Цзэн Ян взглянул на тот магический инструмент и негромко произнёс:
— Вещь неплохая. Но тебе она уже не подходит, убери.
— А это копьё я тебе дарю. Впредь используй его как свой магический инструмент.
— В обычном бою, если не применяешь Дхарма-образ, пользуйся копьём. А если с Дхарма-образом — есть Журавлиные руки.
С этими словами в его руке появилось длинное копьё, и он бросил его Чжао Хаю.
Копьё было серебристым, с кроваво-белым кисточкой-султаном. Длиной в один чжан и два чи, одно лишь остриё — в полтора чи. Хоть оно и было серебристым, на вид казалось необычайно гибким.
Чжао Хай взял его и слегка встряхнул. Копьё задрожало, остриё закачалось, выписывая цветы-копья.
Чжао Хай обрадовался и поспешно поклонился:
— Благодарю вас, наставник.
Хоть это копьё и считалось среди магических инструментов обычным, но и такие заполучить мог не каждый. Видно было, что Цзэн Ян и впрямь к нему расположен, принял его как настоящего ученика.
Цзэн Ян махнул рукой и негромко произнёс:
— Хорошо, ступай. И запомни: усердно культивируй.
— Хоть сила твоя теперь и сравнялась с теми изменниками, но, как ты и сказал, из Цяньюаня они сейчас ни за что не выйдут. Так что и тебе с ними сейчас не совладать.
— Тебе остаётся лишь усердно культивировать.
— В ближайшее время из секты не выходи. Я опасаюсь, что люди Цяньюаня станут нам мстить.
— Мы выкорчевали внешние силы тех изменников. Судя по их нраву, они непременно отомстят. И целью их мести, скорее всего, станешь ты.
— Потому не выходи, какое-то время спокойно культивируй в секте.
Чжао Хай поспешно отозвался.
Тогда Цзэн Ян махнул ему рукой. Чжао Хай поклонился и вышел из башни.
Когда он ушёл, на лице Цзэн Яна вновь появилась улыбка. Он обернулся к Седьмому дяде:
— Сяоци, как думаешь, не воля ли это небес? Само небо не стерпело тех изменников, отогнало их от меня, а потом послало мне такого ученика.
Седьмой дядя с улыбкой ответил:
— Думаю, именно так.
— Сила молодого господина Чжао Ина растёт так быстро, что это превзошло все наши ожидания. К тому же он на диво ладен с Дхарма-образом белого журавля — сразу поднял силу до уровня Земного Демона, обойдя даже Цзян Юйлю и остальных.
— И он ещё и избранный богами. Будущие его достижения безграничны.
Цзэн Ян тоже улыбнулся и негромко произнёс:
— Будет время, спроси у Лэ Вэньчжэня, дарил ли он Чжао Хаю магический инструмент для культиватора тела.
— И ещё: присмотрись, как Чжао Ин станет управлять теми владениями. Среди них восемь — рудники, и они уже сильно запущены. Боюсь, ещё немного — и добывать там будет нечего.
— Посмотри, как он поступит. И непременно присмотрись к его нраву. На одни грабли довольно наступить однажды — второй раз я не хочу.
Седьмой дядя отозвался и пошёл распоряжаться.
Седьмой дядя и впрямь тревожился о нраве Чжао Хая. Если тот в будущем поступит так же, как Цзян Юйлю и остальные, это ранит Цзэн Яна, пожалуй, сильнее, чем все пятеро вместе взятые. Потому за этим нужно было следить.
Чжао Хай вернулся в свою башню и сразу позвал Сяо Шуя, Сяо Цзиня и остальных в кабинет:
— Эти дни ко мне кто-нибудь приходил?
Чжао Хай знал, что затворничество было долгим, потому и хотел узнать, не приходил ли кто.
Сяо Цзинь тотчас ответил:
— Да, хозяин. Приходили управляющие, принесли доклады. Прошу, взгляните.
С этими словами он протянул Чжао Хаю тринадцать нефритовых табличек.
Чжао Хай взял их и принялся просматривать одну за другой. Но, просмотрев, нахмурился. В этих докладах не было того, что ему нужно.
Он положил таблички на стол и негромко произнёс:
— Ступай, позови Линь Цана и остальных. Всех позови.
Сяо Цзинь отозвался и выбежал.
А Сяо Шуй и остальные стояли, опустив головы, и никто не смел заговорить. Неизвестно почему, хоть Чжао Хай и не говорил им резких слов, в его присутствии они инстинктивно робели. Потому стояли, боясь даже дышать.
Вскоре Сяо Цзинь привёл Линь Цана и остальных.
Чжао Хай вышел в гостиную. Когда все собрались, он заговорил:
— Сегодня я позвал вас, чтобы вы кое-куда со мной сходили.
— Став учеником истинной передачи наставника, я получил от него владения в управление. Я тогда заторопился в затворничество и не успел туда наведаться.
— Теперь я собираюсь посмотреть. Вы пойдёте со мной.
— Впредь вы все — мои подчинённые. Справитесь с управлением теми владениями — и вам перепадёт больше выгоды.
— Потому в будущем, если будет время, можете туда наведываться. Но у вас будет лишь право надзора, не управления.
— Найдёте проблемы — говорите мне, я разберусь. Сами не вмешивайтесь.
— Впредь одна десятая чистой прибыли с тех владений — ваша. Возражений нет?
Услышав это, Линь Цан и остальные тотчас ответили:
— Возражений нет, будьте покойны, глава союза.
Они называли Чжао Хая главой союза, потому что были союзом.
Но Чжао Хай махнул рукой:
— Впредь зовите меня старшим братом, не главой союза. Странно звучит.
— И ещё: об этом деле никому не говорите, и старшему брату Лэ тоже. Идёмте.
Все отозвались и последовали за ним.
Во дворе учеников истинной передачи была телепортационная формация. Они поднялись на неё и перенеслись к одному из рудников.
Тот рудник был тем самым рудником сюаньте, где они прежде сражались. Теперь он принадлежал Чжао Хаю. Там тоже была телепортационная формация.
Едва Чжао Хай и остальные появились на формации, как привлекли внимание. Увидев столько людей, все опешили. Вскоре их обступили, а кто-то бросился к усадьбе — явно звать людей.
Чжао Хай оглядел обступивших. Он заметил, что все они, похоже, культиваторы, но не слишком сильные. Одежда на них была не блестящая, но выглядели они бодро.
Пока Чжао Хай разглядывал их, к нему подлетел человек. Он приземлился перед Чжао Хаем и поклонился:
— Приветствую вас, владыка. Простите, что не встретил вовремя.
Затем обернулся к остальным и громко произнёс:
— Что столпились? Это наш владыка, хозяин рудника. Все по комнатам!
Услышав это, те побледнели, поклонились Чжао Хаю и удалились.
Чжао Хай взглянул на них и спросил управляющего:
— Кто эти люди?
Ему было любопытно. Он слышал, что прежде у рудокопов здесь жизнь была несладкой. А эти на вид вроде рудокопы, но живут, похоже, неплохо.
Управляющий тотчас ответил:
— Отвечу вам, владыка: это всё рудокопы, только набранные заново.
— Прежние рудники-рабы, едва услышав, что их отпускают, все разбежались. Даже когда я предложил хорошие условия, никто не остался.
— Эти набраны заново. Все они странствующие культиваторы, а также люди, нанятые из разных государств.
— Все они практикуют техники культиваторов тела. Талантов к культивации у них нет, потому и достижений нет. Вот и хотят за счёт своей силы заработать побольше духовных камней, чтобы семье жилось лучше.
— Будьте покойны, владыка, условия, что я им предложил, и впрямь хорошие.
Чжао Хай кивнул:
— Идём, проводи меня в рудничные пещеры.
Управляющий отозвался и повёл Чжао Хая к руднику. По дороге он поглядывал на Линь Цана и остальных.
Чжао Хай заметил это и сказал:
— Они мои подчинённые. Впредь могут приходить с проверками.
— Прямой власти приказывать тебе или управлять тобой у них нет. Но если они найдут проблемы и донесут мне, я с тобой разберусь.
— Потому когда они придут и что-то захотят посмотреть — показывай, не препятствуй.
Управляющий отозвался, но на лбу у него выступил пот.
Он отлично понимал: эти люди — что-то вроде инспекторов. Если он в будущем что-то натворит и они увидят, добром это не кончится.
Но он не смел возражать и покорно повёл Чжао Хая и остальных в рудничные пещеры.
Линь Цан и остальные, оказавшись здесь снова, заметно оживились, то и дело указывая на пещеры и вспоминая, какая это была штольня и как они там сражались.
От этого управляющий покрывался холодным потом. Он понял, что Чжао Хай и его люди и впрямь хорошо знают это место.
Вскоре они добрались до самой глубины.
Там трудилось немало рудокопов. В руках у них были кирки, и они без устали долбили породу. Время от времени попадался кусок руды, и его клали в пространственный мешок, чтобы потом вынести.
Управляющий пояснил:
— Владыка, эти пространственные мешки мы выдаём. Свои им иметь не положено, чтобы не тащили руду.
Это был их обычный приём. Кроме выданных мешков, рудокопам запрещалось иметь собственное пространственное снаряжение, чтобы не воровали руду.
Чжао Хай кивнул и спросил:
— Управляющий, прикинь, сколько ещё лет можно добывать здесь при нынешних темпах?
Это волновало Чжао Хая больше всего. Руда здесь не восстанавливается. Если выработают всё — беда. Потому он и спросил.
(Конец главы)