В этот день Фаву с безмятежным лицом вошёл в Зал Архатов. Он уже вполне привык к такой жизни. Он не стал ничего нарочно изображать из-за приказа секты Кровавой Бойни — хороший лазутчик так никогда не поступит. Поступи он так — и последствия были бы крайне опасны.
Все эти дни он, как и прежде, ежедневно докладывал секте о положении в храме Баньжо. Он и вправду боялся, что секта Кровавой Бойни упрекнёт его в нерадивости. Но, к его удивлению, секта не только не упрекнула его, но, напротив, велела держаться как можно скромнее, не совершать ничего вызывающего и непременно беречь себя. Этого Фаву не ожидал. Он проникся глубокой уверенностью, что не ошибся с сектой.
И вот, когда Фаву входил в ворота Зала Архатов, навстречу ему радостно подбежал Фацань. За эти дни они стали хорошими друзьями. Из-за своей полноты Фацань походил на Майтрею, потому и получил прозвище «маленький Майтрея». Впрочем, прозвище относилось лишь к его внешности, а не к силе. В Зале Архатов Фацань считался одним из слабейших, друзей у него было немного, и до сих пор единственным был Фаву.
Фаву взглянул на него и с недоумением спросил:
— Фацань, куда ты бежишь? Чему так радуешься?
Фацань был младше Фаву и слабее его, потому Фаву относился к нему как к младшему брату и так и спросил.
Фацань тотчас ответил:
— Старший брат, хорошая новость! Храм дал нашему Залу Архатов задание. Говорят, зал поручит его тебе. Ну как? Рад?
Фацань смотрел на Фаву — они и вправду были близки, потому он искренне радовался за него.
Фаву на миг замер, затем на его лице тоже появилась улыбка, и он с тяжёлой серьёзностью произнёс:
— Правда? Кто сказал?
Он не слишком верил Фацаню. Ведь ему ещё не сообщили. Он был уверен: если ему и вправду дадут задание, люди из Зала Архатов непременно известят его.
Фацань тотчас ответил:
— Конечно правда! Скорее иди на тренировочную площадку, там и получишь задание.
Услышав это, Фаву поверил. Он кивнул и вместе с Фацанем быстро пошёл к площадке. Там он и вправду увидел множество людей, смотревших на него с завистью.
И тут Фаву увидел человека — старейшину, ведавшего в Зале Архатов распределением заданий, Юнфана. Едва Юнфан увидел Фаву, как тотчас поманил его. Фаву быстро подошёл. Юнфан сказал:
— Фаву, тебе поручается задание. Выступаете завтра утром, с тобой пойдут десять учеников. Выбери их сам.
С этими словами он передал Фаву нефритовую табличку.
Фаву взял табличку, отозвался и просмотрел содержимое. Всё было просто: они отправляются в ничейную землю и атакуют группу культиваторов из храма Цинхэ. Храм Цинхэ граничил с храмом Баньжо. Это был даосский храм, силой не уступавший храму Баньжо. Внешне отношения между сектами были хорошими, но на деле не очень — часто случались стычки. Впрочем, все они происходили втайне и никогда не выносились на всеобщее обозрение.
А на сей раз они должны были разобраться с храмом Цинхэ потому, что отряд из семи культиваторов храма Цинхэ напал на одну из шахт храма Баньжо, убил более десятка учеников храма и забрал часть добытой руды. Руда была не особенно ценной — всего лишь немного тёмного камня-инь. Этот камень добавляли при ковке, он служил своего рода нейтрализатором.
Хоть вещь и не слишком ценная, но такое поведение храма Цинхэ храм Баньжо стерпеть не мог. Потому и отправили Фаву и остальных, чтобы перехватить и убить тех семерых из храма Цинхэ. Те семеро тоже были мастерами храма Цинхэ, потому и послали людей из Зала Архатов.
Получив приказ, Фаву тотчас начал выбирать людей. Первым, разумеется, стал Фацань. Затем ещё несколько учеников храма, с которыми Фаву был знаком. Конечно, он выбрал и несколько сильных. Вместе с ним, он верил, они справятся.
Раз уж им дали задание, сегодня можно было не тренироваться в Зале Архатов. Потому Фаву рано вернулся в свою комнату. Там он сразу спустился в каменную комнату и поклонился богу Теневой расы. Он делал так каждый день, и ничего странного в этом не было.
Но сегодня, едва он поклонился статуе, как из неё вырвался луч света. Луч вошёл ему в голову. Фаву изрядно поразился. Но затем обнаружил, что вошедший в его сознание луч — это информация. Точнее, приказ.
Едва увидев содержание приказа, Фаву переменился в лице. Приказ был прост: в этом задании найти случай и устранить Фацаня! Такого приказа Фаву никак не ожидал. Он и подумать не мог, что первый приказ Теневой расы будет — убить Фацаня.
Фаву с облегчением выдохнул, поклонился статуе ещё дважды и вышел из каменной комнаты. Вернувшись в комнату, он сразу пошёл в комнату покоя и долго сидел там неподвижно, не культивируя. В конце концов он всё же начал культивировать. Но когда стемнело, вернулся в спальню и сразу лёг.
На самом деле в это время его психическая сила уже вошла в Иллюзорный мир реальности. Едва войдя, он тотчас связался с Фацзином. Тот тоже явился к нему. При встрече Фаву тотчас взволнованно заговорил:
— Старший брат, обстановка изменилась! В Зале Архатов я получил задание — разобраться с несколькими учениками храма Цинхэ. Само задание ничего, но когда я вернулся в комнату и поклонился статуе бога Теневой расы, я получил от неё новый приказ — устранить Фацаня! Ты знаешь, кто такой Фацань. Я почти уверен, что он не из Теневой расы. А теперь они велят мне его убрать. Что мне делать?
Фаву и вправду не знал, как быть. Фацзин, услышав это, тоже замер. За эти дни он много раз виделся с Фаву в Иллюзорном мире реальности. Фаву часто упоминал Фацаня. И вот теперь Теневая раса велела его убрать. Это и вправду удивило Фацзина.
Но, поразмыслив, он заговорил:
— Это, должно быть, проверка Теневой расы, своего рода залог верности. Убить Фацаня — значит показать, слушаешь ли ты Теневую расу. Убьёшь Фацаня — и в руках Теневой расы окажется твоя уязвимость. Тогда тебе останется лишь идти с ними до конца. Если не пойдёшь — они используют это против тебя. Потому ты должен это сделать. Но не волнуйся: после того как ты убьёшь Фацаня, я сделаю его человеком секты Кровавой Бойни.
Фаву, услышав это, с облегчением выдохнул и с тяжёлой серьёзностью произнёс:
— Хорошо, так и решим. Я убью Фацаня, а потом посмотрю, как отреагирует Теневая раса. Но со мной пойдут десять человек. Если я и вправду убью Фацаня, что они подумают?
Фацзин с тяжёлой серьёзностью произнёс:
— Уведи Фацаня в укромное место и убей, чтобы они не видели. Думаю, в вашем отряде наверняка есть люди Теневой расы — они будут за тобой следить, потому не беспокойся.
Фаву с облегчением выдохнул. Но затем снова заговорил:
— Но тогда сможешь ли ты сделать Фацаня человеком секты Кровавой Бойни?
Фацзин с улыбкой ответил:
— Не волнуйся, всё получится. Предоставь это мне.
Фаву больше ничего не сказал, лишь принялся обдумывать, как всё сделать. Хотя превращение Фацаня в нежить и вступление в секту Кровавой Бойни было для него благом, убить собственными руками друга всё равно было тяжело.
Видя его состояние, Фацзин с тяжёлой серьёзностью произнёс:
— Такие жертвы необходимы. Иначе нам не справиться с Теневой расой. К тому же Фацань не погибнет по-настоящему — он станет человеком секты Кровавой Бойни, и для него это, возможно, даже благо. Иди, продумай маршрут на завтра и составь план. Лучше всего — когда вы останетесь вдвоём и уже столкнётесь с людьми храма Цинхэ. Тогда, вернувшись, ты сможешь сказать, что он погиб от рук храма Цинхэ, и вопросов не будет.
Фаву отозвался. Фацзин с улыбкой сказал:
— Хорошо, возвращайся. Если понадобится помощь, сообщи. У нас в храме Баньжо тоже есть силы. Открыто помочь не сможем, но втайне — вполне. Не беспокойся.
Фаву отозвался, кивнул Фацзину и вышел из Иллюзорного мира реальности. Вернувшись, он лёг на кровать и стал мысленно продумывать завтрашнюю операцию. Он уже знал маршрут тех культиваторов храма Цинхэ. Оставалось как следует спланировать свои действия. Этот шаг тоже был крайне важен.
На следующее утро Фаву встал рано. Он пришёл в Зал Архатов. Там уже были Фацань и остальные — у всех на лицах было воодушевление. Глядя на них, Фаву стало ещё тяжелее. Особенно когда он увидел улыбающегося Фацаня, на душе стало невыносимо. Он прекрасно понимал: сегодня Фацань не вернётся живым. Похоже, Фацань точно не из Теневой расы — иначе они не стали бы с ним разбираться. От этой мысли Фаву мысленно вздохнул. Но всё же заговорил:
— Хорошо, выступаем.
С этими словами он первым направился к телепортационной формации.
(Конец главы)