинфэн-цзы с ним разобраться — во всей секте Цинъян не нашлось бы никого, кто его остановил бы. Никто не стал бы ради слуги-ученика ссориться с верховным старейшиной.
Уян поспешно произнёс:
— Господин, я никому об этом не говорил, будьте покойны.
Уян не дурак. Он знал, что уже взошёл на колесницу Чжао Хая. Но это дело было слишком большим. Чжао Хай и сам всего лишь пешка — куда уж ему.
Если бы он и впрямь прогневал Цзэн Яна и Цинфэн-цзы — ему конец. Потому он и впрямь никому не говорил.
Чжао Хай кивнул и негромко произнёс:
— Хорошо, раз не проболтался — ладно.
— Дело это важное. Явной награды я вам дать не могу, но внакладе не останетесь, будьте покойны.
— Впредь я открыто назову вашу с Сяо Цзю связь. Вам нужно будет больше сотрудничать.
— И ещё: линию Лэ Вэньчжэня не обрывай. Хоть его прежнее положение и создаёт мне сложности, я собираюсь им воспользоваться. Только опасаюсь, что у него на уме что-то другое. Потому не разрывай связь с Лэ Вэньчжэнем, присматривай за ним для меня.
Уян отозвался.
Чжао Хай взглянул на него и негромко произнёс:
— Сила твоя сейчас немного подросла, но этого мало.
— Впрочем, теперь у меня есть свои владения, дальше будет лучше. Потому и вам буду больше помогать, и пилюли давать.
— Усердно культивируй. Для культиватора главное — сила.
Уян снова отозвался.
Чжао Хай поднялся и негромко произнёс:
— Как я велю действовать — так и действуй. Остальным тоже передай: скажи, что у секты Цинъян в последнее время здесь будут кое-какие дела. Чтобы их не задело, пусть уходят вместе с тобой.
— Хоть они и мелкие сошки, погибнуть здесь — невелика потеря. Но за каждым из них кто-то стоит, да ещё из других сект. Не стоит без нужды наживать врагов. Это дело одной фразы.
Уян отозвался.
Чжао Хай вышел.
Затем он сразу отправился к Фан Кэмину и Ду Сюаню.
В комнате Фан Кэмина оба уже ждали его. Увидев Чжао Хая, они тотчас поклонились:
— Приветствуем вас, господин.
Их личности были скрыты лучше всех. И Чжао Хаю редко выпадал случай открыто к ним прийти. Такой случай был поистине редок.
Чжао Хай махнул рукой и негромко произнёс:
— Садитесь.
Оба сели. Они не держались так настороженно, как Уян, но и в них чувствовалась почтительность.
Чжао Хай взглянул на них и негромко произнёс:
— Как вы смотрите на это дело?
На самом деле Фан Кэмин и Ду Сюань знали об этом деле немного. Они знали лишь, что секта Цинъян поручила его Чжао Хаю, но не знали, что тут приложили руку и Врата Ада.
Но Чжао Хаю всё же хотелось проверить их способности, потому он и спросил. Ему хотелось посмотреть, как они ответят.
Фан Кэмин негромко произнёс:
— Господин, вам не следовало за это браться. Слишком опасно.
— Ведь это борьба двух крупных линий секты Цинъян. А вы, господин, — приманка.
— Даже если ваша линия и победит, вы, господин, сейчас в большой опасности. Ведь приманка всегда в наибольшей опасности.
Ду Сюань тоже кивнул.
Чжао Хай взглянул на них и слегка улыбнулся:
— Я и сам не хотел в это ввязываться. Но вы не знаете: прежде Врата Ада дали мне приказ разобраться с линией Янфу.
— Кстати, ещё одному человеку, внешнему ученику в секте Цинъян, дали почти такой же приказ — помочь мне разобраться с линией Янфу.
— Скажите, разве с таким приказом я мог за это не взяться?
Услышав это, Фан Кэмин и Ду Сюань опешили, и лица их изменились.
Ду Сюань нахмурился:
— Такое совпадение?
В его голосе слышалось сомнение. Ясно было, что и он счёл это слишком уж удачным совпадением.
Чжао Хай взглянул на них и слегка улыбнулся:
— Да, вот такое совпадение. Что, дело стало ещё занятнее?
— Когда я получил приказ Врат Ада, мне тоже показалось, что они меня подставляют. Но потом пришло извещение от секты: секта собирается взяться за линию Янфу.
— Знаете, какой была моя первая мысль? Ха-ха-ха, меня пробрал холод, волосы встали дыбом.
Хоть Чжао Хай и говорил это с улыбкой, Фан Кэмин и Ду Сюань почувствовали холод.
Из его слов они расслышали другое: дело это поистине непростое.
И заодно они подумали о том же, о чём думал и Чжао Хай: насколько же сильны Врата Ада?
Как сказал Ду Сюань, это слишком уж удачное совпадение. Настолько удачное, что не верится. И это не могло не вызывать подозрений.
(Конец главы)