Цзэн Ян принял из рук Чжао Хая проекционные таблички, некоторое время размышлял, а затем заговорил:
— Хорошо, остальное предоставь мне. Тебе больше не нужно вмешиваться.
Он помолчал и взглянул на Чжао Хая:
— На сей раз в разгроме рода У твоя заслуга немалая. Но секта, боюсь, не станет меня награждать.
— Я и сам не хочу, чтобы многие знали, что ты сделал. Иначе люди из Цяньюаня непременно возьмутся за тебя.
— Секта Цяньюань хотела вбить в нашу секту такой клин, как род У, — дело нелёгкое, а ты его разрушил. Узнай они, что это твоих рук дело, — не пощадят.
— Потому будь осторожен. И я не дам секте узнать, что больше всех потрудился именно ты.
Чжао Хай отозвался.
Цзэн Ян негромко произнёс:
— Возьми людей и ступай. Кстати, ты и впрямь молодец. И люди у тебя под стать.
— Усердно их обучай, пусть хорошо культивируют. В будущем из них выйдут полезнейшие таланты.
— Ступай.
Чжао Хай отозвался, поклонился Цзэн Яну и вместе с остальными вернулся в пещеру Сюаньфу.
Проводив Чжао Хая взглядом, Седьмой дядя сказал Цзэн Яну:
— Хозяин, молодой господин и впрямь отлично владеет Дхарма-образом белого журавля. Один сдержал двоих.
— У Фатянь куда сильнее молодого господина. То, что он выстоял под его ударами, поистине достойно.
Цзэн Ян кивнул и негромко произнёс:
— Хоть он всего лишь тянул время, но действовал отменно. И белого журавля использовал мастерски — довёл до предела его суть «духа».
— Это хорошо. Ведь он владеет двойным Дхарма-образом.
— Именно поэтому я и не стал учить его Великой руке рун. Слишком много знаний ему во вред.
— Вот достигнет он звёздного ранга — тогда и передам ему Великую руку рун.
Седьмой дядя кивнул. Он знал, что такое Великая рука рун, — та самая огромная рука, которой Цзэн Ян бил У Фатяня и Ян Мина.
Та рука казалась обычной, но на деле была замаскирована. Это было собственное искусство Цзэн Яна, можно сказать, даже Дхарма-образ.
Этот Дхарма-образ назывался Великой рукой рун и обладал огромной мощью. Именно потому, что Цзэн Ян создал его сам, многие теперь вовсе не знали, каков его истинный Дхарма-образ.
Ведь Цзэн Ян уже много лет не использовал свой Дхарма-образ в бою — всё время только Великую руку рун.
Цзэн Ян негромко произнёс:
— То, что линия Янфу так стремится спасти У Фатяня, вовсе не только из-за добрых отношений с родом У.
— Они должны знать, что стряслось с родом У. По правде говоря, в такое дело, как у рода У, никто не хочет ввязываться. Даже если прежде и были связи, их тотчас оборвали бы.
— А они в такой момент ещё пытаются спасти У Фатяня. Дело это непростое.
Услышав это, Седьмой дядя опешил, затем изменился в лице и взглянул на Цзэн Яна:
— Хозяин, вы хотите сказать…
Седьмой дядя отлично понял, что имеет в виду Цзэн Ян: тот подозревает, что линия Янфу тоже может быть в сговоре с сектой Цяньюань — потому и готова на всё, чтобы спасти У Фатяня.
Но это было слишком страшно. Линия Янфу была в секте весьма сильна, не уступая линии Сюаньфу Цзэн Яна.
Хоть верховный старейшина линии Янфу — мастер уровня верховного старейшины — уже умер в медитации, талантов в линии хватало.
Если такая сила и впрямь в сговоре с Цяньюанем, последствия непредсказуемы — это может всколыхнуть всю секту Цинъян.
Цзэн Ян был очень серьёзен. Он негромко произнёс:
— Это дело требует осторожности. Иначе последствия будут поистине тяжкими.
— Потому нельзя сначала доносить секте — нужно сначала доложить наставнику, пусть он решит. Идём.
Седьмой дядя отозвался и дёрнул верёвку в руке. Связанные люди двинулись за ними к роду У.
Но Цзэн Ян не велел Седьмому дяде входить в род У, а оставил его ждать снаружи.
Сам он с У Фатянем отправился в род У. Ему не хотелось, чтобы Ян Мина увидели. Если бы Ян Мина увидели, последствия были бы тяжёлыми.
Когда Цзэн Ян прибыл в род У, все люди рода У уже были уничтожены — даже детей не пощадили. Все до единого.
Цзэн Ян на это никак не отреагировал. В мире культивации так и поступали. Уничтожая род, нужно вырвать корни.
Иначе не знаешь, не вырвет ли корни твой потомок. Потому в мире культивации доводят дело до конца, не проявляя пощады.
Подойдя к Цинфэн-цзы, Цзэн Ян сказал:
— Наставник, У Фатянь, отпрыск рода У, схвачен моим учеником. Он здесь.
У рода У было два мастера — У Чжэнь и У Фатянь. У Чжэнь погиб, а У Фатянь пропал.
Цинфэн-цзы и остальные уже опасались, что У Фатянь сбежал. Теперь, когда его схватили, Цинфэн-цзы обрадовался.
Он взглянул на У Фатяня и кивнул:
— Хорошо, неплохо. Передай его людям секты.
— И ещё: лиши его культивации, чтобы не сбежал снова.
Цзэн Ян отозвался и ударил У Фатяня ладонью. Духовная энергия в том мгновенно рассеялась, Дхарма-образ разрушился, все меридианы оборвались.
Можно сказать, даже если он выживет, останется калекой и никогда не сможет культивировать. Даже техники школы демонов его не спасут.
Затем Цзэн Ян передал У Фатяня ученикам-исполнителям секты и вернулся к Цинфэн-цзы:
— Наставник, у меня есть ещё несколько проекционных табличек. Содержание их несколько необычно, хотел бы показать вам.
— Но здесь слишком много людей, лучше взгляните после возвращения.
Цинфэн-цзы, разумеется, понял, что имеет в виду Цзэн Ян. Он взглянул на него:
— Что ты ещё обнаружил? Ладно, не будем об этом. Здесь всё решено, возвращаемся.
С этими словами он двинулся в сторону горы Цинфэн. Цзэн Ян поспешил за ним, остальные ученики Цинфэн-цзы тоже.
Когда они вернулись на гору Цинфэн, Цинфэн-цзы махнул рукой. Остальные ученики знали его нрав, поклонились и разошлись по своим пещерным обителям.
Но прежде чем уйти, все они взглянули на Цзэн Яна.
Цзэн Ян последовал за Цинфэн-цзы в его пещеру. Цинфэн-цзы сел на подушку для медитации и взглянул на Цзэн Яна:
— Цзэн Ян, ты ведь хотел показать мне проекцию? Доставай.
Цзэн Ян отозвался, достал три таблички и одну за другой воспроизвёл их содержимое.
Когда он закончил, лицо Цинфэн-цзы помрачнело. Он взглянул на Цзэн Яна:
— Людей линии Янфу ты взял?
Цинфэн-цзы, разумеется, понял, что означало содержимое табличек. Но линия Янфу была и впрямь сильна, потому он и хотел взглянуть на тех людей.
Цзэн Ян заговорил:
— Уже взял. За ними присматривает мой слуга Сяоци. Сейчас они, должно быть, уже в пещере Сюаньфу.
Раньше Цзэн Ян велел Седьмому дяде доставить тех людей в пещеру Сюаньфу. Он не хотел, чтобы многие знали об этом деле. Ведь линия Янфу была в секте влиятельна, и корни её переплетены — следовало быть осторожными.
Цинфэн-цзы кивнул:
— Ступай, вернись и приведи людей.
Цзэн Ян отозвался, поклонился Цинфэн-цзы, вышел из пещеры и во вспышке белого света вернулся в пещеру Сюаньфу.
Едва вернувшись, он тотчас позвал:
— Сяоци!
Он полагал, что прошло уже немало времени и Седьмой дядя наверняка вернулся. Но, к его удивлению, знакомого отклика не последовало.
Цзэн Ян опешил и громко позвал:
— Сяоци!
Ответа не было.
Лицо Цзэн Яна изменилось. Он слишком хорошо знал Седьмого дядю. Тот всегда действовал надёжно и не мог задержаться где-то по пути.
Раз он не вернулся, значит, что-то случилось.
При этой мысли Цзэн Ян громко крикнул:
— Чжао Ин, все внесённые в списки ученики, собирайтесь!
Чжао Хай и все внесённые в списки ученики Цзэн Яна быстро вылетели из комнат и встали перед ним.
Цзэн Ян, не дожидаясь поклонов, громко произнёс:
— Все, немедленно отправляйтесь искать Сяоци! Непременно найдите его! Живым или мёртвым!
Услышав это, все опешили. Они не ожидали таких слов.
«Живым или мёртвым» — это недобрый знак. Значит, с Седьмым дядей могло случиться несчастье.
При этой мысли они тотчас отозвались и собрались уходить.
Чжао Хай не двинулся сразу, а спросил Цзэн Яна:
— Наставник, где Седьмой дядя был прежде?
Чжао Хай понимал: нужна хотя бы примерная цель, иначе искать — что иголку в стоге сена.
Цзэн Ян тотчас ответил:
— От нашей горы Цинфэн в сторону горы рода У. Ищите тщательно. Непременно найдите его.
Все отозвались и тотчас вылетели в сторону горы рода У.
Цзэн Ян тоже вылетел. Он знал: если с Седьмым дядей и впрямь стряслась беда, Чжао Хаю и остальным не справиться. Тогда придётся вмешаться ему.
При этом Цзэн Ян был крайне удивлён. Он и подумать не мог, что Седьмой дядя попадёт в беду в самой секте.
Секта Цинъян всегда была спокойна. И вот — беда так беда.
Сначала измена его учеников, затем род У. Дело рода У потянуло за собой линию Янфу. Теперь ещё и Седьмой дядя.
Теперь ему казалось, что и в секте кругом опасность.
(Конец главы)