Ночь сгущалась всё сильнее.
На небесном пологе мерцали редкие звёзды, месяц стоял тонкий, оставшийся лишь полоской. Земля погружалась во мрак, и секта Цинъян не была исключением. Все горные вершины укрылись в сумраке, нигде не видно было учеников, что ходят без дела, — тишина стояла почти застывшая.
И вдруг на одной из вершин вспыхнул огонь.
Тотчас следом поднялись крики боя.
Затем заполыхала ещё одна вершина, и ещё раз донеслись крики. Потом ещё одна. Меньше чем за четверть часа в секте Цинъян разом занялось больше десятка мест.
Такая перемена была поистине неожиданной.
Цинфэн-цзы парил в небе, оглядывая с высоты точки пожаров, и лицо его не выражало ничего. Но холод, исходивший от этого лица, словно мог соскоблить два цзиня инея.
Он негромко произнёс:
— Ученики линии Цинфэн, слушайте приказ: немедленно атакуйте людей линии Янфу! Быстро!
Цзэн Ян к тому времени тоже получил приказ Цинфэн-цзы.
Он взглянул на время — сейчас только-только начался час Хай, до часа Цзы было ещё далеко. Но раздумывать было некогда.
Он тотчас вылетел из башни и громко произнёс:
— Все ученики, слушайте приказ! Обстановка изменилась, немедленно выступаем, атакуем линию Янфу!
С этими словами он первым полетел наружу.
Чжао Хай, услышав приказ Цзэн Яна, тотчас громко произнёс:
— Все за мной! Запомните: никому не разбегаться, не подавать сигналов связи! Ослушавшихся — казнить!
С этими словами он тоже взмыл и полетел наружу.
Остальные ученики поспешили за ним, никто не смел и рта раскрыть, на душе у всех было тревожно.
Едва они вылетели из пещеры Сюаньфу, как от увиденного снаружи опешили.
Снаружи было немало очагов пожара, и доносились крики боя.
И тут раздался голос Цзэн Яна:
— Все запомните! Увидите учеников с белой повязкой на руке — убивайте без пощады!
Все отозвались.
Чжао Хай повёл людей прямо вперёд. А Цзэн Ян полетел к одному из очагов пожара.
Там была одна из малых гор секты Цинъян, где жили ученики одной из линий секты. Прежде они тоже были в славе, но теперь слава прошла — однако та линия сохранила свою гору и жила на ней. Сила у них была немалая.
Но судя по тому, что происходило сейчас, их и впрямь атаковали.
Когда Цзэн Ян и Чжао Хай с людьми линии Сюаньфу прибыли к той малой горе, они увидели, что на горе схватились две группы.
Обе группы были в одеждах учеников секты Цинъян. У одной на руках были белые повязки, у другой — нет.
Цзэн Ян холодно хмыкнул и взмахнул рукой.
Огромная рука вдруг метнулась вперёд, схватила одного ученика секты Цинъян с белой повязкой на руке и раздавила его насмерть.
Затем он громко произнёс:
— Все атакуют! Все с белыми повязками на руках — наши враги! Атакуйте!
Чжао Хай отозвался.
Затем он двинул рукой — и в ней вдруг появился большой молот. Он тоже метнулся к культиватору с белой повязкой на руке.
Он взмахнул молотом — и одним ударом отбросил того культиватора назад, изо рта у него хлынула кровь, жить ему оставалось недолго.
Остальные тоже тотчас взялись за дело.
Но, вступив в бой, все обнаружили, что сила тех людей немала — можно даже сказать, весьма велика.
То, что они казались беспомощными перед Чжао Хаем и Цзэн Яном, объяснялось лишь тем, что те двое были слишком сильны.
Они не знали, что Чжао Хай уже достиг звёздного ранга. Потому теперь все были немало изумлены.
Благодаря их вмешательству те ученики секты Цинъян, что были без белых повязок, постепенно выровняли положение и начали отвечать.
Но никто из культиваторов с белыми повязками не сдавался — все бились насмерть. Некоторые дрались, меняя жизнь на жизнь: даже умирая, норовили утащить за собой хоть одного.
Но, увы, им противостоял Цзэн Ян.
У Цзэн Яна была сила ранга Цзе. А среди людей линии Янфу по-настоящему достигших ранга Цзе было немного. Остальные не могли тягаться с Цзэн Яном.
Цзэн Ян раздавил одного за другим — несколько мастеров линии Янфу он попросту прихлопнул. Остальные, разумеется, уже не могли поднять волну.
Их перебили люди Чжао Хая и те ученики, что прежде сражались с линией Янфу.
Понадобилось почти два часа, прежде чем бой здесь закончился.
Затем они огляделись и увидели, что в других местах пожары тоже угасли, а крики боя постепенно стихли.
Цзэн Ян связался с Цинфэн-цзы и узнал, что бой в секте Цинъян в основном завершён.
Теперь все ученики должны вернуться туда, где живут, и ждать, пока ученики Палаты исполнения законов придут с проверкой и подтвердят их личности.
Цзэн Ян не стал много говорить и велел Чжао Хаю увести людей обратно в пещеру Сюаньфу.
Заодно он при всех отдал Чжао Хаю приказ: пока его нет, все должны слушаться Чжао Хая. Осмелится кто ослушаться — не обессудь.
Честно говоря, услышав этот приказ, ученики линии Сюаньфу тотчас поняли, какое место Чжао Хай занимает среди них.
Они и впрямь завидовали, но ничего не сказали.
Они отлично понимали: сейчас говорить бесполезно. Они должны слушаться Чжао Хая. Осмелься кто ослушаться — и жизни им не будет.
Чжао Хай повёл людей обратно в пещеру Сюаньфу.
Когда все собрались в пещере, он вернул им пространственное снаряжение и велел разойтись по комнатам и не выходить.
Заодно он включил защитную формацию пещеры Сюаньфу.
Он опасался, что среди учеников линии Сюаньфу найдутся те, кто связан с внешним миром. А если сейчас ученики линии Сюаньфу свяжутся с внешним миром — последствия были бы поистине непредсказуемы.
Уладив всё это, Чжао Хай вернулся в свою комнату.
Он знал, что произошло нынешней ночью.
Наверняка люди линии Янфу узнали, что секта собирается взяться за них, потому и выступили раньше времени.
Но Чжао Хай не ожидал, что люди линии Янфу не станут убегать, а вместо этого примутся крушить секту Цинъян. Это и впрямь был жестокий ход.
И если Чжао Хай не ошибался, он мог с уверенностью сказать: люди линии Янфу, должно быть, уже уничтожили все доказательства того, что они — Спасители душ.
Никто не знает, настоящие ли они Спасители душ. Так что секта Цинъян уже не сможет использовать это против них.
Потому самое большее, что теперь означает это дело, — что линия Янфу подняла мятеж.
То, что линия Янфу не сбежала, тоже можно объяснить.
Секта Цинъян запечатала горные врата, никто не мог уйти, телепортационные формации вовсе не работали.
Потому никто из линии Янфу не мог убежать. Потому они и устроили разгром. Даже если умирать — так хоть вырвать у секты Цинъян кусок мяса.
Эта ночь быстро прошла.
Наутро отряд учеников Палаты исполнения законов пришёл к пещере Сюаньфу, проверил всех в пещере, убедился, что людей линии Янфу там нет, и лишь тогда ушёл.
А Чжао Хай не стал отключать защитную формацию пещеры Сюаньфу.
Он опасался, что если кто-то из линии Янфу уцелел, те негодяи могли пробраться к пещере Сюаньфу и нанести линии Сюаньфу жестокий удар — вот тогда была бы беда.
И дело и впрямь обернулось так, как предполагал Чжао Хай.
Не прошло и часа после ухода людей Палаты исполнения законов, как к линии Сюаньфу явился ещё один отряд, назвавшийся людьми Палаты исполнения законов.
Чжао Хай, получив донесение, тоже опешил.
Но всё же лично отправился ко входу в пещеру Сюаньфу, чтобы взглянуть на тех людей.
Несколько человек были в одеждах учеников Палаты исполнения законов секты Цинъян. Эти одежды Чжао Хай видел прежде — и впрямь одежды учеников Палаты.
Лица у них тоже были совершенно спокойные.
Чжао Хай подошёл к ним, взглянул и, слегка улыбнувшись, сложил руки в поклоне:
— Господа из Палаты исполнения законов? Не скажете, по какому делу явились в нашу линию Сюаньфу?
Возглавлявший их ученик Палаты исполнения законов, высокий, с холодным лицом, сложил руки в ответном поклоне:
— Командир четвёртого отряда Палаты исполнения законов Цинлан. Мы пришли проверить личности учеников линии Сюаньфу.
— По уставу секты ученики каждой линии должны пройти три проверки. Прошу содействовать.
Чжао Хай кивнул и заговорил:
— Хорошо, господа, подождите немного, я свяжусь с Учителем. Как только Учитель согласится — разумеется, никаких проблем.
С этими словами Чжао Хай достал коммуникационную формацию и уже собирался её открыть, как возглавлявший отряд ученик Палаты исполнения законов заговорил:
— Погодите! Сейчас ваша личность не подтверждена, потому вы не можете связываться с внешним миром. Прошу прощения, но сейчас вы не можете ни с кем связываться.
Чжао Хай взглянул на того ученика Палаты исполнения законов и вдруг слегка улыбнулся:
— Тогда и мне придётся сказать: прошу прощения, но я не могу позволить вам войти в пещеру Сюаньфу.
С этими словами Чжао Хай двинулся и отступил прямо в пещеру Сюаньфу.
А перед ним тотчас появились бесчисленные руны. Эти руны полностью отделили его от тех учеников Палаты.
Те, увидев движение Чжао Хая, изменились в лице.
Возглавлявший взглянул на Чжао Хая и холодно произнёс:
— Младший брат, советую вам не своевольничать. Мы из Палаты исполнения законов. То, что вы сейчас делаете, — это противостояние Палате. Вам это ничего хорошего не принесёт.
Чжао Хай слегка улыбнулся и взглянул на него:
— Знаете, почему я вам не верю?
— Во-первых, ваши одежды хоть и сделаны очень похоже на одежды Палаты исполнения законов, но на них нет особой защитной формации, присущей ученикам Палаты. У тех учеников Палаты, что приходили прежде, такая защитная формация была.
— Во-вторых, придя, вы не предъявили своих личных табличек учеников Палаты. Это тоже отличает вас от первой партии учеников Палаты.
— В-третьих, хоть вы и в одеждах Палаты, техника культивации, которую вы практикуете, — не техника учеников Палаты.
— С учётом всего этого вы никак не можете быть учениками Палаты исполнения законов. Потому я, разумеется, не могу вас впустить.
— Сейчас я напишу Учителю и спрошу об этом деле.
С этими словами Чжао Хай снова достал коммуникационную формацию. Но одновременно он передал через технику звукопередачи одному из слуг Цзэн Яна, что был рядом, чтобы тот немедленно позвал всех и подготовил их к бою.
(Конец главы)